Лучшие книги - 100 лучших книг

100 лучших
книг
Главная Редкие книги из
100 лучших книг

Оглавление
Александр Дюма - Три мушкетёра
Джером К. Джером - Трое в лодке, не считая собаки
Агата Кристи - Десять негритят
Илья Ильф и Евгений Петров - Двенадцать стульев. Золотой теленок
Кир Булычев - 100 лет тому вперед
Жюль Верн - 20 тысяч лье под водой
Александр Грин - Алые паруса
Вальтер Скотт - Айвенго
Рождер Желязны - Хроники Амбера
Артур Конан Дойл - Собака Баскервилей
Василий Ян - Батый
Александр Беляев - Человек-амфибия
Майн Рид - Всадник без головы
Виталий Бианки - Лесные были и небылицы
Николай Гоголь - Тарас Бульба
Михаил Булгаков - Собачье сердце
Дмитрий Фурманов - Чапаев
Вячеслав Миронов - Я был на этой войне
Джеральд Даррелл - Моя семья и другие животные
Федор Достоевский - Преступление и наказание
Иван Ефремов - На краю Ойкумены
Антуан де Сент-Экзюпери - Планета людей
Братья Вайнеры - Эра милосердия
Леонид Филатов - Про Федота-стрельца
Дик Френсис - Спорт королев
Луис Ламур - Ганфайтер
Артур Хейли - Колеса
Константин Щемелинин - Я
Лев Яшин - Записки вратаря
Астрид Линдгрен - Малыш и Карлсон
Лев Кассиль - Кондуит и Швамбрания
Джеймс Оливер Кервуд - Казан
Тур Хейердал - Путешествие на Кон-Тики
Джозеф Конрад - Юность
Валентин Пикуль - Крейсера
Даниэль Дефо - Робинзон Крузо
Василий Аксенов - Остров Крым
Джим Корбетт - Кумаонские людоеды
Михаил Лермонтов - Мцыри
Джой Адамсон - Рожденная свободной
Алан Маршалл - Я умею пригать через лужи
Сэйте Мацумото - Земля-пустыня
Покровский - Охотники на мамонтов
Борис Полевой - Повесть о настоящем человеке
Редьярд Киплинг - Маугли
Вадим Кожевников - Щит и меч
Константин Паустовский - Мещерская сторона
Джек Лондон - Мексиканец
Владимир Богомолов - Момент истины
Станислав Лем - Непобедимый
Николай Носов - Приключения Незнайки и его друзей
Николай Носов - Незнайка в Солнечном городе
Николай Носов - Незнайка на Луне
Роберт Льюис Стивенсон - Остров сокровищ
Иван Гончаров - Обломов
Александр Пушкин - Евгений Онегин
Александра Маринина - Не мешайте палачу
Владимир Обручев - Плутония
Дмитрий Медведев - Это было под Ровно
Александр Покровский - Расстрелять
Михаил Пришвин - Лесной хозяин
Эрих-Мария Ремарк - На Западном фронте без перемен
Ганс-Ульрих Рудель - Пилот "Штуки"
Степан Злобин - Степан Разин
Вильям Шекспир - Ромео и Джульетта
Григорий Белых и Леонид Пантелеев - Республика ШКИД
Михаил Шолохов - Они стражились за Родину
Ярослав Гашек - Приключения бравого солдата Швейка
Леонид Соболев - Капитальный ремонт
Александр Солженицын - Один день Ивана Денисовича
Марк Твен - Приключения Тома Сойера
Рафаэлло Джованьоли - Спартак
Эдмонд Гамильтон - Звездные короли
Эрнест Хемингуэй - Старик и море
Рекс Стаут - Смерть Цезаря
Лев Толстой - Анна Каренина
Иван Тургенев - Первая любовь
Татьяна Устинова - Хроника гнусных времен
Михаил Веллер - Легенды Невского проспекта
Борис Раевский - Только вперед
Алексей Некрасов - Приключения капитана Врунгеля
Герберт Уэллс - Война миров
Александр Козачинский - Зеленый фургон
Рони Старший - Борьба за огонь
Патрик Квентин - Ловушка для распутниц
Фридрих Ницше - Так говорил Заратустра
Э. Сетон-Томпсон - Рассказы о животных
Михаил Зощенко - Рассказы
Иван Шухов - Горькая лилия
Луис Рохелио Ногераси - И если я умру завтра...
Испанские новеллы XIX века
Герман Мелвилл - Моби-Дик или Белый кит
Владимир Санин - Семьдесят два градуса ниже нуля
Эдмонд Гамильтон - Звезда жизни

блокнот, – среди которых почетное место занимает маузер самого Папанина, висящий 

на тонком ремешке рядом со своей деревянной кобурой, украшенной серебряной 

дарственной пластинкой. 

С этой вот палаткой и с этим маузером связана одна характерная для эпохи 

история. 

Дело в том, что Иван Папанин был ведь не просто начальником научной 

экспедиции. Сам-то он был мужик простой и незамысловатый, комиссарского 

сословия, и занимал ответственнейший пост начальника Главсевморпути. И на 

льдине, затерянной в полярной ночи за тысячи миль от СССР, он осуществлял 

идейно-политическое руководство всеми сторонами жизни и деятельности остальных 

трех интеллигентов, лично отвечая, как испытанный и облеченный доверием партии 

коммунист, за все, что происходило на Северном полюсе. 

