Лучшие книги - 100 лучших книг

100 лучших
книг
Главная Редкие книги из
100 лучших книг

Оглавление
Михаил Булгаков - Мастер и Маргарита
Федор Достоевский - Идиот
Николай Гоголь - Мертвые души
Иван Гончаров - Фрегат "Паллада"
Артур Хейли - Аэрпорт
Станислав Лем - «Рассказы о пилоте Пирксе»
Валентин Пикуль - Три возраста Окини-сан
Эрих Мария Ремарк - Три товарища
Аркадий Вайнер, Георгий Вайнер - Визит к Минотавру
Катрин Бенцони - Катрин в любви
Эдмонд Гамильтон - Звезда жизни

- Какое это имеет значение? Вы стоите всех королевств! В тот момент, когда я впервые увидел вас среди фрейлин королевы Марии, я понял, что ради вас отрекусь от всего и всех... 

- Даже от Масс и детей? 

Наступило молчание. Жак застыл при упоминании о семье. Дыхание его участилось. Затем она услышала как бы издалека его мрачный, но твердый голос: 

- Да, даже от них, Катрин. 

Она не позволила ему продолжать. Это становилось опасным. Она знала, что Жак всегда питал к ней слабость, но не ожидала такой страстной любви. Он ис был человеком, кидающим слова на ветер. Что, если она поймает его на слове и заставит отказаться от всего - от состояния, семьи, от будущего - ради нее? Она медленно покачала головой. 

- Нет, Жак, мы всегда будем жалеть, что совершили такой безумный поступок. Я говорила так, потому что устала и к тому же была испугана. А вы ответили мне чересчур пылко. У нас с вами есть еще дела во Франции. Кроме того, вы слишком любите Масс, - даже если сейчас вам так не кажется, - чтобы причинить ей такую боль. А что касается меня, то мое сердце умерло со смертью мужа. 

- Перестаньте! Вы слишком молоды, слишком красивы, чтобы чувствовать так! 

- И тем не менее это так, друг мой, - твердо сказала Катрин, сделав ударение на последнем слове. - Я жила, дышала и страдала только благодаря и ради Арно де Монсальви. Он, и только он был моей жизнью, моей любовью, только для него существовала я. Теперь он умер, и я, как тело без души, и, возможно, это поможет мне без колебаний осуществить то, на что я решилась. 

- Что Катрин? 

- Какое это имеет значение? Но это может мне стоить жизни. И в этом случае, Жак Кер, помните, что судьба моего сына Мишеля де Монсальви в наших руках. Молитесь за меня. Прощайте, мой Друг. 

Подобрав плащ, она повернулась и направилась к Саре и брату Этьену, которые ждали ее. Печальный протест Жака долетел до нее, как дуновение ветра: 

- Не прощайте, Катрин, а до свидания. 

Она закрыла капюшоном искаженное от боли лицо. Такие же слова она в отчаянии прокричала на дороге в Карла, полубезумная от горя, с упорством цепляясь за надежду, которая не умирает. Те же самые слова, да, но чувства, которые они вызывали, были не одни и те же. Как только они скроются за поворотом дороги, Жака вновь закружит вихрь его беспокойной жизни. Пусть будет все, как есть. 

Катрин наклонилась к Саре, которая съежилась на камне, пытаясь согреться, помогла ей встать и улыбнулась брату Этьену. 

- Сожалею, что заставила вас ждать! Мэтр Кер попросил передать вам слова прощания. А теперь в путь. 

Молча они пустились в дорогу. Она спускалась влево и некоторое время шла вдоль озера. Тонкий сери месяца, появившийся на небе, мягко отражался в воде. Катрин повернулась в седле и посмотрела назад. В тусклом свете она различила силуэт скачущего на коне Жака Кера в развевающемся на ветру плаще. Он взбирался на холм и не обернулся назад. 

Катрин вздохнула и выпрямилась в седле. Минута сентиментальной слабости прошла, и она была последней, которую Катрин позволила себе. В полной опасностей жизни королевского двора, куда она возвращалась, пока Ля Тремуй не будет уничтожен, не было места для слабых. 

Часть II 

ОТМЩЕНИЕ 1433 г. 

