Кто они? Вопрос вертелся у Рикардо в мозгу. У Сан Хиля — нет. Сан Хиль знал, кто они, потому что знал, что именно его группа без согласования с управлением совершила на прошлой недела этот налет на Бока де Пахаро. Эти двое могли быть только из ЦРУ. 

Сан Хилю вдруг показалось, что под черепной коробкой у него завелась муха; какое-то жужжание, легкое щекотание. Дышать стало трудно, тело покрылось потом. 

Зал, мебель —- все изменило свой цвет и объем, а потом... 

Это было долго и тяжко. Рикардо сразу же узнал симптомы действия сыворотки: у Сан Хиля побледнело лицо, по нему катился пот, он закрыл глаза и уронил голову на грудь. 

Допрос начался. 

Но двое пришедших забыли об одной детали — о языке. Под действием наркотика Сан Хиль отвечал-на вопросы по-испански. 

9.30 вечера. 

Майк Норман выпил свой джин с тоником. и раскурил «Та-рейнтон» с фильтром. Он сидел в баре гостиницы «Феникс», принадлежащем компании «Плэйбой». Надушенные, полуобнаженные девочки — «кролъчатки» их здесь называли — с длинными плюшевыми ушами и торчащими над ягодицами хвостиками взад и вперед сновали между столиками. 

В одиннадцать он уже будет знать, действительно ли Сан Хйль — тот, кого он ищет. Если нет, то остаются еще двое, их имена ему записал Дьюк — Минголо Артеага и Татика Романо — главари групп «Аксьон Куба» и «Родина и правосудие». 

Хорошо бы это оказался Сан Хиль, он тогда выиграет время. 

И, подумав о приятном сюрпризе, Который он под занавес преподнесет старику Дьюку, Норман улыбнулся. 

— Ну, кажется, все, — сказал человек с браунингом. 

Сан Хиль спал, а на диване лежали две магнитофонные ленты, на которых был записан довольно-таки интересный рассказ. 

Услыхав голос одного из агентов (того, у которого браунинг?), Рикардо стиснул зубы. 

— А с этим что? 

— Развяжи его, — ответил другой (тот, у которого <<маг-нум»?). — Мне нравится этот галстук. 

В мозгу Рикардо до последнего слова запечатлелась бессвязная исповедь Сан Хиля, и сейчас словно выжженные огнем в крови бились ритмом ее пульса, молоточками стучали шесть букв: КЛЕЙМО. 

Ломаного испанского (говорил тот, у которого браунинг?) хватило, чтобы провести допрос Сан Хиля, но ни один из двух толком не понял всего того, что они только что услышали. А они услышали (и Рикардо с замиранием сердца тоже услышал) полный план операции, первый шаг которой был сделан в Бока де Пахаро, а последний будет сделан в это воскресенье (то есть через четыре дня) в Сьенфуэгосе. 

— Поднимайся, — бросил один из двух. 

Рикардо медленно встал на ноги. На носу запеклась кровь, губа вздулась. 

Человек с браунингом развязал узел галстука; и Рикардо опустил руки. 

— Не помялся, чистый шелк, — сказал человек. — Красивый галстук. 

Рикардо потер затекшие руки, оба пришедших прицелились в него. 

— С кого начнем? — спросил человек с браунингом, пряча галстук во внутренний карман пиджака. 

— Со Спящей красавицы, — ответил тот, что с «магнумом». 

Он подошел к чемодану, спрятал магнитофон, ленты и оставшиеся ампулы, положил шприц в карман, потом вынул металлическую трубочку длиной сантиметров в десять и медленно навинтил ее на ствол своего «магнума». 

— Готово, — он улыбнулся и повернулся к Сан Хилю. Рикардо не услышал звука выстрела, он лишь увидел, как 

тело Сан Хиля резко дернулось и запрокинулось назад вместе с креслом, на котором тот сидел. Итак, в двух метрах от него лежал бездыханным бедняга-толстяк с разнесенным пулей черепом. По стенам, по ковру разлетелись брызги мозга и сгустки черной крови. 

— Следующего, — сказал человек с «магнумом». Рикардо в упор посмотрел на него, но у того были пустые,ничего не выражающие глаза. 

Погибнуть? 

Вот так, именно так в квартире нью-йоркского Вест-Сайда он сейчас и умрет? И самое страшное, что погибнет он не как Рикардо Вилья и не потому, что он тот, кто он есть на самом деле, его убьют в этой грязной сваре как сообщника Сан Хиля. И Вальтер никогда не узнает о плане «Клеймо». 

Не опуская глаз, Рикардо ждал выстрела. 

И выстрел раздался. 

10.25 вечера. 

Норман спросил третью порцию джина с тоником, и та же самая блодинка-«крольчонок», что подавала ему первые два стакана, принесла и этот. На стакане была нарисована еще одна блондиика-«крольчонок», только уже совсем голая. 

Девушка склонилась над столиком, чтобы поставить стакан и взять пустой, и серые глаза Нормана впились в нее: 

— Я тебя где-нибудь видел? — без улыбки спросил он. 

— Журнал «Плэйбой», мартовский номер, цветной разворот. 

— Там на тебе гораздо меньше надето, чем здесь, 

— О да, сэр. Гораздо меньше. 

Она повернулась к нему спиной и, покачивая бедрами, удалилась. 

Он умер стоя. 

Пуля вошла со спины и пронзила сердце. 

Молча, без единого стона он упал на пол. 

Человек с браунингом повернулся и дважды, как настоящий профессионал, выстрелил. Первая нуля врезалась в стену, от второй на плече у жены Сан Хиля распустился кровавый 

цветок. 

Рикардо видел все как в замедленной киносъемке. 

Вот она выходит из комнаты, бог знает какими судьбами сумев выбраться из. уборной, где ее заперли; обеими руками с трудом поднимает пистолет, вероятно принадлежавший Сан Хилю, стреляет, Рикардо слышит хлопок, и на пол падает пронзенный свинцом человек с «магнумом». 

Потом оборачивается тот, что с браунингом, два выстрела, и жена Сан Хияя валится па ковер. 

Но человек с браунингом не успел вновь обернуться к Рикардо. Молча, резким ударом каратэ оц сбил его с ног; человек потерял сознание, 

Рикардо немного постоял, стараясь собраться с мыслями, присел на корточки, открыл чемодан и достал ленты с записями. Затем вынул из руки убитого «магнум», подошел к лежащему без сознания человеку и сильно похлопал его по щекам. 

Медленно человек приоткрыл глаза и увидел в сантиметре от своего носа длинный черный ствол глушителя, почувствовал запах пороха.