Лучшие книги - 100 лучших книг

100 лучших
книг
Главная Редкие книги из
100 лучших книг

Оглавление
Александр Дюма - Три мушкетёра
Джером К. Джером - Трое в лодке, не считая собаки
Агата Кристи - Десять негритят
Илья Ильф и Евгений Петров - Двенадцать стульев. Золотой теленок
Кир Булычев - 100 лет тому вперед
Жюль Верн - 20 тысяч лье под водой
Александр Грин - Алые паруса
Вальтер Скотт - Айвенго
Рождер Желязны - Хроники Амбера
Артур Конан Дойл - Собака Баскервилей
Василий Ян - Батый
Александр Беляев - Человек-амфибия
Майн Рид - Всадник без головы
Виталий Бианки - Лесные были и небылицы
Николай Гоголь - Тарас Бульба
Михаил Булгаков - Собачье сердце
Дмитрий Фурманов - Чапаев
Вячеслав Миронов - Я был на этой войне
Джеральд Даррелл - Моя семья и другие животные
Федор Достоевский - Преступление и наказание
Иван Ефремов - На краю Ойкумены
Антуан де Сент-Экзюпери - Планета людей
Братья Вайнеры - Эра милосердия
Леонид Филатов - Про Федота-стрельца
Дик Френсис - Спорт королев
Луис Ламур - Ганфайтер
Артур Хейли - Колеса
Константин Щемелинин - Я
Лев Яшин - Записки вратаря
Астрид Линдгрен - Малыш и Карлсон
Лев Кассиль - Кондуит и Швамбрания
Джеймс Оливер Кервуд - Казан
Тур Хейердал - Путешествие на Кон-Тики
Джозеф Конрад - Юность
Валентин Пикуль - Крейсера
Даниэль Дефо - Робинзон Крузо
Василий Аксенов - Остров Крым
Джим Корбетт - Кумаонские людоеды
Михаил Лермонтов - Мцыри
Джой Адамсон - Рожденная свободной
Алан Маршалл - Я умею пригать через лужи
Сэйте Мацумото - Земля-пустыня
Покровский - Охотники на мамонтов
Борис Полевой - Повесть о настоящем человеке
Редьярд Киплинг - Маугли
Вадим Кожевников - Щит и меч
Константин Паустовский - Мещерская сторона
Джек Лондон - Мексиканец
Владимир Богомолов - Момент истины
Станислав Лем - Непобедимый
Николай Носов - Приключения Незнайки и его друзей
Николай Носов - Незнайка в Солнечном городе
Николай Носов - Незнайка на Луне
Роберт Льюис Стивенсон - Остров сокровищ
Иван Гончаров - Обломов
Александр Пушкин - Евгений Онегин
Александра Маринина - Не мешайте палачу
Владимир Обручев - Плутония
Дмитрий Медведев - Это было под Ровно
Александр Покровский - Расстрелять
Михаил Пришвин - Лесной хозяин
Эрих-Мария Ремарк - На Западном фронте без перемен
Ганс-Ульрих Рудель - Пилот "Штуки"
Степан Злобин - Степан Разин
Вильям Шекспир - Ромео и Джульетта
Григорий Белых и Леонид Пантелеев - Республика ШКИД
Михаил Шолохов - Они стражились за Родину
Ярослав Гашек - Приключения бравого солдата Швейка
Леонид Соболев - Капитальный ремонт
Александр Солженицын - Один день Ивана Денисовича
Марк Твен - Приключения Тома Сойера
Рафаэлло Джованьоли - Спартак
Эдмонд Гамильтон - Звездные короли
Эрнест Хемингуэй - Старик и море
Рекс Стаут - Смерть Цезаря
Лев Толстой - Анна Каренина
Иван Тургенев - Первая любовь
Татьяна Устинова - Хроника гнусных времен
Михаил Веллер - Легенды Невского проспекта
Борис Раевский - Только вперед
Алексей Некрасов - Приключения капитана Врунгеля
Герберт Уэллс - Война миров
Александр Козачинский - Зеленый фургон
Рони Старший - Борьба за огонь
Патрик Квентин - Ловушка для распутниц
Фридрих Ницше - Так говорил Заратустра
Э. Сетон-Томпсон - Рассказы о животных
Михаил Зощенко - Рассказы
Иван Шухов - Горькая лилия
Луис Рохелио Ногераси - И если я умру завтра...
Испанские новеллы XIX века
Герман Мелвилл - Моби-Дик или Белый кит
Владимир Санин - Семьдесят два градуса ниже нуля
Эдмонд Гамильтон - Звезда жизни

- Звонил Сергей Сергеевич, - ответил Михаил Эрастович, - он звонил в пятницу, и я сказал, что у нас нет никаких сомнений в подлинности и времени изготовления. Мы были уверены, что он все передаст барышне. Неужели не передал? 

