Лучшие книги - 100 лучших книг

100 лучших
книг
Главная Редкие книги из
100 лучших книг

Оглавление
Александр Дюма - Три мушкетёра
Джером К. Джером - Трое в лодке, не считая собаки
Агата Кристи - Десять негритят
Илья Ильф и Евгений Петров - Двенадцать стульев. Золотой теленок
Кир Булычев - 100 лет тому вперед
Жюль Верн - 20 тысяч лье под водой
Александр Грин - Алые паруса
Вальтер Скотт - Айвенго
Рождер Желязны - Хроники Амбера
Артур Конан Дойл - Собака Баскервилей
Василий Ян - Батый
Александр Беляев - Человек-амфибия
Майн Рид - Всадник без головы
Виталий Бианки - Лесные были и небылицы
Николай Гоголь - Тарас Бульба
Михаил Булгаков - Собачье сердце
Дмитрий Фурманов - Чапаев
Вячеслав Миронов - Я был на этой войне
Джеральд Даррелл - Моя семья и другие животные
Федор Достоевский - Преступление и наказание
Иван Ефремов - На краю Ойкумены
Антуан де Сент-Экзюпери - Планета людей
Братья Вайнеры - Эра милосердия
Леонид Филатов - Про Федота-стрельца
Дик Френсис - Спорт королев
Луис Ламур - Ганфайтер
Артур Хейли - Колеса
Константин Щемелинин - Я
Лев Яшин - Записки вратаря
Астрид Линдгрен - Малыш и Карлсон
Лев Кассиль - Кондуит и Швамбрания
Джеймс Оливер Кервуд - Казан
Тур Хейердал - Путешествие на Кон-Тики
Джозеф Конрад - Юность
Валентин Пикуль - Крейсера
Даниэль Дефо - Робинзон Крузо
Василий Аксенов - Остров Крым
Джим Корбетт - Кумаонские людоеды
Михаил Лермонтов - Мцыри
Джой Адамсон - Рожденная свободной
Алан Маршалл - Я умею пригать через лужи
Сэйте Мацумото - Земля-пустыня
Покровский - Охотники на мамонтов
Борис Полевой - Повесть о настоящем человеке
Редьярд Киплинг - Маугли
Вадим Кожевников - Щит и меч
Константин Паустовский - Мещерская сторона
Джек Лондон - Мексиканец
Владимир Богомолов - Момент истины
Станислав Лем - Непобедимый
Николай Носов - Приключения Незнайки и его друзей
Николай Носов - Незнайка в Солнечном городе
Николай Носов - Незнайка на Луне
Роберт Льюис Стивенсон - Остров сокровищ
Иван Гончаров - Обломов
Александр Пушкин - Евгений Онегин
Александра Маринина - Не мешайте палачу
Владимир Обручев - Плутония
Дмитрий Медведев - Это было под Ровно
Александр Покровский - Расстрелять
Михаил Пришвин - Лесной хозяин
Эрих-Мария Ремарк - На Западном фронте без перемен
Ганс-Ульрих Рудель - Пилот "Штуки"
Степан Злобин - Степан Разин
Вильям Шекспир - Ромео и Джульетта
Григорий Белых и Леонид Пантелеев - Республика ШКИД
Михаил Шолохов - Они стражились за Родину
Ярослав Гашек - Приключения бравого солдата Швейка
Леонид Соболев - Капитальный ремонт
Александр Солженицын - Один день Ивана Денисовича
Марк Твен - Приключения Тома Сойера
Рафаэлло Джованьоли - Спартак
Эдмонд Гамильтон - Звездные короли
Эрнест Хемингуэй - Старик и море
Рекс Стаут - Смерть Цезаря
Лев Толстой - Анна Каренина
Иван Тургенев - Первая любовь
Татьяна Устинова - Хроника гнусных времен
Михаил Веллер - Легенды Невского проспекта
Борис Раевский - Только вперед
Алексей Некрасов - Приключения капитана Врунгеля
Герберт Уэллс - Война миров
Александр Козачинский - Зеленый фургон
Рони Старший - Борьба за огонь
Патрик Квентин - Ловушка для распутниц
Фридрих Ницше - Так говорил Заратустра
Э. Сетон-Томпсон - Рассказы о животных
Михаил Зощенко - Рассказы
Иван Шухов - Горькая лилия
Луис Рохелио Ногераси - И если я умру завтра...
Испанские новеллы XIX века
Герман Мелвилл - Моби-Дик или Белый кит
Владимир Санин - Семьдесят два градуса ниже нуля
Эдмонд Гамильтон - Звезда жизни

изменяясь проходит оно через годы. 

Своей поступью хочет идти моими стопами моя закадычная 

воля; ее чувство безжалостно и неуязвимо. 

Неуязвима во мне только моя пята. Ты жива еще и верна 

себе, самая терпеливая! Все еще прорываешься ты сквозь все 

могилы! 

В тебе живет еще все неразрешенное моей юности; и как 

жизнь и юность, сидишь ты здесь, надеясь, на желтых обломках 

могил. 

Да, ты еще для меня разрушительница всех могил; здравствуй 

же, моя воля! И только там, где есть могилы, есть и 

воскресение. -- 

Так пел Заратустра. 

 

О самопреодолении 

 

"Волею к истине" называете вы, мудрейшие, то, что движет 

вами и возбуждает вас? 

Волею к мыслимости всего сущего -- так называю я вашу 

волю! 

Все сущее хотите вы сделать сперва мыслимым: ибо вы 

сомневаетесь с добрым недоверием, мыслимо ли оно. 

Но оно должно подчиняться и покоряться вам! Так водит ваша 

воля. Гладким должно стать оно и подвластным духу, как его 

зеркало и отражение в нем. 

