Лучшие книги - 100 лучших книг

100 лучших
книг
Главная Редкие книги из
100 лучших книг

Оглавление
Михаил Булгаков - Мастер и Маргарита
Федор Достоевский - Идиот
Николай Гоголь - Мертвые души
Иван Гончаров - Фрегат "Паллада"
Артур Хейли - Аэрпорт
Станислав Лем - «Рассказы о пилоте Пирксе»
Валентин Пикуль - Три возраста Окини-сан
Эрих Мария Ремарк - Три товарища
Аркадий Вайнер, Георгий Вайнер - Визит к Минотавру
Катрин Бенцони - Катрин в любви
Эдмонд Гамильтон - Звезда жизни

Казалось, что-то ожило в затуманенном, измученном взоре. Изабель Монсальни прошептала: 

- Катрин! 

- Да! - настойчиво продолжала молодая женщина. - Это я!.. Я здесь!.. 

Глаза больной остановились на молодой женщине, которая подалась вперед, сжимая иссохшую руку в своих руках. 

- Бесполезно, госпожа Катрин, - прошептала Донатьена, - рассудок вновь покинул ее. 

- Нет, нет. Я думаю, она слышит меня. Матушка, посмотрите на меня! Разве вы меня не узнаете? 

Катрин собрала всю свою волю, пытаясь проникнуть в затуманенное сознание больной женщины. Она страстно желала влить свою собственную силу в это изможденное тело, и желание ее было настолько сильным, что она почувствовала, как тепло перетекает из се рук и руки больной. И тогда она вновь взмолилась: 

- Посмотрите на меня! Я - Катрин, ваша дочь, жена Арно! 

Дрожь пробежала по иссушенной коже Изабель при звуке этого имени. Ее глаза, теперь вполне осмысленные, остановились на взволнованном лице молодой женщины. 

- Катрин, - выдохнула она. - Ты вернулась? 

- Да, матушка... Я вернулась! И я больше никогда не оставлю вас... никогда! 

- Ты останешься?.. Но этот молодой человек?.. Де Брезе? 

- Он принял свои мечты за реальность. Я больше никогда не увижу его. Я Катрин де Монсальви и останусь его, матушка. Я его жена... и только его! 

Огромная радость и облегчение появились на искаженном лице больной, се рука, сжимавшая руку Катрин, расслабилась и стала мягкой, бледная улыбка появилась на губах. 

- Слава Богу, - прошептала она, - теперь я могу спокойно умереть. 

Она на секунду закрыла глаза, открыла их вновь и нежно посмотрела на Катрин. Сделав знак подвинуться ближе, она таинственно прошептала: 

- Знаешь, я видела его еще раз... 

- Кого, матушка? 

- Его, моего сына!.. Он приходил ко мне... Он так же красив, как и раньше... 

Жестокий приступ кашля прервал ее. Лицо стало пунцовым, взгляд - бессмысленным. Изабель откинулась назад, пытаясь вдохнуть. Передышка закончилась. Подошла Донатьена с чашкой. 

- Травник говорит, что, когда она кашляет, нужно давать ей пить настой из маковых зерен, сухой фиалки и мальвы. Но это не так-то просто... 

С помощью Катрин, однако, удалось заставить больную проглотить несколько глотков. Кашель стал не таким резким и сухим. Напряженное тело постепенно расслабилось, но глаза оставались закрытыми. 

- Может быть, она немного поспит, - прошептала Донатьена. -Идите отдохните немного, госпожа Катрин. Долгое путешествие, должно быть, утомило вас. А я побуду с ней до рассвета. 

- Ты же без сил, Донатьена. 

- Ба, я крепко сколочена! - сказала старая крестьянка с храброй улыбкой. - Кроме того, сил у меня прибавляется от того, что вы здесь. 

Катрин кивнула в сторону больной, которая, кажется, заснула. 

- Давно сна болеет? 

