Лучшие книги - 100 лучших книг

100 лучших
книг
Главная Редкие книги из
100 лучших книг

Оглавление
Александр Дюма - Три мушкетёра
Джером К. Джером - Трое в лодке, не считая собаки
Агата Кристи - Десять негритят
Илья Ильф и Евгений Петров - Двенадцать стульев. Золотой теленок
Кир Булычев - 100 лет тому вперед
Жюль Верн - 20 тысяч лье под водой
Александр Грин - Алые паруса
Вальтер Скотт - Айвенго
Рождер Желязны - Хроники Амбера
Артур Конан Дойл - Собака Баскервилей
Василий Ян - Батый
Александр Беляев - Человек-амфибия
Майн Рид - Всадник без головы
Виталий Бианки - Лесные были и небылицы
Николай Гоголь - Тарас Бульба
Михаил Булгаков - Собачье сердце
Дмитрий Фурманов - Чапаев
Вячеслав Миронов - Я был на этой войне
Джеральд Даррелл - Моя семья и другие животные
Федор Достоевский - Преступление и наказание
Иван Ефремов - На краю Ойкумены
Антуан де Сент-Экзюпери - Планета людей
Братья Вайнеры - Эра милосердия
Леонид Филатов - Про Федота-стрельца
Дик Френсис - Спорт королев
Луис Ламур - Ганфайтер
Артур Хейли - Колеса
Константин Щемелинин - Я
Лев Яшин - Записки вратаря
Астрид Линдгрен - Малыш и Карлсон
Лев Кассиль - Кондуит и Швамбрания
Джеймс Оливер Кервуд - Казан
Тур Хейердал - Путешествие на Кон-Тики
Джозеф Конрад - Юность
Валентин Пикуль - Крейсера
Даниэль Дефо - Робинзон Крузо
Василий Аксенов - Остров Крым
Джим Корбетт - Кумаонские людоеды
Михаил Лермонтов - Мцыри
Джой Адамсон - Рожденная свободной
Алан Маршалл - Я умею пригать через лужи
Сэйте Мацумото - Земля-пустыня
Покровский - Охотники на мамонтов
Борис Полевой - Повесть о настоящем человеке
Редьярд Киплинг - Маугли
Вадим Кожевников - Щит и меч
Константин Паустовский - Мещерская сторона
Джек Лондон - Мексиканец
Владимир Богомолов - Момент истины
Станислав Лем - Непобедимый
Николай Носов - Приключения Незнайки и его друзей
Николай Носов - Незнайка в Солнечном городе
Николай Носов - Незнайка на Луне
Роберт Льюис Стивенсон - Остров сокровищ
Иван Гончаров - Обломов
Александр Пушкин - Евгений Онегин
Александра Маринина - Не мешайте палачу
Владимир Обручев - Плутония
Дмитрий Медведев - Это было под Ровно
Александр Покровский - Расстрелять
Михаил Пришвин - Лесной хозяин
Эрих-Мария Ремарк - На Западном фронте без перемен
Ганс-Ульрих Рудель - Пилот "Штуки"
Степан Злобин - Степан Разин
Вильям Шекспир - Ромео и Джульетта
Григорий Белых и Леонид Пантелеев - Республика ШКИД
Михаил Шолохов - Они стражились за Родину
Ярослав Гашек - Приключения бравого солдата Швейка
Леонид Соболев - Капитальный ремонт
Александр Солженицын - Один день Ивана Денисовича
Марк Твен - Приключения Тома Сойера
Рафаэлло Джованьоли - Спартак
Эдмонд Гамильтон - Звездные короли
Эрнест Хемингуэй - Старик и море
Рекс Стаут - Смерть Цезаря
Лев Толстой - Анна Каренина
Иван Тургенев - Первая любовь
Татьяна Устинова - Хроника гнусных времен
Михаил Веллер - Легенды Невского проспекта
Борис Раевский - Только вперед
Алексей Некрасов - Приключения капитана Врунгеля
Герберт Уэллс - Война миров
Александр Козачинский - Зеленый фургон
Рони Старший - Борьба за огонь
Патрик Квентин - Ловушка для распутниц
Фридрих Ницше - Так говорил Заратустра
Э. Сетон-Томпсон - Рассказы о животных
Михаил Зощенко - Рассказы
Иван Шухов - Горькая лилия
Луис Рохелио Ногераси - И если я умру завтра...
Испанские новеллы XIX века
Герман Мелвилл - Моби-Дик или Белый кит
Владимир Санин - Семьдесят два градуса ниже нуля
Эдмонд Гамильтон - Звезда жизни

пылом их: ибо было очевидно, что короли, которых он видел перед 

собой, были очень миролюбивые короли, со старыми, тонкими 

лицами. Но он превозмог себя. "Ну что ж! -- сказал он. -- Вот 

дорога, ведущая к пещере Заратустры; и пусть у сегодняшнего дня 

будет долгий вечер! А теперь мне пора, меня зовет от Вас крик о 

помощи. 

Пещере моей будет оказана честь, если короли будут сидеть 

в ней и ждать: но, конечно, долго придется Вам ждать! 

Так что ж! Где же учатся сегодня лучше ждать, как не при 

дворах? И вся добродетель королей, какая у них еще осталась, -- 

не называется ли она сегодня умением ждать?" 

Так говорил Заратустра. 

 

Пиявка 

 

И Заратустра в раздумье продолжал свой путь, спускаясь все 

ниже, проходя по лесам и мимо болот; и как случается с каждым, 

кто обдумывает трудные вещи, наступил он нечаянно на человека. 

И вот посыпались ему разом в лицо крик боли, два проклятья и 

двадцать скверных ругательств -- так что он в испуге замахнулся 

палкой и еще ударил того, на кого наступил. Но тотчас же он 

опомнился; и сердце его смеялось над глупостью, только что 

совершенной им. 

