Лучшие книги - 100 лучших книг

100 лучших
книг
Главная Редкие книги из
100 лучших книг

Оглавление
Александр Дюма - Три мушкетёра
Джером К. Джером - Трое в лодке, не считая собаки
Агата Кристи - Десять негритят
Илья Ильф и Евгений Петров - Двенадцать стульев. Золотой теленок
Кир Булычев - 100 лет тому вперед
Жюль Верн - 20 тысяч лье под водой
Александр Грин - Алые паруса
Вальтер Скотт - Айвенго
Рождер Желязны - Хроники Амбера
Артур Конан Дойл - Собака Баскервилей
Василий Ян - Батый
Александр Беляев - Человек-амфибия
Майн Рид - Всадник без головы
Виталий Бианки - Лесные были и небылицы
Николай Гоголь - Тарас Бульба
Михаил Булгаков - Собачье сердце
Дмитрий Фурманов - Чапаев
Вячеслав Миронов - Я был на этой войне
Джеральд Даррелл - Моя семья и другие животные
Федор Достоевский - Преступление и наказание
Иван Ефремов - На краю Ойкумены
Антуан де Сент-Экзюпери - Планета людей
Братья Вайнеры - Эра милосердия
Леонид Филатов - Про Федота-стрельца
Дик Френсис - Спорт королев
Луис Ламур - Ганфайтер
Артур Хейли - Колеса
Константин Щемелинин - Я
Лев Яшин - Записки вратаря
Астрид Линдгрен - Малыш и Карлсон
Лев Кассиль - Кондуит и Швамбрания
Джеймс Оливер Кервуд - Казан
Тур Хейердал - Путешествие на Кон-Тики
Джозеф Конрад - Юность
Валентин Пикуль - Крейсера
Даниэль Дефо - Робинзон Крузо
Василий Аксенов - Остров Крым
Джим Корбетт - Кумаонские людоеды
Михаил Лермонтов - Мцыри
Джой Адамсон - Рожденная свободной
Алан Маршалл - Я умею пригать через лужи
Сэйте Мацумото - Земля-пустыня
Покровский - Охотники на мамонтов
Борис Полевой - Повесть о настоящем человеке
Редьярд Киплинг - Маугли
Вадим Кожевников - Щит и меч
Константин Паустовский - Мещерская сторона
Джек Лондон - Мексиканец
Владимир Богомолов - Момент истины
Станислав Лем - Непобедимый
Николай Носов - Приключения Незнайки и его друзей
Николай Носов - Незнайка в Солнечном городе
Николай Носов - Незнайка на Луне
Роберт Льюис Стивенсон - Остров сокровищ
Иван Гончаров - Обломов
Александр Пушкин - Евгений Онегин
Александра Маринина - Не мешайте палачу
Владимир Обручев - Плутония
Дмитрий Медведев - Это было под Ровно
Александр Покровский - Расстрелять
Михаил Пришвин - Лесной хозяин
Эрих-Мария Ремарк - На Западном фронте без перемен
Ганс-Ульрих Рудель - Пилот "Штуки"
Степан Злобин - Степан Разин
Вильям Шекспир - Ромео и Джульетта
Григорий Белых и Леонид Пантелеев - Республика ШКИД
Михаил Шолохов - Они стражились за Родину
Ярослав Гашек - Приключения бравого солдата Швейка
Леонид Соболев - Капитальный ремонт
Александр Солженицын - Один день Ивана Денисовича
Марк Твен - Приключения Тома Сойера
Рафаэлло Джованьоли - Спартак
Эдмонд Гамильтон - Звездные короли
Эрнест Хемингуэй - Старик и море
Рекс Стаут - Смерть Цезаря
Лев Толстой - Анна Каренина
Иван Тургенев - Первая любовь
Татьяна Устинова - Хроника гнусных времен
Михаил Веллер - Легенды Невского проспекта
Борис Раевский - Только вперед
Алексей Некрасов - Приключения капитана Врунгеля
Герберт Уэллс - Война миров
Александр Козачинский - Зеленый фургон
Рони Старший - Борьба за огонь
Патрик Квентин - Ловушка для распутниц
Фридрих Ницше - Так говорил Заратустра
Э. Сетон-Томпсон - Рассказы о животных
Михаил Зощенко - Рассказы
Иван Шухов - Горькая лилия
Луис Рохелио Ногераси - И если я умру завтра...
Испанские новеллы XIX века
Герман Мелвилл - Моби-Дик или Белый кит
Владимир Санин - Семьдесят два градуса ниже нуля
Эдмонд Гамильтон - Звезда жизни

