1 Так называли сторонников Жозефа Бонапарта, ставленника Наполеона. 

2 Каломарде (1773—1842) —один из реакционнейших политиков Испании, министр Фердинанда VII. 

3Ту, Нант — города во Франции. 

и чтобы вы берегли себя от них, я хочу назвать вас «голуби мои», поскольку это и для вас, должно быть, звучит необидно, и мне служит большим утешением, так как вы знаете, что я человек мягкий, незлобивый, и все мое обличье подтверждает это. Ясное дело, мне ведомо, что предстоят выборы и вы хотите видеть меня на своей стороне, хотя пока между нами нет полного понимания и доброго согласия настолько, чтобы побить на выборах сторонников правительства и провести в депутаты подходящего человека, готового отстаивать наши интересы и идеи. 

Излагая это, дон Опандо вновь разглядывал через амбразуру физиономии своих посетителей, ибо, хотя всегда почитал их людьми благородными, надежными и неспособными на обман и двоедушие, все же в подобных обстоятельствах ему приходилось идти, нащупывая верный путь, и это было не лишне. Однако, видя перед собой эти ангельские лики, на которых запечатлелись простодушие и невинность, он окончательно успокоился и сказал про себя: «Нет ничего странного, что для этой затеи они остановили свой выбор на мне». И чтобы убедиться в справедливости своего суждения, он спросил: 

— А мы уже знаем, голуби мои, кого должны выдвинуть и в чью пользу стараться? 

— Ну да,— ответил дон Пако,— если дон Опандо не возражает, мы все хотели бы отдать свои голоса за дона Веремундо. Нам надоело предлагать в таких случаях самого умного, самого просвещенного, самого деятельного, самого пронырливого и близкого ко двору, так как все, что бы мы ни делали, сводилось к тому, чтобы поднять на щит дурака, или краснобая, или себялюбца, поддержать эгоизм и тщеславие, позаботиться о том, чтобы какой-нибудь фабрикант нацепил себе на грудь побольше орденских лент или набил карманы деньгами. Мы сыты по горло этими мерзавцами и на сей раз выберем такого человека, как дон Веремундо: он богат и не жаждет власти; и хоть не слишком блещет талантами, ему не откажешь в благоразумии, и уж коли затронет какой вопрос, сразу попадает в самую точку, будь это дело большое или малое, важное или пустячное, и все из-за своей любви к справедливости, которой мы так восхищаемся — и все вместе, и каждый в отдельности. При иных обстоятельствах достаточно было бы предложить кандидатуру такого человека, как дон Веремундо, 

и тут же получить единодушное одобрение; но поскольку теперь поступают по-другому и предлагают из столицы кандидатуры не епископов, а депутатов, то надобно опередить других и держать ухо востро, поэтому мы и хотим рассчитывать на вашу поддержку, сеньор дон Опандо. 

Сказав это, дон Пако почтительно склонил голову, не вставая со своего кресла, и замолчал. Дон Опандо понял, что, хоть и обманулся в своих парламентских амбициях, но все же сумеет извлечь немало выгоды из участия в этом предприятии; поэтому он с напускной безмятежностью проглотил пилюлю и ответил: 

— Воистину, воистину, голуби мои, вы перехватили мою собственную идею. Я только что думал о нем, восхищаясь его благородным бескорыстием, ведь из этих документов, которые я просматривал,— он похлопал по пухлой пачке бумаг,— явствует, что если бы дон Вере-мундо захотел воспользоваться своими правами попечителя, то мог бы почти полностью располагать всеми средствами больницы, а он без раздумий оставляет эти деньги бедным, проявляя такую незаинтересованность, быть может, оттого, чтобы не вызывать каких-либо проявлений благодарности. Давайте же выступим сообща за дона Веремундо и сделаем так, чтоб весь округ высказался в его пользу. 

Дойдя до этого места, дон Опандо отвел от глаза свою хитроумную зрительную трубу и, поискав что-то в окружавшем его бумажном море, извлек несколько записей, аккуратно подшитых в папке, и продолжал: 

— Здесь, голуби мои, целое руководство по проведению выборов, со всеми ходами и выходами, обычаями и непреложными правилами, взлетами и падениями. В этом округе насчитывается 1578 голосов. Дон Антонио Каньисарес, владелец майората, дядюшка дона Пако, располагает тремястами скулящих избирателей, я называю их так потому, что в селении Кубаскула обосновалась целая свора этих попрошаек; свояк дона Раймундо, дон Косме, играет в боличе 1 со своими двумястами акул из Самбростенеса, а прозываю я их так, потому как надо зарезать по барашку для каждого из них да засолить по полбочки мяса, тогда они проголосуют, как требуется; в округе Молинос, насчитывающем девяносто голосов, 

Боличе — азартная игра. 

дабы заручиться поддержкой этой деревенщины, все дело упирается в то, чтобы заставить дона Альфонсо, тестя дона Бруно, спустить в летние месяцы воду, ненужную ему для полива, из-за которой, как все мы знаем, он ведет тяжбу с общиной. Дон Бернабё де Сунь-ига, досточтимый дед дона Тадео, может добавить нам из своего нового поместья Испуда голоса ста пятидесяти глупых до святости тамошних крестьян со вновь распаханных земель, я говорю «глупых до святости» из-за бесхитростности и почти идиллического простодушия, с каким они выполняют все, что бы им ни велели. Ну вот, если к этим семистам сорока избирателям, коими мы располагаем в чистом виде, прибавить тридцать-сорок давнишних арендаторов и родственников самого дона Веремундо, а также по пятнадцать-двадцать человек, о которых может позаботиться каждый из четырех моих собеседников, тогда, согласно всем правилам арифметики, мы не только имеем равное число голосов, но и побеждаем на выборах. В этот момент в битву вступаю я со своим небольшим подкреплением из шестидесяти избирателей, которые, хоть и ведут весьма неправедный образ жизни, голосуют как архипастыри, отдавая свои голоса так, словно служат пасхальную мессу для своего избранника; при этом я не связываю себя обязательством оказывать им взамен какие-либо услуги, разве что дам тот или иной совет судьям первой инстанции, иным судейским и прочим чиновникам ее величества. Власти предержащие частенько имеют на них зуб за то, что они хотят прихватить по дешевке табак, или соль, или какую-нибудь мелочь в этом роде, я же изредка беру их под защиту и не даю в обиду из признательности к этим гонимым страдальцам, выручавшим меня в подобных случаях.