"Прости, -- сказал он человеку, на которого наступил и 

который с яростью приподнялся и сел, -- прости и выслушай 

прежде сравнение. 

Как путник, мечтающий о далеких вещах, нечаянно на 

пустынной улице наталкивается на спящую собаку, лежащую на 

солнце; 

-- как оба они вскакивают и бросаются друг на друга, 

подобно смертельным врагам, оба смертельно испуганные, -- так 

случилось и с нами. 

И однако! И однако -- немногого недоставало, чтобы они 

приласкали друг друга, эта собака и этот одинокий! Ведь оба они 

-- одинокие!" 

"Кто бы ты ни был, -- ответил, все еще в гневе, человек, 

на которого наступил Заратустра, -- ты слишком больно 

наступаешь на меня и своим сравнением, а не только своей ногою! 

Смотри, разве я собака?" -- и при этих словах тот, кто 

сидел, поднялся и вытащил свою голую руку из болота. Ибо сперва 

он лежал, вытянувшись на земле, скрытый и неузнаваемый, как те, 

кто выслеживают болотную дичь. 

"Но что с тобой! -- воскликнул испуганный Заратустра, ибо 

он увидел кровь, обильно струившуюся по обнаженной руке. -- Что 

случилось с тобой? Не укусило ли тебя, несчастный, какое-нибудь 

вредное животное?" 

Обливавшийся кровью улыбнулся, все еще продолжая 

сердиться. "Что тебе за дело! -- сказал он и хотел идти дальше. 

-- Здесь я дома и в своем царстве. Пусть спрашивает меня кто 

хочет: но всякому болвану вряд ли стану я отвечать". 

"Ты заблуждаешься, -- сказал Заратустра с состраданием и 

удержал его, -- ты ошибаешься: здесь ты не в своем, а в моем 

царстве, и здесь ни с кем не должно быть несчастья. 

Называй меня, впрочем, как хочешь, -- я тот, кем я должен 

быть. Сам же себя называю я Заратустрой. 

Ну что ж! Там вверху идет дорога к пещере Заратустры, она 

не далека, -- не хочешь ли ты у меня полечить свои раны? 

Пришлось тебе плохо, несчастный, в этой жизни: сперва 

укусило тебя животное, и потом -- наступил на тебя человек!" -- 

Но, услыхав имя Заратустры, задетый преобразился. "Что со 

мной! -- воскликнул он. -- Кто же интересует меня еще в 

этой жизни, как не этот единственный человек -- Заратустра и не 

это единственное животное, живущее кровью, -- пиявка? 

Ради пиявки лежал я здесь, на краю этого болота, как 

рыболов, и уже была моя вытянутая рука укушена десять раз, как 

вдруг начинает питаться моей кровью еще более прекрасное 

животное, сам Заратустра! 

О счастье! О чудо! Да будет благословен самый день, 

привлекший меня в это болото! Да будет благословенна лучшая, 

самая действительная из кровососных банок, ныне живущих, да 

будет благословенна великая пиявка совести, Заратустра!" 

Так говорил тот, на кого наступил Заратустра; и Заратустра 

радовался словам его и их тонкой почтительности. "Кто ты? -- 

спросил он и протянул ему руку. -- Между нами остается еще 

многое, что надо выяснить и осветить; но уже, кажется мне, 

настает чистый, ясный день". 

"Я совестливый духом, -- отвечал вопрошаемый, -- и 

в вопросах духа трудно найти кого-либо более меткого, более 

едкого и более твердого, чем я, исключая того, у кого я учился, 

самого Заратустру. 

Лучше ничего не знать, чем знать многое наполовину! Лучше 

быть глупцом на свой риск, чем мудрецом на основании чужих 

мнений! Я -- доискиваюсь основы: 

-- что до того, велика ли она или мала? Называется ли она 

болотом или небом? Пяди основания достаточно для меня: если 

только она действительно есть основание и почва! 

-- пяди основания: на нем можно стоять. В истинной 

совестливости знания нет ничего, ни большого, ни малого". 

"Так ты, быть может, познающий пиявку? -- спросил 

Заратустра. -- И ты исследуешь пиявку до последнего основания, 

ты, совестливый духом?" 

"О Заратустра, -- отвечал тот, на кого наступил 

Заратустра, -- было бы чудовищно, если бы дерзнул я на это! 

Но если что знаю я прекрасно и досконально, так это 

мозг пиявки -- это мой мир! 

И это также мир! -- Но прости, если здесь говорит моя 

гордость, ибо здесь нет мне равного. Поэтому и сказал я "здесь 

я дома". 

Сколько уже времени исследую я эту единственную вещь, мозг 

пиявки, чтобы скользкая истина не ускользнула от меня! Здесь 

мое царство! 

-- ради этого отбросил я все остальное, ради этого стал я 

равнодушен ко всему остальному; и рядом со знанием моим 

простирается черное невежество мое. 

Совестливость духа моего требует от меня, чтобы знал я 

что-нибудь одно и остальное не знал: мне противны все 

половинчатые духом, все туманные, порхающие и мечтательные. 

Где кончается честность моя, я слеп и хочу быть слепым. Но 

где я хочу знать, хочу я также быть честным, а именно суровым, 


Страница 67 из 89:  Назад   1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52   53   54   55   56   57   58   59   60   61   62   63   64   65   66  [67]  68   69   70   71   72   73   74   75   76   77   78   79   80   81   82   83   84   85   86   87   88   89   Вперед 
  

Предупреждение читателям    Авторам Полезные ссылки Написать админу
Электронная библиотека "100 лучших книг" - это субъективная подборка бесплатных произведений, собранная по принципу "один писатель - одна книга"