Фима потерял свою умную голову и распушил свой сюрреалистический хвост. По 

утрам ей доставляли корзины цветов, а по вечерам – билеты в четвертый ряд, 

середина, на концерты мировых знаменитостей. Он снимал ей люксовые апартаменты в 

Ялте и Сочи и заваливал их розами, а под окнами лабал купленный оркестр. Это 

превосходило ее представления о реальности, и поэтому не действовало. 

Лощеные хищники на Невском кланялись ей, а подруги бледнели до обмороков; это 

ей льстило, как-то примиряло с Фимой, но не более. Он купил бы ее за 

трехкомнатную квартиру, «Жигули» и песцовую шубу: дальше этого ее воображение не 

шло, прочее воспринималось как какая-то ерунда и пустая блажь. Как истинный 

влюбленный, он мерил не тем масштабом. 

Когда выяснилось, что она собирается замуж за своего мальчика, уеденного 

соперничеством всемогущего миллионера, Фима пал до дежурств в подъезде, 

умоляющих писем и одиноких слез. 

На свадьбу он подарил им через третьи руки ту самую квартиру и две турпутевки 

в Париж. А сам в первый и последний раз в жизни нажрался в хлам, поставив на 

рога всю «Асторию», а ночью снял катер речной милиции и до утра с ревом носился 

по Неве, распевая «Варяга», причем баснословно оплаченные милиционеры должны 

были подпевать и изображать тонущих японцев. 

 

 

10. ВЕНЕЦ И КОНЕЦ 

 

А тем временем прошла ведь израильско-арабская война шестьдесят седьмого 

года, и все события годочка шестьдесят восьмого, и гайки пошли закручиваться, и 

в Ленинграде, как и везде в Союзе, но довольно особенно, стал нарастать вполне 

негласный, но еще более вполне официальный, государственный то есть, 

антисемитизм, три «не» к евреям: не увольнять, не принимать и не повышать, на 

службе, имеется в виду, и пошла закручиваться спиралью всеохватная и небывалая 

коррупция, облегчающая расширение дел, но раздражающая буйной неорганизованной 

конкуренцией, на подавление которой стало уходить много сил и средств, и исчезал 

уже в деле былой спортивный азарт и кайф, деятельность бесперебойного механизма 

концерна стала отдавать повседневной рутиной; и началась понемногу еврейская 

эмиграция. 

И Фима решил сваливать. Он выработал Ленинград и Союз, здесь он поднялся до 

своего потолка, и пути дальше не было, и стало в общем неинтересно. 

Дело надо было продавать, а деньги превращать в валюту. Информация разошлась 

по Союзу. Колесо завертелось. Все рубли были превращены в максимальной ценности 

камни. Камни было выгоднее обратить в доллары на месте. 

Уже пришел вызов, и было получено разрешение, и куплены билеты на «жидовоз» 

Ленинград-Вена, что празднично и нагло взмывал по четвергам из Пулкова. 

Последнюю операцию Фима проводил лично. Речь шла о чересчур уж гигантских 

деньгах, и здесь доверять нельзя было никому. 

Славным летним днем, под вечер, он вышел из своего дома и по Большому 

проспекту пешочком двинулся к Невскому. Он помахивал пузатым старым портфелем, 

из которого спереди торчал край березового веника, а сзади – пивное горлышко. 

