Лучшие книги - 100 лучших книг

100 лучших
книг
Главная Редкие книги из
100 лучших книг

Оглавление
Александр Дюма - Три мушкетёра
Джером К. Джером - Трое в лодке, не считая собаки
Агата Кристи - Десять негритят
Илья Ильф и Евгений Петров - Двенадцать стульев. Золотой теленок
Кир Булычев - 100 лет тому вперед
Жюль Верн - 20 тысяч лье под водой
Александр Грин - Алые паруса
Вальтер Скотт - Айвенго
Рождер Желязны - Хроники Амбера
Артур Конан Дойл - Собака Баскервилей
Василий Ян - Батый
Александр Беляев - Человек-амфибия
Майн Рид - Всадник без головы
Виталий Бианки - Лесные были и небылицы
Николай Гоголь - Тарас Бульба
Михаил Булгаков - Собачье сердце
Дмитрий Фурманов - Чапаев
Вячеслав Миронов - Я был на этой войне
Джеральд Даррелл - Моя семья и другие животные
Федор Достоевский - Преступление и наказание
Иван Ефремов - На краю Ойкумены
Антуан де Сент-Экзюпери - Планета людей
Братья Вайнеры - Эра милосердия
Леонид Филатов - Про Федота-стрельца
Дик Френсис - Спорт королев
Луис Ламур - Ганфайтер
Артур Хейли - Колеса
Константин Щемелинин - Я
Лев Яшин - Записки вратаря
Астрид Линдгрен - Малыш и Карлсон
Лев Кассиль - Кондуит и Швамбрания
Джеймс Оливер Кервуд - Казан
Тур Хейердал - Путешествие на Кон-Тики
Джозеф Конрад - Юность
Валентин Пикуль - Крейсера
Даниэль Дефо - Робинзон Крузо
Василий Аксенов - Остров Крым
Джим Корбетт - Кумаонские людоеды
Михаил Лермонтов - Мцыри
Джой Адамсон - Рожденная свободной
Алан Маршалл - Я умею пригать через лужи
Сэйте Мацумото - Земля-пустыня
Покровский - Охотники на мамонтов
Борис Полевой - Повесть о настоящем человеке
Редьярд Киплинг - Маугли
Вадим Кожевников - Щит и меч
Константин Паустовский - Мещерская сторона
Джек Лондон - Мексиканец
Владимир Богомолов - Момент истины
Станислав Лем - Непобедимый
Николай Носов - Приключения Незнайки и его друзей
Николай Носов - Незнайка в Солнечном городе
Николай Носов - Незнайка на Луне
Роберт Льюис Стивенсон - Остров сокровищ
Иван Гончаров - Обломов
Александр Пушкин - Евгений Онегин
Александра Маринина - Не мешайте палачу
Владимир Обручев - Плутония
Дмитрий Медведев - Это было под Ровно
Александр Покровский - Расстрелять
Михаил Пришвин - Лесной хозяин
Эрих-Мария Ремарк - На Западном фронте без перемен
Ганс-Ульрих Рудель - Пилот "Штуки"
Степан Злобин - Степан Разин
Вильям Шекспир - Ромео и Джульетта
Григорий Белых и Леонид Пантелеев - Республика ШКИД
Михаил Шолохов - Они стражились за Родину
Ярослав Гашек - Приключения бравого солдата Швейка
Леонид Соболев - Капитальный ремонт
Александр Солженицын - Один день Ивана Денисовича
Марк Твен - Приключения Тома Сойера
Рафаэлло Джованьоли - Спартак
Эдмонд Гамильтон - Звездные короли
Эрнест Хемингуэй - Старик и море
Рекс Стаут - Смерть Цезаря
Лев Толстой - Анна Каренина
Иван Тургенев - Первая любовь
Татьяна Устинова - Хроника гнусных времен
Михаил Веллер - Легенды Невского проспекта
Борис Раевский - Только вперед
Алексей Некрасов - Приключения капитана Врунгеля
Герберт Уэллс - Война миров
Александр Козачинский - Зеленый фургон
Рони Старший - Борьба за огонь
Патрик Квентин - Ловушка для распутниц
Фридрих Ницше - Так говорил Заратустра
Э. Сетон-Томпсон - Рассказы о животных
Михаил Зощенко - Рассказы
Иван Шухов - Горькая лилия
Луис Рохелио Ногераси - И если я умру завтра...
Испанские новеллы XIX века
Герман Мелвилл - Моби-Дик или Белый кит
Владимир Санин - Семьдесят два градуса ниже нуля
Эдмонд Гамильтон - Звезда жизни

