Лучшие книги - 100 лучших книг

100 лучших
книг
Главная Редкие книги из
100 лучших книг

Оглавление
Михаил Булгаков - Мастер и Маргарита
Федор Достоевский - Идиот
Николай Гоголь - Мертвые души
Иван Гончаров - Фрегат "Паллада"
Артур Хейли - Аэрпорт
Станислав Лем - «Рассказы о пилоте Пирксе»
Валентин Пикуль - Три возраста Окини-сан
Эрих Мария Ремарк - Три товарища
Аркадий Вайнер, Георгий Вайнер - Визит к Минотавру
Катрин Бенцони - Катрин в любви
Эдмонд Гамильтон - Звезда жизни

– Чем же закончилась эта история? – спросил я. 

– Школа заступилась, их оштрафовали и отпустили. Через несколько дней Белаш выступал на Московском фестивале юных музыкантов и получил первую премию. А через месяц сдал конкурсный экзамен в консерваторию по классу скрипки… 

– Однако, кроме экзамена по специальности, он больше ничего сдавать не стал. С чем это было связано? 

– Ах, если бы я знал! – взмахнул руками Николай Сергеевич. – Он ведь уехал, даже не попрощавшись со мной. При всей эксцентричности его натуры этот поступок для меня до сих пор непостижим. Человек с его способностями, с его интересами и склонностями вдруг в одночасье собирается и уезжает работать на целину! Тогда это, правда, было модно, но ведь он должен был сдавать экзамены в консерваторию! 

– И больше вы не виделись? 

– Нет. Кроме того нелепого случая в ресторане. Я понимаю, что он мог быть занят, но я ведь и не требовал много – я просто хотел узнать о нем что-нибудь. 

И как-то робко добавил: 

– Я все-таки в него много сердца вложил. Это был один из самых способных мальчиков, которых мне довелось учить… 

В этот момент мне стало его остро, просто болезненно жалко – такой он был маленький, потерянный, униженный чужой сухостью и неблагодарностью. 

– Знаете, ведь мать Белаша одна воспитывала своего сына. Я не знаю деталей, но отца в семье не было. А воспитание она давала сыну кошмарное. Любое его требование выполнялось, хотя для этого ей приходилось работать нечеловечески. 

– Чем она занималась? 

– Она была тогда аккордеонисткой в джазе ресторана «Нарва». Пока Гриша учился у меня, я много раз говорил с ней и после каждого разговора ужасался: при таком воспитании сын должен был вырасти черт знает кем, а вырос немного балованный, но в целом добрый мальчик. 

– А что вас ужасало? 

– Все. И в первую очередь низкая культура, помноженная на мелкопотребительскую философию. Каждого человека, который не умел устроить что-либо «по блату», она называла придурком. И что самое ужасное – она говорила это при сыне, совершенно не скрывая низменности своих воззрений. Я с ним отрабатывал пассажи повышенной сложности, чтобы расковать пальцы, а она ему говорила – выучишься на виртуоза, будешь по заграницам кататься. Я ей говорю, что великий виолончелист Карл Давыдов никогда так не играл за границей, как он блистательно играл на родине, а она мне в присутствии сына отвечает: другие были времена и совсем другие заработки. 

– Так что она вам тогда сказала по поводу отъезда сына? 

– Что сама не знает, почему и куда уехал Гриша. Но я не верил ей. Такая мама, случись это без ее ведома, Совет Министров подняла бы на ноги. А она – нет, ничего… И я понял, что решение об отъезде было принято ими совместно. 

– А почему вы решили, что она тяготится вашими визитами? 

– По тону, по тому приему, что она мне оказывала. Наконец, однажды она мне сказала: «Что вам, больше всех надо? Без вас не обойдется?..» И я перестал туда ходить. А спустя два года я узнал, что у Белаша был тяжелый перелом левой руки, вызвавший контрактуру пальцев. 