Все знали, что он любил попариться. Точно так же все знали, что они никогда 

ничего не носил с собой из ценностей и барахла, и никогда не имел при себе суммы 

крупнее ста рублей: на то имелись мальчики, а он был чист и ни к чему не 

причастен, скромный стопятидесятирублевый инженер. Благодушно улыбаясь, он 

погулял по Невскому до молодой листвы на тихой улице Софьи Перовской, и на 

протяжении всего маршрута через каждую сотню метров скользил взглядом по 

очередному мальчику из сторожевого оцепления своих боевиков. 

Во внутреннем кармане у него лежал мешочек с отборными бриллиантами и 

изумрудами, а в подмышечной кобуре – взведенный «Макаров». 

Он шел пешком, потому что на улице, да в час пик, человека труднее взять и 

легче уйти, чем в транспорте. 

Никто не был посвящен в его тайну. В квартире на улице Перовской ждали 

человека с товаром, не зная, кто это будет; посыльный. Охране вообще знать 

ничего не полагалось. Портфель был набит газетами. 

Дом был оцеплен его людьми. За окнами следили. Максимальное время его 

пребывания там было им сказано. Выйти он должен был только один. 

Он благополучно вошел в квартиру, где его ждали. 

Он пробыл там положенное время. 

Вышел один и спокойно зашагал домой тем же путем. 

Камни были сданы. 

Он был упакован пачками долларов, как сейф Американского Национального банка. 

Портфель был набит долларами плотно, как кирпич. Он нес состояние всей своей 

жизни. 

Плюс тот же демократично торчащий банный веник и пивное горлышко. 

Он шел спокойно, и через каждый сто метров мигал своим мальчикам. И мальчики 

мигали в ответ и снимали оцепление, освобождаясь по своим делам. 

Так он дошел до своей линии и позволил себе закурить. И у подъезда глубоко 

вздохнул, кивнул мальчику на противоположной стороне, выкинул окурок и взялся за 

ручку двери. 

И тут услышал за спиной властное и хамоватое: 

– Стой! 

И ощутил, увидел на своем плече грубую крепкую руку в милицейском обшлаге. 

С деревянным спокойствием он отпустил дверь и обернулся. 

– Ну что? – осклабясь, спросил милиционер. 

– Простите, не понял? – ровно ответил Фима. 

– Как называется то, что вы делаете? – карающе и презрительно допросил мент. 

– Что же я делаю? – еще ровнее спросил Фима и поднял брови. 

– А вы не догадываетесь? 

– О чем? Я иду к себе домой. 

– Домой, – со зловещей радостью повторил милиционер. – А это что? 

– Это? Бутылка пива. После бани. 

– Бани, значит. А в портфеле что? 

– Мыло, полотенце, мочалка и грязное белье, – ровно до удивления сказал Фима. 

– А что? 

– Что?! – грянул милиционер. – А эт-то что?! – И ткнул пальцем к окурку, 

брошенному в метре от урны. – Окурок кто на тротуар швырнул?! – слегка 

разбудоражил он в себе сладкое зверство справедливой власти над нарушителем, 

тупой лимитчик, белесый скобской Вася, вчера из деревни, осуществляя власть в 

явном своем превосходстве над этим… жидовским интеллигентом в шляпе. 

– Простите, – вежливейше сказал Фима и только теперь услышал нарастающий 


Страница 32 из 83:  Назад   1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   22   23   24   25   26   27   28   29   30   31  [32]  33   34   35   36   37   38   39   40   41   42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52   53   54   55   56   57   58   59   60   61   62   63   64   65   66   67   68   69   70   71   72   73   74   75   76   77   78   79   80   81   82   83   Вперед 
  

Предупреждение читателям    Авторам Полезные ссылки Написать админу
Электронная библиотека "100 лучших книг" - это субъективная подборка бесплатных произведений, собранная по принципу "один писатель - одна книга"