Лучшие книги - 100 лучших книг

100 лучших
книг
Главная Редкие книги из
100 лучших книг

Оглавление
Александр Дюма - Три мушкетёра
Джером К. Джером - Трое в лодке, не считая собаки
Агата Кристи - Десять негритят
Илья Ильф и Евгений Петров - Двенадцать стульев. Золотой теленок
Кир Булычев - 100 лет тому вперед
Жюль Верн - 20 тысяч лье под водой
Александр Грин - Алые паруса
Вальтер Скотт - Айвенго
Рождер Желязны - Хроники Амбера
Артур Конан Дойл - Собака Баскервилей
Василий Ян - Батый
Александр Беляев - Человек-амфибия
Майн Рид - Всадник без головы
Виталий Бианки - Лесные были и небылицы
Николай Гоголь - Тарас Бульба
Михаил Булгаков - Собачье сердце
Дмитрий Фурманов - Чапаев
Вячеслав Миронов - Я был на этой войне
Джеральд Даррелл - Моя семья и другие животные
Федор Достоевский - Преступление и наказание
Иван Ефремов - На краю Ойкумены
Антуан де Сент-Экзюпери - Планета людей
Братья Вайнеры - Эра милосердия
Леонид Филатов - Про Федота-стрельца
Дик Френсис - Спорт королев
Луис Ламур - Ганфайтер
Артур Хейли - Колеса
Константин Щемелинин - Я
Лев Яшин - Записки вратаря
Астрид Линдгрен - Малыш и Карлсон
Лев Кассиль - Кондуит и Швамбрания
Джеймс Оливер Кервуд - Казан
Тур Хейердал - Путешествие на Кон-Тики
Джозеф Конрад - Юность
Валентин Пикуль - Крейсера
Даниэль Дефо - Робинзон Крузо
Василий Аксенов - Остров Крым
Джим Корбетт - Кумаонские людоеды
Михаил Лермонтов - Мцыри
Джой Адамсон - Рожденная свободной
Алан Маршалл - Я умею пригать через лужи
Сэйте Мацумото - Земля-пустыня
Покровский - Охотники на мамонтов
Борис Полевой - Повесть о настоящем человеке
Редьярд Киплинг - Маугли
Вадим Кожевников - Щит и меч
Константин Паустовский - Мещерская сторона
Джек Лондон - Мексиканец
Владимир Богомолов - Момент истины
Станислав Лем - Непобедимый
Николай Носов - Приключения Незнайки и его друзей
Николай Носов - Незнайка в Солнечном городе
Николай Носов - Незнайка на Луне
Роберт Льюис Стивенсон - Остров сокровищ
Иван Гончаров - Обломов
Александр Пушкин - Евгений Онегин
Александра Маринина - Не мешайте палачу
Владимир Обручев - Плутония
Дмитрий Медведев - Это было под Ровно
Александр Покровский - Расстрелять
Михаил Пришвин - Лесной хозяин
Эрих-Мария Ремарк - На Западном фронте без перемен
Ганс-Ульрих Рудель - Пилот "Штуки"
Степан Злобин - Степан Разин
Вильям Шекспир - Ромео и Джульетта
Григорий Белых и Леонид Пантелеев - Республика ШКИД
Михаил Шолохов - Они стражились за Родину
Ярослав Гашек - Приключения бравого солдата Швейка
Леонид Соболев - Капитальный ремонт
Александр Солженицын - Один день Ивана Денисовича
Марк Твен - Приключения Тома Сойера
Рафаэлло Джованьоли - Спартак
Эдмонд Гамильтон - Звездные короли
Эрнест Хемингуэй - Старик и море
Рекс Стаут - Смерть Цезаря
Лев Толстой - Анна Каренина
Иван Тургенев - Первая любовь
Татьяна Устинова - Хроника гнусных времен
Михаил Веллер - Легенды Невского проспекта
Борис Раевский - Только вперед
Алексей Некрасов - Приключения капитана Врунгеля
Герберт Уэллс - Война миров
Александр Козачинский - Зеленый фургон
Рони Старший - Борьба за огонь
Патрик Квентин - Ловушка для распутниц
Фридрих Ницше - Так говорил Заратустра
Э. Сетон-Томпсон - Рассказы о животных
Михаил Зощенко - Рассказы
Иван Шухов - Горькая лилия
Луис Рохелио Ногераси - И если я умру завтра...
Испанские новеллы XIX века
Герман Мелвилл - Моби-Дик или Белый кит
Владимир Санин - Семьдесят два градуса ниже нуля
Эдмонд Гамильтон - Звезда жизни

