Лучшие книги - 100 лучших книг

100 лучших
книг
Главная Редкие книги из
100 лучших книг

Оглавление
Александр Дюма - Три мушкетёра
Джером К. Джером - Трое в лодке, не считая собаки
Агата Кристи - Десять негритят
Илья Ильф и Евгений Петров - Двенадцать стульев. Золотой теленок
Кир Булычев - 100 лет тому вперед
Жюль Верн - 20 тысяч лье под водой
Александр Грин - Алые паруса
Вальтер Скотт - Айвенго
Рождер Желязны - Хроники Амбера
Артур Конан Дойл - Собака Баскервилей
Василий Ян - Батый
Александр Беляев - Человек-амфибия
Майн Рид - Всадник без головы
Виталий Бианки - Лесные были и небылицы
Николай Гоголь - Тарас Бульба
Михаил Булгаков - Собачье сердце
Дмитрий Фурманов - Чапаев
Вячеслав Миронов - Я был на этой войне
Джеральд Даррелл - Моя семья и другие животные
Федор Достоевский - Преступление и наказание
Иван Ефремов - На краю Ойкумены
Антуан де Сент-Экзюпери - Планета людей
Братья Вайнеры - Эра милосердия
Леонид Филатов - Про Федота-стрельца
Дик Френсис - Спорт королев
Луис Ламур - Ганфайтер
Артур Хейли - Колеса
Константин Щемелинин - Я
Лев Яшин - Записки вратаря
Астрид Линдгрен - Малыш и Карлсон
Лев Кассиль - Кондуит и Швамбрания
Джеймс Оливер Кервуд - Казан
Тур Хейердал - Путешествие на Кон-Тики
Джозеф Конрад - Юность
Валентин Пикуль - Крейсера
Даниэль Дефо - Робинзон Крузо
Василий Аксенов - Остров Крым
Джим Корбетт - Кумаонские людоеды
Михаил Лермонтов - Мцыри
Джой Адамсон - Рожденная свободной
Алан Маршалл - Я умею пригать через лужи
Сэйте Мацумото - Земля-пустыня
Покровский - Охотники на мамонтов
Борис Полевой - Повесть о настоящем человеке
Редьярд Киплинг - Маугли
Вадим Кожевников - Щит и меч
Константин Паустовский - Мещерская сторона
Джек Лондон - Мексиканец
Владимир Богомолов - Момент истины
Станислав Лем - Непобедимый
Николай Носов - Приключения Незнайки и его друзей
Николай Носов - Незнайка в Солнечном городе
Николай Носов - Незнайка на Луне
Роберт Льюис Стивенсон - Остров сокровищ
Иван Гончаров - Обломов
Александр Пушкин - Евгений Онегин
Александра Маринина - Не мешайте палачу
Владимир Обручев - Плутония
Дмитрий Медведев - Это было под Ровно
Александр Покровский - Расстрелять
Михаил Пришвин - Лесной хозяин
Эрих-Мария Ремарк - На Западном фронте без перемен
Ганс-Ульрих Рудель - Пилот "Штуки"
Степан Злобин - Степан Разин
Вильям Шекспир - Ромео и Джульетта
Григорий Белых и Леонид Пантелеев - Республика ШКИД
Михаил Шолохов - Они стражились за Родину
Ярослав Гашек - Приключения бравого солдата Швейка
Леонид Соболев - Капитальный ремонт
Александр Солженицын - Один день Ивана Денисовича
Марк Твен - Приключения Тома Сойера
Рафаэлло Джованьоли - Спартак
Эдмонд Гамильтон - Звездные короли
Эрнест Хемингуэй - Старик и море
Рекс Стаут - Смерть Цезаря
Лев Толстой - Анна Каренина
Иван Тургенев - Первая любовь
Татьяна Устинова - Хроника гнусных времен
Михаил Веллер - Легенды Невского проспекта
Борис Раевский - Только вперед
Алексей Некрасов - Приключения капитана Врунгеля
Герберт Уэллс - Война миров
Александр Козачинский - Зеленый фургон
Рони Старший - Борьба за огонь
Патрик Квентин - Ловушка для распутниц
Фридрих Ницше - Так говорил Заратустра
Э. Сетон-Томпсон - Рассказы о животных
Михаил Зощенко - Рассказы
Иван Шухов - Горькая лилия
Луис Рохелио Ногераси - И если я умру завтра...
Испанские новеллы XIX века
Герман Мелвилл - Моби-Дик или Белый кит
Владимир Санин - Семьдесят два градуса ниже нуля

Но какое это имело значение? Всё бы отдали, если бы дело того стоило! Какую жертву не принесло бы человечество, лишь бы вновь обрести бессмертие, оставшееся за вратами рая! Весь мир, цивилизованный и полуцивилизованный, решил добиться бессмертия человека, чего бы это ни стоило. Однако... 

1 Селестина — имя героини «Трагикомедии о Каликсте и Ме-либее», приписываемой Фернандо Рохасу (?—1541); стало нарицательным в значении «сводня». 

2 Для этой цели (лат.). 

На кого же падет жребий? Кто станет единственным бессмертным среди живых, новым Адамом, основателем рода бессмертных? Некоторые ученые стали протестовать, говоря, что дело это не столь уж и выгодно, как полагали; ведь это было бессмертие онтогеническое, а не филогеническое. 

— Ложь! — отвечал дон Атанасио.— Не один же индивидуум спасется, а целый род, благодаря потомкам этого индивида. 

— Ну, хорошо. Но кто же будет этим счастливцем... бессмертным? 

— Папа римский! — сказали одни. 

— Китайский император,— сказали китайцы. 

