Лучшие книги - 100 лучших книг

100 лучших
книг
Главная Редкие книги из
100 лучших книг

Оглавление
Михаил Булгаков - Мастер и Маргарита
Федор Достоевский - Идиот
Николай Гоголь - Мертвые души
Иван Гончаров - Фрегат "Паллада"
Артур Хейли - Аэрпорт
Станислав Лем - «Рассказы о пилоте Пирксе»
Валентин Пикуль - Три возраста Окини-сан
Эрих Мария Ремарк - Три товарища
Аркадий Вайнер, Георгий Вайнер - Визит к Минотавру
Катрин Бенцони - Катрин в любви
Эдмонд Гамильтон - Звезда жизни

- Уже дважды, господин коннетабль, вы избавляли короля от его недостойных фаворитов. Отчего же вы боитесь сделать это в третий раз? Что есть такого у господина де Ля Тремуя, чего не было у Пьера де Жиака и Камю де Болье? Первого мы, зашив в мешок, бросили в Орон, а второго удавили, так почему же господин де Ля Тремуй еще жив? 

- Потому что он больше думает о себе, чем те двое. Жиак верил, что пользуется покровительством дьявола, которому он продал спою правую руку, а у Болье голова была пустая, как погремушка. Ля Тремуй, напротив, исполнен опасного коварства. Он знает, что его ненавидят, и соответственно ведет себя. Мы поклялись покончить с ним, но, похоже, это не так легко осуществить. Епископ издал сухой смешок. 

- Необходим всего лишь один удар! Мне непонятно, что вас удерживает. Вы мало бываете при дворе, однако у вас достаточно верных людей... 

- И что должен сделать один из этих верных людей? - сухо прервал Ришмон. - К Ля Тремую невозможно приблизиться, если вы не пользуетесь его доверием. Его главным телохранителем является король, от которого он теперь ни на шаг не отходит. Начиная с лета, они с королем затворились в крепости в Амбуазе и ни разу не покидали ее, кроме как для краткосрочного посещения Сюлли. Недостает не желания убить, а возможностей! 

От мрачного тона коннетабля кровь застыла у Катрин в жилах. Она увидела, как рука Иоланды нервно ухватилась за подлокотник трона, и почувствовала отчаяние королевы так, будто оно пронизало ее собственное тело. Какая польза была от этих заявлений и вопросов, на которые не было ответов? Что толку в этом совете, если он только подчеркнул беспомощность всех участников? Однако, поскольку королева хранила молчание, она не решилась говорить. Кроме того, епископ снова возбужденно пустился в спор. 

- Искусный лучник может попасть в любую цель в любом месте. Когда Ли Тремуй выйдет... 

- Он никогда не выходит наружу. Он стал таким толстым и тяжелым, что ни одна лошадь не снесет его. Когда он путешествует, то передвигается в закрытых носилках, окруженных стражей и покрытых кольчугой. 

- Я полагаю, ночью кольчуги он не носит. Ударьте ночью... 

- Он не ночует в покоях короля, потому что не считает их вполне безопасными. Ночью Ля Тремуй позволяет себе уснуть лишь в самой главной башне, под охраной не менее пятидесяти человек. 

- Тогда яд ему в пищу... 

Ришмон устало вздохнул. Его друг Прижен де Коетиви мрачно ответил: 

- Его еду и питье пробуют три офицера короля. 

Епископ де Бей гневно вскрикнул, сорвал с себя очки и швырнул их на пол. 

- И это все, что вы можете нам сказать, господин коннетабль? Вы признаете поражение или Ля Тремуй - сам дьявол во плоти? Во имя всего святого, мессир, мы говорим о человеке из плоти и крови, окруженном всего-навсего слабыми или жадными людьми, которых можно было бы купить и которые, вероятно, продали бы свою верность за золото... 

- Я не доверяю верности, которую можно купить, господин епископ. Мве нужен человек, не только способный на преданность, но и готовый пожертвовать своею жизнью, ибо удар почти наверняка придется наносить на глазах у короля, и убийца вряд ли унесет ноги живым. Кто из вас, господа, был бы готов вонзить кинжал в горло Ля Тремую, а затем в свою очередь быть убитым стражей? 

