Лучшие книги - 100 лучших книг

100 лучших
книг
Главная Редкие книги из
100 лучших книг

Оглавление
Михаил Булгаков - Мастер и Маргарита
Федор Достоевский - Идиот
Николай Гоголь - Мертвые души
Иван Гончаров - Фрегат "Паллада"
Артур Хейли - Аэрпорт
Станислав Лем - «Рассказы о пилоте Пирксе»
Валентин Пикуль - Три возраста Окини-сан
Эрих Мария Ремарк - Три товарища
Аркадий Вайнер, Георгий Вайнер - Визит к Минотавру
Катрин Бенцони - Катрин в любви
Эдмонд Гамильтон - Звезда жизни

За время, проведенное в тюрьме, Мельник заметно сник. Он сильно похудел, кожа обтянула шишковатый мощный череп и повисла на щеках и подбородке, стала она какой-то прозрачно-желтой, как это обычно бывает у людей от недостатка свежего воздуха, 

– Что похудели так, Степан Андреевич? Разве кормят недостаточно? -спросил я. 

– Достаточно, – сказал он. – Мне разве, старому, много надо? Да и жена моя дважды передачку приносила. 

– А в чем же дело? 

Мельник пожевал сухими синими губами, глухо сказал: 

– Тоска меня забрала совсем… 

– Вас в камере не обижают? – поинтересовался я. 

– Нет, – помотал он головой. – Кому там меня забижать? Держут-то меня на спецрежиме, вместе с хозяйственными преступниками. Расхитителями, значит, крупными. А они – сами люди тихие, в испуге и томлении проводят дни перед судом… 

Зазвонил телефон. Я снял трубку – Белаш. Поговорили о том, о сем, потом он как-то странно замолчал, мне даже показалось, будто нас разъединили, и я крикнул в трубку: 

– Алло, алло! 

– Да-да, Станислав Павлович, я вас слышу, – сказал Белаш, и мне показалось, будто в голосе его еще плывет паутина сомнения, но он быстро выпалил: 

– Я, собственно, вот почему вам звоню – видел сегодня Содомского, и он мне сказал, что знает, у кого находится скрипка «Страдивари». 

– Да-а? – недоверчиво протянул я и посмотрел на Мельника – он сидел неподвижно, закрыв глаза, весь желто-серый, будто припорошенный пылью, равнодушный ко всему на свете. 

– Да, – сказал Белаш. – Не знаю, правда ли это, а может быть, и наврал, но я решил вам позвонить. 

– Спасибо, – сказал я и подумал, что никто лучше Белаша не может мне дать совет насчет «утерянной» из репетиционного фонда скрипки: XVIII век, предполагаемый автор – Бергонци. Я внимательно посмотрел на Мельника и спросил Белаша: – Григорий Петрович, а вы далеко отсюда? 

– Нет, не очень. А что? 

– Вы бы не могли зайти ко мне на десять минут? Больше я вас не задержу, а посоветоваться мне надо с вами позарез. 

– Хорошо, – сразу согласился Белаш. 

Я положил трубку и снова посмотрел на Мельника – он будто застыл в неудобной, какой-то скрюченной позе на стуле и за все время разговора ни разу не пошевелился. 

– Так о чем тоскуете, Степан Андреевич? 

Мельник поднял на меня – на одно мгновенье – тусклые глаза, и я подумал, что они тоже как-то уменьшились, потом устало опустил веки и горестно-спокойно сказал: 

– Умру я, наверное, в заключении… 

– Это почему же? Недавно еще совсем другие речи от вас я слышал. 

– Недавно! – усмехнулся Мельник. – Это у тебя – в суете, да беготне, да на воле – месяц не срок. А в камере месяц – срок. Ох, немалый! 

– Ну а как же люди года отбывают? Как вы-то будете? Вам ведь за эту кражу, сами понимаете, суд не месяц положит… 

– Потом, когда года потекут, – не так тяжко. Привыкнешь. А сейчас тяжело. Лежишь да цельный день думаешь. И мысли-то все противные, горючие -кажись, за месяц-то всю жисть свою семь раз можешь обдумать, коли у тебя все равно дела никакого другого нету. А вот все думается снова да снова и конца-края нет им, мыслям всем этим. 