И сразу же в коридоре задребезжал, забился звонок – кончился урок, перемена. Мы проговорили ровно один урок. Академический час. Бесплатный урок по музыке, этике, человеческой памяти, преподанный мне во время «окна» педагогом по классу скрипки Трубициным, добрым, слабым, аккуратным человеком, так и не узнавшим, к счастью, что семнадцать лет назад его сердце, вложенное в ученика, было нужно только для получения аттестата перед конкурсным экзаменом. 

 

Глава 5 

Бабка Трумэна 

Какая честь! Какое уважение! Какая милость оказана бедной семье Гварнери! В их убогий дом пожаловал в гости сам каноник прихода святого Доната монсиньор Джузеппе Страдивари! Про-стите, монсиньор, у нас здесь темно и грязно, вот сюда садитесь, пыль уже смахнули… А не желаете перекусить? У нас, правда, только сыр и помидоры, спасибо, вы – истинно добрый человек… 

Молодой Гварнери не садился. Он стоял, прислонившись спиной к стене, а голова кружилась, в глазах вспыхивали ослепительные круги и тяжело теснило в груди. И когда вытирал платком рот, на полотне оставались черно-алые пятна. Отец толкнул его в бок: 

– Приглашай, не стой чурбаном. Видишь, какая радость в доме. Известный своей святостью отец Джузеппе пожаловал. 

Джузеппе Страдивари сказал ему не громко и не тихо, не сердито и не ласково, а так, мертвым каким-то голосом: 

– Оставьте нас, почтенный Гварнери. Мне надо поговорить с вашим сыном. 

Захлопнулась дверь, и монах все тем же безжизненным голосом спросил: 

– Джузеппе Гварнери, ты можешь сделать скрипку лучше, чем делает мой отец – Антонио Страдивари? 

Юноша устало опустился на лавку, с интересом глянул своими быстрыми черными глазами на монаха. 

– Ваш отец – гений, монсиньор. 

– Это не ответ. 

– Кто знает себя, монсиньор? – Гварнери улыбнулся. – Есть талант, или это только кажется? Ваш отец… 

– Гордыня богопротивная обуяла моего отца и затмила разум его. А что ты думаешь о себе? 

– Не знаю. Может быть, с годами я смогу построить скрипку, подобную инструментам вашего отца. 

– Что мешает тебе? 

– Нищета. Я не могу даже купить потребных мне материалов. 

– А если найдется человек, который даст тебе денег? 

– Я всю жизнь молил бы за него бога и славил его доброту звуками своих скрипок. 

– За твое усердие и за твои способности ручается купец и посредник Дювернуа. 

– Что толку? – с досадой воскликнул Гварнери. – Он сам разорен и не может мне дать ни одного байокко. 

– Его деньги и не нужны, – усмехнулся монах. – Нужно было только его мнение знатока. 

– Разве кто-нибудь хочет одолжить мне денег? – с испугом и надеждой спросил Гварнери. – Разве есть такая добрая душа на свете? 

– Есть. Но в суете мирской мы часто забываем о том, кто печется о нас денно и нощно и ведет нас за собой к свершению, – сказал тихо Джузеппе Страдивари. – Орден Иисуса именем божьим протягивает тебе руку помощи в минуту тягостных испытаний и сомнений. 


Страница 94 из 117:  Назад   1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52   53   54   55   56   57   58   59   60   61   62   63   64   65   66   67   68   69   70   71   72   73   74   75   76   77   78   79   80   81   82   83   84   85   86   87   88   89   90   91   92   93  [94]  95   96   97   98   99   100   101   102   103   104   105   106   107   108   109   110   111   112   113   114   115   116   117   Вперед 

Предупреждение читателям    Авторам Полезные ссылки Написать админу
Электронная библиотека "100 лучших книг" - это субъективная подборка бесплатных произведений, собранная по принципу "один писатель - одна книга"