Ответом на саркастический вопрос коннетабля было гробовое молчание. Рыцари в замешательстве смотрели друг на друга, и сердце Катрин внезапно преисполнилось гневом. Этим людям не было нужно доказывать свою доблесть. Они принадлежали к числу самых храбрых, и все же никто из них не был готов подвергнуть свою жизнь опасности, чтобы уничтожить своего врага. Да, они были готовы сразиться средь бела дня, в ярких лучах солнца и славы, под звон стали и шелест знамен, однако их гордость восставала при мысли об убийстве в потемках, о том, чтобы застать жертву врасплох, а потом пасть под ударами слуг. Возможно также, они полагали себя слишком нужными для королевства, слишком необходимыми для славы Франции на поле брани, чтобы унизиться до совершения неприятных, подлых поступков?.. Или, может быть, они недостаточно пострадали от Ля Тремуя? Иначе они, конечно же, жаждали бы его крови любой ценой... и любыми средствами! В ненависти, которую они питали к нему, не было жара, и борьба их была борьбой политической - благородным, но холодным желанием вырвать власть и особу короля из недостойных рук Ля Тремуя. Это не было похоже на ненависть, которую испытывала она сама, на ярость, сидевшую в самом ее нутре, - ярость отчаявшейся женщины, которой отказано в том, что составляло единственный смысл жизни. Эти люди были всего лишь нежелательны при дворе, и близкие родственники некоторых из них пострадали от Ля Тремуя, но они не видели, как горят их замки, а имена их предаются поношению, как жизнь их находилась под угрозой, а самое дорогое для них на свете существо навсегда изгоняется из мира живых. 

От неистовой вспышки гнева кровь ее забурлила, к губам подступила горечь. И когда королева повелительным голосом, в котором был легкий оттенок неудовольствия, заметила: "Ну же, господа, мы должны что-то решить!" - Катрин оставила свое место, подошла к трону и встала перед ним на колени. 

- Если вашему величеству будет угодно, я готова совершить то, от чего отступаются эти господа. Мне больше нечего терять, кроме моей жизни... а это пустяк, если бы только я смогла отомстить за моего возлюбленного супруга. Все, чего я прошу, государыня, это чтобы вы помнили о моем сыне и были ему опорой вместо меня. 

Ее слова были встречены сердитым ропотом. Все рыцари столпились у ступеней трона, держа руки на эфесах мечей. 

- Да простит меня небо! - гневным голосом вскричал Пьер де Врезе. - Я полагаю, госпожа де Монсальви принимает нас всех за трусов! Можем ли мы позволить, господа, чтобы она продолжала так думать! 

Со всех сторон раздались возмущенные протесты, но через мгновение их прервал холодный голос, который произнес: 

- С позволения королевы, а также коннетабля, я хотел бы сказать, господа, что все это не имеет смысла и является пустой тратой времени и слов. Нужно не спорить о том, кто проявил бы наибольший героизм, а хладнокровно спланировать смерть человека. Это не состязание, где требуется доказать, кто из вас повел бы себя с наибольшим героизмом, а хладнокровный план убийства, и нужно разработать наилучший его способ. Ни одно из предложений, которые я здесь слышал, не представляется дельным или осуществимым. 


Страница 35 из 125:  Назад   1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34  [35]  36   37   38   39   40   41   42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52   53   54   55   56   57   58   59   60   61   62   63   64   65   66   67   68   69   70   71   72   73   74   75   76   77   78   79   80   81   82   83   84   85   86   87   88   89   90   91   92   93   94   95   96   97   98   99   100   101   102   103   104   105   106   107   108   109   110   111   112   113   114   115   116   117   118   119   120   121   122   123   124   125   Вперед 

Предупреждение читателям    Авторам Полезные ссылки Написать админу
Электронная библиотека "100 лучших книг" - это субъективная подборка бесплатных произведений, собранная по принципу "один писатель - одна книга"