заваленную сугробами платформу, надевали лыжи, рюкзаки и неторопливо шли 

куда глаза глядят. 

Этот способ "дезорганизованных вылазок" предложил Кочетов. 

- Так интереснее, - утверждал он. 

Действительно, они иногда забирались в такие места, что даже Галузин 

- коренной ленинградец - только крякал от удивления: он не знал, что 

здесь, совсем близко от города, еще сохранилась такая глухомань, такая 

"плотная" тишина, словно это какой-то таежный "край нехоженых троп, край 

непуганых птиц". 

В лесу зимой было так хорошо, что даже вечером, когда в наплывающих 

сумерках растворялись деревья, не хотелось уходить. 

- Чистый кислород, - убежденно говорил Федя, глубоко втягивая 

расширенными ноздрями прохладный, бодрящий лесной воздух. - Даже не 

кислород - озон! Целебная штука. В аптеках по восемь целковых за подушку 

такого воздуха платят... 

Зимой лес не переставал жить. 

Однажды Леонид долго наблюдал за большим дятлом: принеся шишку, он 

плотно вбивал ее в расщелину между стволом и суком, как в тиски, и, 

упершись хвостом в дерево, долбил шишку, выклевывая семечки. Дятел был, 

видимо, старый, мудрый. Постукает, повернет шишку, опять постукает - 

задумается, наклонив голову. Опять стучит - потом опять думает... 

"Выстукивает со всех сторон, словно доктор больного", - усмехнулся 

Леонид. 

Маленькие елочки высовывали из сугробов зеленые хвостики. Снег на 

солнце казался оранжевым, а в тени - отливал синевой. 

На привалах и в поезде Леонид с Федей часто сражались в шахматы: у 

них всегда была с собой карманная шахматная доска с дырочками для 

втыкания фигур. Играл Федя слабовато - "шестая домашняя категория" шутил 

он, - но зато попутно рассказывал много забавных историй из жизни 

знаменитых шахматистов. Он так непринужденно произносил имена Алехина и 

Ласкера, Нимцовича и Боголюбова, будто каждый день запросто распивал с 

ними чаи. Галузин, слушая Федю, лишь покачивал головой: 

- Артист! Право слово, артист! 

За эту неделю дважды побывали они в Филармонии. Раньше Леонид часто 

бывал здесь - и один, и с Аней - но в последние полгода из-за тренировок 

ни разу не заходил. 

"Дурак", - обругал он себя. 

Оркестр играл знакомую грустную мелодию. Нежно пели скрипки, и 

Кочетову казалось - это плещется вода. За неделю Леонид так соскучился 

по ней, что был уверен: пусти его сейчас в бассейн - побьет не только 

всесоюзный, но и мировой рекорд. 

Еще четыре дня ушли на тренировки. И вот Кочетов снова вышел на 

старт. Трибуны были полупустыми. 

- Тринадцатый заплыв, - шутили болельщики. - И число-то неудачное: 

"чертова дюжина"! 

Леонид встал на стартовую тумбочку. Простое лицо его выглядело 

суровым, решительным и сосредоточенным. 

Сигнал - и пловец в воде. Движения его уверенны и могучи. Кажется, 

плотная масса воды сама раздвигается перед ним, давая дорогу. 