настолько глубоко заглядывает он и в страдание. 

Мужество -- лучшее смертоносное оружие, -- мужество 

нападающее: оно забивает даже смерть до смерти, ибо оно 

говорит: "Так это была жизнь? Ну что ж! Еще раз!" 

Но в этих словах громко звучит победная музыка. Имеющий 

уши да слышит. 

 

 

"Стой, карлик! -- сказал я. -- Я! Или ты! Но я сильнейший 

из нас двоих: ты не знаешь самой бездонной мысли моей! 

Ее бремени -- ты не мог бы нести!" 

Тут случилось то, что облегчило меня: назойливый карлик 

спрыгнул с моих плеч! Съежившись, он сел на камень против меня. 

Путь, где мы остановились, лежал через ворота. 

"Взгляни на эти ворота, карлик! -- продолжал я. -- У них 

два лица. Две дороги сходятся тут: по ним никто еще не проходил 

до конца. 

Этот длинный путь позади -- он тянется целую вечность. А 

этот длинный путь впереди -- другая вечность. 

Эти пути противоречат один другому, они сталкиваются 

лбами, -- и именно здесь, у этих ворот, они сходятся вместе. 

Название ворот написано вверху: "Мгновенье". 

Но если кто-нибудь по ним пошел бы дальше -- и дальше все 

и дальше, -- то думаешь ли, ты, карлик, что эти два пути себе 

противоречили бы вечно?" 

"Все прямое лжет, -- презрительно пробормотал карлик. -- 

Всякая истина крива, само время есть круг". 

"Дух тяжести, -- проговорил я с гневом, -- не притворяйся, 

что это так легко! Или я оставлю тебя здесь, где ты сидишь, 

хромой уродец, -- а я ведь нес тебя наверх! 

Взгляни, -- продолжал я, -- на это Мгновенье! От этих врат 

Мгновенья уходит длинный, вечный путь назад: позади нас 

лежит вечность. 

Не должно ли было все, что может идти, уже однажды 

пройти этот путь? Не должно ли было все, что может 

случиться, уже однажды случиться, сделаться, пройти? 

И если все уже было -- что думаешь ты, карлик, об этом 

Мгновенье? Не должны ли были и эти ворота уже -- однажды быть? 

И не связаны ли все вещи так прочно, что это Мгновенье 

влечет за собою все грядущее? Следовательно -- 

еще и само себя? 

Ибо все, что может идти, -- не должно ли оно 

еще раз пройти -- этот длинный путь вперед! 

И этот медлительный паук, ползущий при лунном свете, и 

этот самый лунный свет, и я, и ты, что шепчемся в воротах, 

шепчемся о вечных вещах, -- разве все мы уже не существовали? 

-- и не должны ли мы вернуться и пройти этот другой путь 

впереди нас, этот длинный жуткий путь, -- не должны ли мы вечно 

возвращаться" -- 

Так говорил я, и говорил все тише: ибо я страшился своих 

собственных мыслей и задних мыслей. И вдруг вблизи услышал я 

вой собаки. 