— Король Англии,— отозвались англичане. 

— Наш хозяин! — закричали немцы. 

— Президент Республики! — воскликнули французы; е!сае!ега *. 

Испанцы тоже сочли себя призванными избрать бессмертного, хотя дон Атанасио умудрился родиться в Испании только по чистой рассеянности. 

И появилось множество кандидатов: Дон Альфонсо! Дон Карлос! Кановас! 2 Геррита! Ирун! Пабло Крус! 

— Сеньоры,— вещал на страницах «Эль Коррео» Феррерас,— если это будет не Сагаста 3, который нам почти пообещал... так пусть будет... сам дон Атанасио... изобретатель. 

— Ни в коем случае! — запротестовал трибунал.— Дон Атанасио приговорен к смерти, и бессмертие было бы чрезвычайной милостью для него. 

Кое-кто из честных людей, раскиданных по белу свету — один здесь, другой в Пекине,— поднял голос. 

— Будем откровенны,— сказали они,— никто не пожелает для другого столь нежданно-негаданно свалившегося великого блага, никто не захочет жертвовать собой, терпеть эту ужасную операцию, пустить на ветер свое состояние... только для того, чтобы потом, страдая, 

1 И так далее (лат.). 

2 Дон Альфонсо — то есть Альфонс XII (1857—1885), король Испании с 1874 года; Дон Карлос — Карлос Мария де Бурбон (1848—1909), под именем Карл VII претендовал на испанский престол; Кановас дель Кастильо, Антонио (1828—1897) — политический деятель консервативного толка, шесть раз был премьер-министром. 

3 Сагаста Пракседес Матео (1825—1903) — глава либеральной партии, несколько раз премьер-министр. 

умереть с мыслью, что и ты мог бы быть бессмертным. Стоит наступить моменту спасительной операции, как никто не позволит оперировать себя, чтобы обессмертить другого. 

«Что правда, то правда»,— подумало все человечество. 

Нашлись лицемеры, которые извлекли на свет божий пар а доке ал ыр>1Й софизм относительно того, что вечная земная жизйь была бы величайшей мукой... 

Теперь, ^когда вечная земная жизнь стала возможной, уже никто не верил этому; жажда бессмертия овладевала миром; прекратились самоубийства, замолчали пессимисты, мистики больше не стремились к смерти. 

— Голосовать! Голосовать! — кричал мир. Проголосовали расы, нации, провинции, города, 

кварталы, улицы, дома, семьи. И каждая раса голосовала только за самоё себя и ни за кого больше, и каждая нация, и каждая- провинция, вплоть до лона семьи, где каждый тоже хотел бессмертия только для себя самого. Все оказалось бессмысленным. Каждый человек имел один голос и подавал его за самого себя. 

— Объявим лотерею! — придумали в Международном конгрессе. 

— Вот уж это точно! Кому бог даст!..— закричала единым хором чернь. 

— Бессмысленно! — вмешалась горстка честных людей, еще не переведшихся на земле. 

— Лотерея бессмысленна... потому что столь жирный кусок получит отнюдь не самый достойный человек, да и человечество не сдержит слова: никто не пойдет на операцию ради спасения счастливчика... 

— Правда! Правда! — согласился мир.— Никто не станет терпеть муки, чтобы дать другому верное, надежное, истинное бессмертие. 

— Не станем больше об этом думать, это был сон. Или я, или никто! — заявлял каждый. 

И тогда трибунал, который приговорил к смерти дона Атанасио, потребовал исполнения приговора. 

— Поскольку нет способа осуществить открытие, значит, его не существует, и говорить об этом нечего...— сказали власти. 

И предали смерти через гарроту открывателя тайны бессмертия. 

И люди так и остались смертными по той же са- 

мой причине, что и в первый раз: из-за первородног греха. 

Потому что первородный грех, лишающий человек в земной его жизни бессмертия,— это эгоизм, вражд зависть. 

А вовсе не вкушение того незрелого плода... 

 

 

ПИПА 

 

 

Сейчас о нем уже никто не помнит. А между тем роль, выпавшая ему в человеческой комедии, весьма существенна, хотя и прожил он на свете всего двенадцать лет. В таком юном возрасте многие люди являлись причиной для разжигания страшных междоусобных войн, в том же возрасте некоторые становились помазанниками божьими, и если верить старинным хроникам, то в их детских забавах уже усматривались благородство и подвиги, свершенные затем в зрелом возрасте. Не будь меня, летописца у Пипа не оказалось бы. Войны из-за него не вспыхивали, а помазание он бы получил разве что за свои несчастья. Одетый в пожертвованные ему лохмотья, сызмала усвоив скверные привычки, стремление хитрить всегда и везде, он, к счастью, обладал еще некоторой толикой глубоко запрятанной врожденной доброты. Вот таким был Пипа — носитель острой проблемы, которую никто не сумел решить, ибо в жизни своей он не встретил сколь-нибудь значительного философа, который остановил бы на нем свое внимание. 


Страница 100 из 126:  Назад   1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52   53   54   55   56   57   58   59   60   61   62   63   64   65   66   67   68   69   70   71   72   73   74   75   76   77   78   79   80   81   82   83   84   85   86   87   88   89   90   91   92   93   94   95   96   97   98   99  [100]  101   102   103   104   105   106   107   108   109   110   111   112   113   114   115   116   117   118   119   120   121   122   123   124   125   126   Вперед 
  

Предупреждение читателям    Авторам Полезные ссылки Написать админу
Электронная библиотека "100 лучших книг" - это субъективная подборка бесплатных произведений, собранная по принципу "один писатель - одна книга"