Глава пятая 

РЫЦАРИ КОРОЛЕВЫ 

Катрин стояла в одном из глубоких оконных проемов дворца в Анжере, рассеянно глядя на пейзаж за окном. Она так устала после долгого путешествия, что ей трудно было пока освоиться в новой обстановке. Когда немногим раньше они с Сарой и братом Этьеном добрались до Луары, она была на грани обморока от изнеможения и ужаса. Последние двенадцать дней их пути пролегали через голодающие Лимузен, Марш и Пуату, где повсеместно были видны кровавые следы зверств англичан: трупы повешенных, разграбленные деревни. Им приходилось сражаться за свою жизнь - с холодом, с людьми, даже с волками, которые с воем кидались на стены сараев, где они зачастую были вынуждены останавливаться на ночь. Добывание съестного было сложным делом, и каждый прием пищи становился трудноразрешимой задачей. Если бы не монастыри, пропуском в которые служила ряса монаха, и не охранная грамота, которую дала Катрин королева Иоланда, трое путников, несомненно, умерли бы от голода задолго до приближения к этой величественной реке. Катрин по наивности воображала, что как только они окажутся в Анжуйском герцогстве, любимом крае Иоланда, их неприятности кончатся. Однако стало еще хуже! 

Встреченные на границе герцогства проливным дождем, Катрин и ее друзья двинулись через местность, которая предыдущей осенью систематически опустошалась людьми Вилья Андраде. Они увидели деревни, так жестоко разоренные, что в них не осталось ни одной живой души, способной похоронить мертвых, и единственным могильщиком были зимние снега. Они увидели вытоптанные виноградники, поля, где этой весной не суждено было вырасти даже траве, разграбленные церкви, сожженные монастыри и замки. Они увидели черные пустыни с торчащими тут и там обугленными пнями па том месте, где когда-то стояли леса, и скелеты животных, оставленные волкам у обочины дорог. 

Они встречали мужчин, женщин и детей, которых несчастья и страх довели до того, что они, подобно животным, стали искать убежища в пещерах. Их также было необходимо избегать, ибо для этих несчастных любой путник был законной добычей. Однажды, когда они попали в руки одной из этих банд, их и последний момент спасли от расправы стражники королевы, которые сопровождали телеги, полные продовольствия для бедствующих жителей. 

Когда, наконец, показались соединяющие три острова четыре моста Пон-де-Се, башенки которых были так же надежно укреплены и снабжены контрфорсами, как маленькие замки, брат Этьен не мог удержаться, чтобы не пробормотать себе под нос: 

- Наконец-то! Мы добрались! 

Охранная грамота дала им возможность пройти беспрепятственно, и вскоре, к своему огромному облегчению, они оказались за массивными стенами города Анжера. Несмотря на то, что герцогская столица не была опустошена войсками испанца, и убожество сельских районов не ощущалось в столь богатом и имеющем достаточное количество защитников городе, лица горожан имели замкнутое, недоверчивое выражение. Было много людей в трауре, а на улицах не было видно суеты и оживления, обычных для большого процветающего города. Люди разговаривали друг с другом вполголоса, будто в церкви. Тем не менее здесь царил дух силы и порядка. Не было ни нищих, ни пьяных солдат, пи женщин легкого поведения. Этот город с его садами, белыми стенами и синими крышами, создававшийся как место для беззаботной и изящной жизни, был превращен в крепость, постоянно находившуюся в боевой готовности. Даже беженцы, которые набились в город, как цыплята, прячущиеся под своей матерью-квочкой, были так обустроены, что не нарушали упорядоченную жизнь города и не мешали его обороне. Все здесь свидетельствовало о том, что Иоланда Анжуйская умеет править, оказывать помощь и сражаться! 


Страница 30 из 125:  Назад   1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   22   23   24   25   26   27   28   29  [30]  31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52   53   54   55   56   57   58   59   60   61   62   63   64   65   66   67   68   69   70   71   72   73   74   75   76   77   78   79   80   81   82   83   84   85   86   87   88   89   90   91   92   93   94   95   96   97   98   99   100   101   102   103   104   105   106   107   108   109   110   111   112   113   114   115   116   117   118   119   120   121   122   123   124   125   Вперед 

Предупреждение читателям    Авторам Полезные ссылки Написать админу
Электронная библиотека "100 лучших книг" - это субъективная подборка бесплатных произведений, собранная по принципу "один писатель - одна книга"