В этом вся ваша воля, вы, мудрейшие, как воля к власти, и 

даже когда вы говорите о добре и зле и об оценках ценностей. 

Создать хотите вы еще мир, перед которым вы могли бы 

преклонить колена, -- такова ваша последняя надежда и 

опьянение. 

Но немудрые, народ, -- они подобны реке, по которой плывет 

челнок, -- и в челноке сидят торжественные и переряженные 

оценки ценностей. 

Вашу волю и ваши ценности спустили вы на реку становления; 

старая воля к власти брезжит мне в том, во что верит народ как 

в добро и зло. 

То были вы, мудрейшие, кто посадил таких гостей в этот 

челнок и дал им блеск и гордые имена, -- вы и ваша 

господствующая воля! 

Дальше несет теперь река ваш челнок: она должна его 

нести. Что за беда, если пенится разбитая волна и гневно 

противится килю! 

Не река является вашей опасностью и концом вашего добра и 

зла, вы, мудрейшие, -- но сама эта воля, воля к власти 

неистощимая, творящая воля к жизни. 

Но чтобы поняли вы мое слово о добре и зле, я скажу вам 

еще свое слово о жизни и свойстве всего живого. 

Все живое проследил я, я прошел великими и малыми путями, 

чтобы познать его свойство. 

Стогранным зеркалом ловил я взор жизни, когда уста ее 

молчали, -- дабы ее взор говорил мне. И ее взор говорил мне. 

Но где бы ни находил я живое, везде слышал я и речь о 

послушании. Все живое есть нечто повинующееся. 

И вот второе: тому повелевают, кто не может повиноваться 

самому себе. Таково свойство всего живого. 

Но вот третье, что я слышал: повелевать труднее, чем 

повиноваться. И не потому только, что повелевающий несет бремя 

всех повинующихся и что легко может это бремя раздавить его: 

Попыткой и дерзновением казалось мне всякое повелевание, 

и, повелевая, живущий всегда рискует самим собою. 

И даже когда он повелевает самому себе -- он должен еще 

искупить свое повеление. Своего собственного закона должен он 

стать судьей, и мстителем, и жертвой. 

Но как же происходит это? -- так спрашивал я себя. Что 

побуждает все живое повиноваться и повелевать и, повелевая, 

быть еще повинующимся? 

Слушайте же мое слово, вы, мудрейшие. Удостоверьтесь 

серьезно, проник ли я в сердце жизни и до самых корней ее 

сердца! 

Везде, где находил я живое, находил я и волю к власти; и 

даже в воле служащего находил я волю быть господином. 

Чтобы сильнейшему служил более слабый -- к этому побуждает 

его воля его, которая хочет быть господином над еще более 

слабым: лишь без этой радости не может он обойтись. 

И как меньший отдает себя большему, чтобы тот радовался и 

власть имел над меньшим, -- так приносит себя в жертву и 

больший и из-за власти ставит на доску -- жизнь свою. 

В том и жертва великого, чтобы было в нем дерзновение, и 

опасность, и игра в кости насмерть. 

А где есть жертва, и служение, и взоры любви, там есть и 

воля быть господином. Крадучись, вкрадывается слабейший в 

крепость и в самое сердце сильнейшего -- и крадет власть у 

него. 

И вот какую тайну поведала мне сама жизнь. "Смотри, -- 

говорила она, -- я всегда должна преодолевать самое 

себя. 

Конечно, вы называете это волей к творению или стремлением 

к цели, к высшему, дальнему, более сложному -- но все это 

образует единую тайну: 

Лучше погибну я, чем отрекусь от этого; и поистине, где 

есть закат и опадение листьев, там жизнь жертвует собою -- 

из-за власти! 

Мне надо быть борьбою, и становлением, и целью, и 

противоречием целей; ах, кто угадывает мою волю, угадывает 

также, какими кривыми путями она должна идти! 

Что бы ни создавала я и как бы ни любила я созданное -- 

скоро должна я стать противницей ему и моей любви: так хочет 

моя воля. 

И даже ты, познающий, ты только тропа и след моей воли: 

поистине, моя воля к власти ходит по следам твоей воли к 

истине! 

Конечно, не попал в истину тот, кто запустил в нее словом 

о "воле к существованию"; такой воли -- не существует! 

Ибо то, чего нет, не может хотеть; а что существует, как 

могло бы оно еще хотеть существования! 

Только там, где есть жизнь, есть и воля; но это не воля к 

жизни, но -- так учу я тебя -- воля к власти! 

Многое ценится живущим выше, чем сама жизнь; но и в самой 

оценке говорит -- воля к власти!" -- 

Так учила меня некогда жизнь, и отсюда разрешаю я, вы, 

мудрейшие, также и загадку вашего сердца. 

Поистине, я говорю вам: добра и зла, которые были бы 

непреходящими, -- не существует! Из себя должны они все снова и 

снова преодолевать самих себя. 

При помощи ваших ценностей и слов о добре и зле совершаете 

вы насилие, вы, ценители ценностей; и в этом ваша скрытая 

любовь, и блеск, и трепет, и порыв вашей души. 


Страница 30 из 89:  Назад   1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   22   23   24   25   26   27   28   29  [30]  31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52   53   54   55   56   57   58   59   60   61   62   63   64   65   66   67   68   69   70   71   72   73   74   75   76   77   78   79   80   81   82   83   84   85   86   87   88   89   Вперед 
  

Предупреждение читателям    Авторам Полезные ссылки Написать админу
Электронная библиотека "100 лучших книг" - это субъективная подборка бесплатных произведений, собранная по принципу "один писатель - одна книга"