Лучшие книги - 100 лучших книг

100 лучших
книг
Главная Редкие книги из
100 лучших книг

Оглавление
Александр Дюма - Три мушкетёра
Джером К. Джером - Трое в лодке, не считая собаки
Агата Кристи - Десять негритят
Илья Ильф и Евгений Петров - Двенадцать стульев. Золотой теленок
Кир Булычев - 100 лет тому вперед
Жюль Верн - 20 тысяч лье под водой
Александр Грин - Алые паруса
Вальтер Скотт - Айвенго
Рождер Желязны - Хроники Амбера
Артур Конан Дойл - Собака Баскервилей
Василий Ян - Батый
Александр Беляев - Человек-амфибия
Майн Рид - Всадник без головы
Виталий Бианки - Лесные были и небылицы
Николай Гоголь - Тарас Бульба
Михаил Булгаков - Собачье сердце
Дмитрий Фурманов - Чапаев
Вячеслав Миронов - Я был на этой войне
Джеральд Даррелл - Моя семья и другие животные
Федор Достоевский - Преступление и наказание
Иван Ефремов - На краю Ойкумены
Антуан де Сент-Экзюпери - Планета людей
Братья Вайнеры - Эра милосердия
Леонид Филатов - Про Федота-стрельца
Дик Френсис - Спорт королев
Луис Ламур - Ганфайтер
Артур Хейли - Колеса
Константин Щемелинин - Я
Лев Яшин - Записки вратаря
Астрид Линдгрен - Малыш и Карлсон
Лев Кассиль - Кондуит и Швамбрания
Джеймс Оливер Кервуд - Казан
Тур Хейердал - Путешествие на Кон-Тики
Джозеф Конрад - Юность
Валентин Пикуль - Крейсера
Даниэль Дефо - Робинзон Крузо
Василий Аксенов - Остров Крым
Джим Корбетт - Кумаонские людоеды
Михаил Лермонтов - Мцыри
Джой Адамсон - Рожденная свободной
Алан Маршалл - Я умею пригать через лужи
Сэйте Мацумото - Земля-пустыня
Покровский - Охотники на мамонтов
Борис Полевой - Повесть о настоящем человеке
Редьярд Киплинг - Маугли
Вадим Кожевников - Щит и меч
Константин Паустовский - Мещерская сторона
Джек Лондон - Мексиканец
Владимир Богомолов - Момент истины
Станислав Лем - Непобедимый
Николай Носов - Приключения Незнайки и его друзей
Николай Носов - Незнайка в Солнечном городе
Николай Носов - Незнайка на Луне
Роберт Льюис Стивенсон - Остров сокровищ
Иван Гончаров - Обломов
Александр Пушкин - Евгений Онегин
Александра Маринина - Не мешайте палачу
Владимир Обручев - Плутония
Дмитрий Медведев - Это было под Ровно
Александр Покровский - Расстрелять
Михаил Пришвин - Лесной хозяин
Эрих-Мария Ремарк - На Западном фронте без перемен
Ганс-Ульрих Рудель - Пилот "Штуки"
Степан Злобин - Степан Разин
Вильям Шекспир - Ромео и Джульетта
Григорий Белых и Леонид Пантелеев - Республика ШКИД
Михаил Шолохов - Они стражились за Родину
Ярослав Гашек - Приключения бравого солдата Швейка
Леонид Соболев - Капитальный ремонт
Александр Солженицын - Один день Ивана Денисовича
Марк Твен - Приключения Тома Сойера
Рафаэлло Джованьоли - Спартак
Эдмонд Гамильтон - Звездные короли
Эрнест Хемингуэй - Старик и море
Рекс Стаут - Смерть Цезаря
Лев Толстой - Анна Каренина
Иван Тургенев - Первая любовь
Татьяна Устинова - Хроника гнусных времен
Михаил Веллер - Легенды Невского проспекта
Борис Раевский - Только вперед
Алексей Некрасов - Приключения капитана Врунгеля
Герберт Уэллс - Война миров
Александр Козачинский - Зеленый фургон
Рони Старший - Борьба за огонь
Патрик Квентин - Ловушка для распутниц
Фридрих Ницше - Так говорил Заратустра
Э. Сетон-Томпсон - Рассказы о животных
Михаил Зощенко - Рассказы
Иван Шухов - Горькая лилия
Луис Рохелио Ногераси - И если я умру завтра...
Испанские новеллы XIX века
Герман Мелвилл - Моби-Дик или Белый кит
Владимир Санин - Семьдесят два градуса ниже нуля

В это время за нашей спиной начала разыгрываться новая сценка, которая, судя по увертюре, должна была быть яркой и занимательной. Блистательный оркестр, составленный из кастрюль и колокольцев, медных ступок и садовых леек, аккомпанировал ритмическим звукам рога, который в самом имени своем содержит грубый намек; дикий и необычный шум решительным образом разрушил царившую дотоле тишину. Подобный способ выражать свое мнение обладает тем неоспоримым преимуществом, что смысл его постигается быстро и не остается места никаким сомнениям. Едва мы услышали эти звуки, как догадались, что в чью-то честь дается кошачий концерт, а траурные аккорды «Медель-инской лиры» навели нас на мысль, что речь идет о свадьбе или о чем-то в этом роде. 

Так оно и оказалось на самом деле: участники концерта приносили свои издевательские поздравления одному порядочному шестидесятилетнему трактирщику, который как раз сегодня променял два десятилетия вдовства на брак с какой-то чулочницей, тоже вдовой, тоже в возрасте и тоже вполне порядочной. Решение это, несомненно героическое и общественно значимое, не было оценено по достоинству, и вместо того, чтобы увенчать трактирщика лаврами или воспеть в нежных эпиталамах его союз, друзья устроили весь этот тарарам, который вообще-то вполне подходит человеку, решающемуся вторично зажечь факел Гименея. 