- Больше недели, благородная госпожа. Она настояла на том, чтобы поехать в Кальне, с Фортунатом! Она не могла больше выносить разлуку с сыном. На обратном пути они попали под проливной дождь, который лил, не переставая, три дня. Но госпожа отказалась остановиться и укрыться где-нибудь. Она приехала, насквозь промокшая, и продрогла до костей. На следующий вечер начался жар. С тех пор болезнь не покидала ее... 

Катрин, жмурясь, слушала Донатьену, но не прерывала ее. Ее мучило раскаяние. Она прекрасно понимала Изабель. Материнское сердце стремилось облегчить удар, который Катрин нанесла Арно, даже если он сам еще и не знал об этом. Да и как он мог что-либо знать в этой гробнице для живых - лепрозории? Разве не оставались все слухи за порогом обители живых мертвецов, который терпели только при условии, что они держались вдали от всего мира и позволяли забыть о себе? 

Думая о своем, Катрин спросила: 

- Кстати, где Фортунат? 

На этот раз ответил Готье, все еще стоящий у кроватки Мишеля: 

- Сегодня пятница, госпожа Катрин. Вчера Фортунат ушел в Калье, он делает это каждую неделю. Он не пропустил ни одного посещения... и всегда идет пешком, в знак смирения. 

- Вам приходится посылать туда много еды? 

- Нет. Иногда Фортунат берет небольшую буханку хлеба или головку сыра, а иногда и вообще ничего не берет. Он садится на поваленное дерево возле лепрозория и сидит там часами... Он странный юноша, но, клянусь вам, госпожа Катрин, никогда я еще не встречал более преданной души. 

Катрин отвернулась, чтобы он не видел ее лицо: она покраснела до корней волос. Юный гаскопский дворянин преподнес ей урок верности. Ничто не разлучит его с господином, которого он никогда не забудет. Сравнив свое поведение с поведением гасконца, Катрин признала, что победа за Фортунатом. 

- И я не встречала, - прошептала она. - Кто бы мог подумать, что он так сильно привяжется к нему? Кстати, когда он вернется? 

- Завтра. 

На следующий день Фортунат не пришел. Катрин провела весь день у постели Изабель, и старой госпоже, кажется, стало немного легче. Катрин долго беседовала с аббатом. Она сказала ему, что настало время перестроить замок - у нее есть на это средства. Королевский казначей обещал ей порядочную сумму в золотых экю, кроме того, всегда можно было рассчитывать на ее драгоценности, за исключением тех, которые им с Изабель пришлось продать, чтобы было на что жить. 

Бернар де Кальмон д'Ол, молодой аббат Монсальви, был волевым и проницательным человеком. Катрин подарила ему великолепную рубиновую брошь, чтобы застегивать праздничную ризу, а затем стала обсуждать планы восстановления замка. Один из монахов, брат Себастьян, занялся чертежами, другой отправился искать каменоломню, из которой можно было бы привозить камни для стройки. Как и во всех больших монастырях, в Монсальви находились талантливые представители любых ремесел. 

- В любом случае, - сказал аббат Катрин, - вы можете оставаться здесь столько, сколько захотите. Домик для гостей достаточно удален от монастыря, и присутствие, сколь угодно длительное, молодой женщины не станет предметом злых пересудов. 

Успокоенная на этот счет, Катрин занялась Тристаном Л'Эрми-том и его людьми - они должны были отбыть на следующий день. Солдаты получили щедрое вознаграждение. Что касается Тристана, то ему Катрин подарила тяжелую золотую цепь с бирюзой, когда-то принадлежавшую Гарэну де Брази. 


Страница 106 из 125:  Назад   1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52   53   54   55   56   57   58   59   60   61   62   63   64   65   66   67   68   69   70   71   72   73   74   75   76   77   78   79   80   81   82   83   84   85   86   87   88   89   90   91   92   93   94   95   96   97   98   99   100   101   102   103   104   105  [106]  107   108   109   110   111   112   113   114   115   116   117   118   119   120   121   122   123   124   125   Вперед 

Предупреждение читателям    Авторам Полезные ссылки Написать админу
Электронная библиотека "100 лучших книг" - это субъективная подборка бесплатных произведений, собранная по принципу "один писатель - одна книга"