– И что придумал? 

– Ничего я не придумал, милок. Только часто вспоминал слова, что от Креста как-то слыхал, – говорил он, человеческая жизнь, как детская рубашка, – коротка и загажена. 

– Так ведь вы не ребенок, Степан Андреевич – должны были понимать, что на свою рубашку гадите. 

– То-то и оно! Кабы человека, перед тем как он закон нарушил, в тюрьму дня на три отправить – навроде экскурсии, тебе бы совсем дел никаких не осталось. Да только опосля все это до ума доходит – когда весь уже в дерьме топнешь, под самое горлышко подступило. 

– Ничего не попишешь, – сказал я. – Урок впредь будет. Мельник снова усмехнулся, поднял крутую седую бровь. 

– Урок, говоришь? С урока этого на погост меня отправят. 

– Почему же на погост? Колония – это вам не каторга. Дадут работу по силам, с учетом возраста и состояния здоровья. 

– Не каторга, – повторил Мельник. – А что же – Сочи-курорт? Ты-то, чай, на отпуск туда путевку себе не возьмешь? 

– Я, между прочим, по чужим квартирам ночью не шатаюсь, а, наоборот, вас в них ловлю. Так что мне полагается путевка в Сочи, а вам – в края с более прохладным климатом. Чтобы работать было не жарко… 

– Так я работы не боюсь. Тоска меня там заест. Сгибнет тут без меня все хозяйство мое, баба одна не справится. А если Хозяин узнает, что я еще вещичек набрал из квартиры – пошлет Креста, он мне дом сожжет, вот я чего боюся. А все сначала начинать – силов у меня уже нету. И добра, нажитого за всю жизнь, очень жалко. Хоть бы вы Креста споймали – все бы мне спокойнее было. А то, коли я в колонию поеду, а Крест здесь шерудить останется, от одних волнениев помру. 

Я посмотрел на его голый череп, прозрачные желтые хрящи торчащих ушей, усохшую желто-серую кожу и почему-то очень легко, с отвратительным неприятным чувством представил его мертвым – его очень легко, до тошноты просто было представить себе мертвым. Передо мной сидел труп. Человек из жадности себя дотла выел. 

– Вот, видите, бывает, оказывается, что интересы преступного мира и уголовного розыска совпадают, -. сказал я, встал, прошелся по кабинету, подошел к окну. На улица стоял ослепительно яркий, холодный солнечный день, и в этот час мой кабинет освещался таким пронзительным голубоватым светом, будто за окном был установлен «юпитер». У входа в сад «Эрмитаж» разгружали с машин заснеженные елки, бежал по тротуару в одном белом халате студент из клиники мединститута, над его непокрытой головой дымился клуб белого пара, около своих красноверхих «Волг» попыхивали сигаретами таксисты на стоянке, гуськом шли за воспитательницей толсто закутанные малыши из детсада, а она все время оглядывалась на них, быстро постукивая на ходу сапожком о сапожок, и что-то беззвучно кричала им, слов из-за двойной рамы, конечно, не было слышно, но и так было понятно, что кричит она им что-то веселое, подбадривающее, потому что мне и отсюда были видны ее раскрытые в улыбке красные замерзшие губы и сияющий блеск зубов… 


Страница 89 из 117:  Назад   1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52   53   54   55   56   57   58   59   60   61   62   63   64   65   66   67   68   69   70   71   72   73   74   75   76   77   78   79   80   81   82   83   84   85   86   87   88  [89]  90   91   92   93   94   95   96   97   98   99   100   101   102   103   104   105   106   107   108   109   110   111   112   113   114   115   116   117   Вперед 

Предупреждение читателям    Авторам Полезные ссылки Написать админу
Электронная библиотека "100 лучших книг" - это субъективная подборка бесплатных произведений, собранная по принципу "один писатель - одна книга"