Теперь давайте учтем, какой на дворе стоял год, когда они там прославляли 

советский строй на Северном полюсе. А год стоял как раз 1937. И здесь 

требовалась особая бдительность и политическая зрелость. Коварный враг внедрялся 

в любые ряды вплоть до ветеранов революции и командования Красной Армии, так что 

за моржей с белыми медведями ручаться и подавно нельзя было, не говоря уж об 

ученых-полярниках. Тем более что самолеты, доставив экспедицию, улетели, и 

никакой связи с Большой Землей с ее руководящими и карающими органами не было, 

кроме радио. 

А радистом СП-1 был знаменитейший тогда Эрнст Кренкель, в неписанной табели о 

рангах – коротковолновик мира N_1. Подменять его было некому, исправность и 

ремонт рации лежали на нем же, – можно себе представить ответственность и 

постоянное нервное напряжение. Скиснет рация – и хана полярному подвигу. 

К чести его, радиосвязь была безукоризненной, невзирая на разнообразнейшие 

сверхпоганые метеоусловия. Достоинства Кренкеля как радиста и полярника были 

выше всяческих похвал. 

Но имели у него, к сожалению, и два недостатка. Во-первых, он был немец, а 

во-вторых, беспартийный. В сорок первом году, конечно, эти два недостатка могли 

бы с лихвой перевесить любой букет достоинств, но, повторяем, это был всего лишь 

тридцать седьмой год, а радист он был уж больно хороший, и человек добродушный и 

выдержанный. Хотя и в 37 году вполне можно было пострадать, причем, как мы 

сейчас увидим, иногда совершенно неожиданным образом. 

Кренкель четырежды в сутки выходил на связь, передавал данные 

метеорологических и гидрологических наблюдений и принимал приказы Москвы. А вот 

приказы были различного рода. Как диктовала политическая ситуация. 

В стране шли процессы. Разоблачались империалистические шпионы. Проводились 

показательные суды. И вся страна негодовала в едином порыве, и так далее. 

А советская дрейфующая полярная станция «Северный полюс-1» была частью 

социалистического общества. И, несмотря на географическую удаленность, 

оставаться в стороне от политических бурь никак, разумеется, не могла. Даже на 

льдине советские люди должны были возглавляться партийной организацией. 

Минимальное количество членов для создания партячейки – три человека. И такая 

ячейка на льдине была! Это имело особое политическое значение. И секретарем 

партячейки был, конечно, сам Папанин. 

В эту низовую парторганизацию с неукоснительным порядком поступала закрытая 

политическая информация – только до сведения коммунистов. Беспартийный Кренкель 

принимал эти сообщения, ставил гриф «секретно» и вручал парторгу Папанину. 

А закрытую информацию надлежало обсуждать на закрытых партсобраниях. Папанин 

объявлял закрытое партсобрание – присутствовать могли только члены партии. 

Остальным надо было освободить помещение. 

Остальные – это был Кренкель. 

Помещение же на Северном полюсе имело только одно, площадью в шесть 

квадратных метров, в чем и может удостовериться каждый, прочитав в музее 

табличку на палатке. Недоверчивый может измерить палатку сантиметром. 

Реагировать на партийные сообщения следовало оперативно, чем скорей – тем 

себе же лучше. Буран не буран, мороз не мороз, а политика ЦК ВКП(б) превыше 

всего. 

И вот Кренкель, проклиная все, рысил по снегу вокруг палатки, заглядывая в 

иллюминаторы – скоро ли они там кончат. Он тер варежкой нос и щеки, притопывал, 

хлопал руками по бокам, считал минуты на циферблате, и про себя, возможно даже, 

говорил разные слова про партию и ее мудрую политику. 

Они там сидели на нарах, выслушивали сообщение, выступали по очереди со своим 

мнением, заносили его в протокол, вырабатывали решение насчет очередных врагов 

народа, голосовали, и составляли текст своего обращения на материк. А в конце, 

как положено, пели стоя «Интернационал». 

Спев «Интернационал», Папанин разрешал Кренкелю войти, вручал ему это 

закрытое партийное сообщение, и Кренкель передавал его по рации. 

Только человек гигантской выдержки и с чисто немецким безоговорочным 

уважением к любым правилам и инструкциям мог вынести полгода этого 

измывательства. А партийная жизнь в стране била ключом, и полгода Кренкель чуть 

не каждый Божий день бегал петушком в ледяном мраке вокруг палатки. Он 

подпрыгивал, приседал, и мечтал, что он хотел бы сделать с Папаниным, когда все 

это кончится. Ловля белого медведя на живца была наиболее гуманной картиной из 

всех, что сладко рисовались его воображению. 

Через неделю умный Кренкель подал заявление в партию. В каковом приеме ему 

Папаниным было отказано по той же причине, по какой ему надлежало являться 

немцем. Не понять это мог только политически наивный человек, абсолютно не 

вникший в доктрины пролетарского интернационализма и единства партии и народа. 

Беспартийный немец Кренкель иллюстрировал собою на Северном полюсе 

многонациональную дружбу советского народа и нерушимую монолитность блока 

коммунистов и беспартийных. Так что все было продумано. 

И беспартийный немец Кренкель кротко вламывал, как лошадь, потому как метель 

– не метель, ураган – не ураган, научные исследования можно и отложить, – а вот 


Страница 59 из 83:  Назад   1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52   53   54   55   56   57   58  [59]  60   61   62   63   64   65   66   67   68   69   70   71   72   73   74   75   76   77   78   79   80   81   82   83   Вперед 
  

Предупреждение читателям    Авторам Полезные ссылки Написать админу
Электронная библиотека "100 лучших книг" - это субъективная подборка бесплатных произведений, собранная по принципу "один писатель - одна книга"