- Браво, Леня! - кричали болельщики, не отрывая глаз от стремительно 

мчавшегося пловца. 

Они уже забыли, что еще недавно недоверчиво относились к его 

очередной попытке. Могучий ритм, слаженность, сила и красота движений 

пловца захватили их. 

- Нажми, Ленечка! - громко кричит Аня Ласточкина. 

- Нажми! - оглушительно требует рослый моряк. 

- Ле-ня! Ле-ня! Ле-ня! - дружно, четко скандирует группа студентов. 

- Давай! 

- Шибче! 

- Давай! - ревут трибуны. 

Все чувствуют - Кочетов победит! 

И он действительно победил. 

2 минуты 39,6 секунды показали секундомеры на финише. На целую 

секунду улучшен всесоюзный рекорд. 

Кочетов выходит из бассейна, блестящие капли воды сверкают на его 

гладкой коже. Главный судья объявляет результат и первым крепко жмет 

руку Леониду. 

И только тут всем становится ясно, какую огромную силу воли, какое 

несокрушимое мужество и упорство проявил этот девятнадцатилетний юноша. 

А Кочетов стоит возле узкой металлической лесенки, по которой только что 

вылез из воды. Он смущен и не знает, что он теперь должен сделать. 

Товарищи окружают Леонида. Со всех сторон к нему тянутся руки друзей. 

Он отбивается от поздравлений объятий. Лицо его теперь снова выглядит 

совсем еще мальчишеским. Он снимает шапочку, и русые, коротко 

остриженные волосы еще более усиливают его сходство с мальчишкой. 

Взволнованная Аня, энергично действуя локтями пробивается к пловцу. 

Глаза ее сияют, В руке - цветы. Правда, всего три розы, но и они 

достались ей с большим трудом. Розы зимой так дороги! И так быстро 

вянут!.. 

Леонид берет цветы и крепко жмет Ане руку. Рядом ребята обнимают его, 

целуют. 

"А что, если и я?.." - думает Аня. 

Но не решается. 

Словно из-под земли появляется толстый мужчина. Это корреспондент. Он 

проталкивается к Кочетову и, стараясь не замочить костюм о мокрое тело 

пловца, с энтузиазмом трясет его руку. 

- Читатели хотят знать, - как вам удалось побить рекорд... - 

спрашивает он, держа наготове перо и блокнот. 

Леонид в растерянности. 

"В самом деле - как мне удалось? Как?" 

- Работал, ну и все, - смущенно отвечает он корреспонденту. 

На память приходит любимая поговорка Галузина: "километры делают 

чемпиона". Сказать? Пожалуй, не стоит: слишком хлестко. 

- Тренировался, - коротко добавляет он. - Каждый день. Утром и 

вечером... 

Из бассейна они опять идут втроем - Кочетов, Гаев, Галузин. На улице 

тихий морозный вечер. Снег весело скрипит под ногами. Прохожие удивленно 

оглядываются на трех шумных мужчин, один из которых идет зимой с 

огромной корзиной пышных белых гортензий и тремя розами. Леонид несет и 

корзину, и розы впереди себя, на вытянутой руке, так осторожно, словно 

они стеклянные. 

Все трое на ходу оживленно вспоминают подробности только что 

закончившейся борьбы. Потом замолкают и идут, думая каждый о своем. 

Кочетову кажется, что рекорд он поставил уже давным-давно. 


Страница 23 из 93:  Назад   1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   22  [23]  24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52   53   54   55   56   57   58   59   60   61   62   63   64   65   66   67   68   69   70   71   72   73   74   75   76   77   78   79   80   81   82   83   84   85   86   87   88   89   90   91   92   93   Вперед 
  

Предупреждение читателям    Авторам Цитаты и афоризмы Написать админу
Электронная библиотека "100 лучших книг" - это субъективная подборка бесплатных произведений, собранная по принципу "один писатель - одна книга"