Не слышал ли я уже когда-то этот вой собаки? Моя мысль 

устремилась в прошлое. Да! Когда я был ребенком, в самом раннем 

детстве: 

-- тогда слышал я собаку, которая так выла. И я видел ее, 

ощетинившуюся, с поднятой кверху мордой, дрожащую, в тот тихий 

полуночный час, когда и собаки верят в призраки; 

-- и мне было жаль ее. Над домом только что взошел, в 

мертвом молчании, полный месяц; он остановился круглым огненным 

шаром над плоской крышею, как вор над чужой собственностью; 

-- тогда собаку обуял страх: ибо собаки верят в воров и 

призраков. И когда я опять услышал этот вой, я вновь 

почувствовал жалость. 

Куда же девался карлик? И ворота? И паук? И наши 

перешептывания? Было ли это во сне? Или наяву? Я увидел вдруг, 

что стою среди диких скал, один, облитый мертвым лунным светом. 

Но здесь же лежал человек! И собака с ощетинившейся 

шерстью прыгала и визжала, -- и увидев, что я подошел, -- она 

снова завыла, она закричала; слышал ли я когда-нибудь, 

чтобы собака кричала так о помощи? 

И поистине, ничего подобного тому, что увидел я, никогда я 

не видел. Я увидел молодого пастуха, задыхавшегося, 

корчившегося, с искаженным лицом; изо рта у него висела черная, 

тяжелая змея. 

Видел ли я когда-нибудь столько отвращения и смертельного 

ужаса на одном лице? Должно быть, он спал? В это время змея 

заползла ему в глотку и впилась в нее. 

Моя рука рванула змею, рванула: напрасно! она не вырвала 

змеи из глотки. Тогда из уст моих раздался крик: "Откуси! 

Откуси! 

Откуси ей голову!" -- так кричал из меня мой ужас, моя 

ненависть, мое отвращение, моя жалость, все доброе и все злое 

во мне слилось в один общий крик. -- 

Вы, смельчаки, окружающие меня! Вы, искатели, испытатели и 

все, кто плавает под коварными парусами по неисследованным 

морям! Вы, охотники до загадок! 

Разгадайте же мне загадку, которую я видел тогда, 

растолкуйте же мне призрак, представший пред самым одиноким! 

Ибо это был призрак и предвидение: что видел я 

тогда в символе? И кто же он, кто некогда еще должен 

прийти? 

Кто этот пастух, которому заползла в глотку змея? 

Кто этот человек, которому все самое тяжелое, самое 

черное заползет в глотку? 

-- И пастух откусил, как советовал ему крик мой; откусил 

голову змеи! Далеко отплюнул он ее -- и вскочил на ноги. -- 

Ни пастуха, ни человека более -- предо мной стоял 

преображенный, просветленный, который смеялся! Никогда 

еще на земле не смеялся человек так, как он смеялся! 

О братья мои, я слышал смех, который не был смехом 

человека, -- и теперь пожирает меня жажда, тоска, которая 

никогда не стихнет во мне. 

Желание этого смеха пожирает меня: о, как вынесу я еще 

жизнь? И как вынес бы я теперь смерть! -- 

Так говорил Заратустра. 

 

О блаженстве против воли 

 

С такими загадками и с горечью в сердце плыл Заратустра по 

морю. Но на четвертый день странствования, когда он уже был 

далеко от блаженных островов и от своих друзей, он превозмог 

всю свою печаль: победоносно, твердой ногою стоял он снова на 

пути своей судьбы. И так говорил тогда Заратустра к своей 

ликующей совести: 


Страница 42 из 89:  Назад   1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41  [42]  43   44   45   46   47   48   49   50   51   52   53   54   55   56   57   58   59   60   61   62   63   64   65   66   67   68   69   70   71   72   73   74   75   76   77   78   79   80   81   82   83   84   85   86   87   88   89   Вперед 
  

Предупреждение читателям    Авторам Полезные ссылки Написать админу
Электронная библиотека "100 лучших книг" - это субъективная подборка бесплатных произведений, собранная по принципу "один писатель - одна книга"