Воспоминание о супруге пробудило в Альфонсо чувство сострадания и заставило его встать на защиту нерушимости первой брачной ночи и утихомирить компанию, которая своим шумом способна была надолго лишить сна молодоженов. Доводы его оказались достаточно убедительными, и, в конце концов, ему удалось восстановить тишину и очистить улицу от посторонних. После этого он не мог не поддаться соблазну поставить в известность трактирщика относительно оказанной тому услуги. И прокричал: «Полтретьего... и все спокойно!» 

— Спасибо, дружище,— откликнулся на это чей-то пропитой голос, исходивший из некоего подобия головы с нахлобученным колпаком грязновато-зеленого цвета, которая высунулась из окошка питейного заведения. И тем же путем дружественная длань протянула стаканчик винца, которое взбодрило добрейшего Альфонсо, охранителя общественного порядка и супружеских прав. 

Все новые и новые происшествия требовали от нас немедленного вмешательства. Какая-то полуобезумевшая женщина с растрепанными волосами перебежала улицу и принялась умолять привести кого-нибудь из приходской церкви, кто мог бы соборовать ее умирающего сына... Тут же с другой стороны вынырнул мужчина без шляпы и галстука; он попросил проводить его к дому повивальной бабки и уговорить ее тотчас же направиться к его супруге, чтобы исполнить свой долг. Чтобы справиться с обоими одинаково важными поручениями, нам с Альфонсо пришлось на время разлучиться: мой товарищ отправился с женщиной в приходскую церковь, а я с мужчиной — к повивальной бабке. Не знаю уж, о чем размышлял Альфонсо, когда мы вновь соединились — один с вестником жизни, другой — с послом смерти; о себе же могу сказать, что мне пришли на ум соображения, вполне соответствующие обстоятельствам. 

* * * 

Только одну улицу во всем квартале мы ни разу не навестили за ночь; каждый раз Альфонсо отказывался заглянуть туда и возбудил этим во мне естественное любопытство. Наконец, удостоверившись, что время позволяет теперь это сделать, Альфонсо уступил моим настояниям. Едва мы появились там, как предо мной тотчас предстала причина, по которой мой друг столь упорно не желал появляться здесь. То был стройный кавалер, закутанный в плащ до самых бровей и поглощенный беседой с какой-то бесформенной белой фигурой, склонившейся с балкона. Оба они заметили нас лишь тогда, когда Альфонсо, подойдя совсем близко, несколько раз кашлянул. 

— Доброй ночи, сеньорито,— обратился он к встревоженному кавалеру. 

— Ночи? Который же час? 

— Только что пробило полчетвертого. 

В ответ мы услышали лишь глубокий вздох, на который эхом откликнулись на балконе. И белая фигура наверху, как и таинственный плащ внизу, исчезли. 

Дойдя до этого места в рассказе, я не могу не выказать чувства уважения к Альфонсо, ангелу-хранителю этой тайны. Если сопоставить эту сцену с той, что ей предшествовала, то можно убедиться, что между рождением и смертью есть нечто значительное и приятное. 

Еще долго фантазия увлекала меня в заоблачные высоты, и с этих вершин не сумела меня совлечь даже занимательная беседа, в которую мы вскоре вступили с одним мужчиной, лежавшим посреди улицы. Этот мужчина находился под приятным воздействием винных паров, распиравших его изнутри; ему мнилось, что он находится в объятиях супруги, и все свои нежности он адресовал уличной тумбе: сюжет этот известен с древности и достоин лиры Анакреонта. 

В это время неподалеку залаяла собака, тотчас же откликнулись еще две, потом четыре, десять, и вскоре уже лаяли псы по всей округе. Альфонсо с радостью воскликнул: 

— Ну, кажется, приближается Колас — значит, скоро и светать начнет. 

«Кто же такой,— несомненно спросят меня читатели,— этот предвестник солнца, этот являющийся на заре герой, которого согласным хором приветствуют все четвероногие обитатели квартала?» О, это лицо весьма значительное. Это сам Колас, исследователь тайн, сокрытых в грязи и нечистотах; открыватель неведомых красот; великий химик, проникающий в тайны материальной субстанции, которой он придает несомненную ценность; мастер, способный выделить чистое золото из сплава; человек, чьи познания компенсируют несправедливость, на которую его обрекает его ремесло. Вооруженный крючком, он одну за другой исследует кучи мусора, которые обитатели домов собрали близ своих дверей. Средства существования он извлекает из отбросов, которые люди сочли бесполезными и вышвырнули за ненадобностью. А так как, с одной стороны, собачье племя ищет пропитания в тех же мусорных кучах, что и мусорщик, а с другой стороны, закон (конечно же, закон неправедный, свидетельство несовершенства человека) предоставил мусорщикам право подвергать преследованию это собачье племя, не приходится удивляться, что у людей этот человеческий тип вызывает чувство презрения, а жертвы приветствуют появление палача с таким же пылом, как если бы он был министром финансов, а они — налогоплательщиками. 


Страница 36 из 126:  Назад   1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35  [36]  37   38   39   40   41   42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52   53   54   55   56   57   58   59   60   61   62   63   64   65   66   67   68   69   70   71   72   73   74   75   76   77   78   79   80   81   82   83   84   85   86   87   88   89   90   91   92   93   94   95   96   97   98   99   100   101   102   103   104   105   106   107   108   109   110   111   112   113   114   115   116   117   118   119   120   121   122   123   124   125   126   Вперед 
  

Предупреждение читателям    Авторам Полезные ссылки Написать админу
Электронная библиотека "100 лучших книг" - это субъективная подборка бесплатных произведений, собранная по принципу "один писатель - одна книга"