Нет, подумал Кирилл, не передал. Он не передал и не хотел ничего выяснять. Он говорил, что Соне от этого будет только хуже. 

- Сережка звонил? - спросила Настя. 

- Сергей Сергеевич, - подтвердил Франц Иосифович, - звонил. Да. 

- Он позвонил и представился, - уточнил Кирилл, - правильно? Или вы его и так знаете по голосу? 

- Зачем по голосу? - нетерпеливо возразил Михаил Эрастович. - Я никого не знаю по голосу! Я же не секретарь-машинистка! Мне звонят и говорят: здравствуйте, Михаил Эрастович, это Сергей Сергеевич, и тогда я узнаю. Почему я должен разбирать голоса? 

- Нет-нет, - успокоил его Кирилл, - конечно, вы не должны разбирать голоса. Просто у нас произошла... неувязка. 

- У нас - нет, - объявил Франц Иосифович, - у нас не бывает неувязок. Только когда приходят клиенты, а мы пьем кофе. 

- Это бывает крайне редко, Франц Иосифович, - возмутился его напарник, в которого коварный Франц Иосифович метил своей тонкой иронией, - мы же не районная ювелирная лавка, в которой растягивают обручальные кольца и шлифуют копеечные серьги. Мы - специалисты. Мы вполне можем пить кофе, когда захотим. Вы заберете свое ожерелье, барышня? 

- Нет, - сказал Кирилл, не дав Соне и рта раскрыть, - мы оставим его здесь. Барышне негде его хранить. 

- Правильно, - одобрил Франц Иосифович, - очень ценное. Хранить его надо с умом. В кармане не носить. Да. 

- Только, пожалуйста, - Кирилл поднялся, и вдруг оказалось, что он на голову выше обоих стариков и занимает очень много места в комнатке, похожей на сейф, - никому, кроме... Софьи Борисовны, его не отдавайте. Даже если человек принесет тридцать три расписки и нотариально заверенную доверенность или что-то в этом роде. 

- Сколько оно стоит? - хрипло спросила Соня. Носовой платок у нее в руке был совсем мокрый. - Сколько? Если его продать? 

- Не спешите, - посоветовал Михаил Эрастович, - продать вы всегда успеете. Может быть, лучше оставить его в семье. Ваша дочь или внучка наденет его на свое совершеннолетие. Старый ван Гаттен был бы доволен. 

- Или на свадьбу, - хрюкнув от удовольствия, вступил Франц Иосифович. - Церковь. Невеста. Белое платье. Открытые плечи. Орган. В ваших церквях не играет орган. Ерунда. И ваше ожерелье. А? 

- Сколько оно стоит? - повторила Соня. - Хоть приблизительно? 

Франц Иосифович пожал плечами и посмотрел на Михаила Эрастовича. 

- От семидесяти до ста тысяч долларов, - сказал тот. - Чуть меньше, чуть больше, в зависимости от знатока. И все же не спешите его продавать. Подумайте. Пусть оно полежит у нас в сейфе. У нас гораздо надежнее, чем в ваших швейцарских банках. 

- Разумеется, мы не станем никому его отдавать, - перебил его Франц Иосифович, - только барышне. В руки. С чего вы взяли, что мы можем его отдать? 

- Мое ожерелье стоит семьдесят тысяч долларов? - пробормотала Соня, еле шевеля губами. - Оно столько стоит? 

- Что с ней? - нетерпеливо спросил Франц Иосифович почему-то у Кирилла. 

- Она думала, что оно стоит семь рублей, - сказал Кирилл, - не обращайте внимания. Если она не придет в себя, мы макнем ее в Неву. 

- Я думала, что бабушка, - продолжала бормотать Соня как в бреду, и Кирилл подумал, что ее на самом деле придется полоскать в Неве, - я думала, что бабушка оставила мне стекляшки. Я думала, что она меня разлюбила. Что она меня презирала. Я думала, что она хотела мне напомнить, что я ничего не стою. Что я недостойная. А она... она... оставила мне бриллианты. И завещание не изменила. Даже после того. 

- Спасибо, - поблагодарил Кирилл ювелиров, - кофе был изумительный. Я такого не пробовал никогда в жизни. 

- Заходите, - пригласил Франц Иосифович, поглядывая на Соню, - приводите барышень. Мы всегда варим кофе после того, как выстрелит пушка. Будем рады. Да. 

- Сонечка, пошли, - Настя потянула Соню за руку, - спасибо вам большое, Франц Иосифович, и вам, Михаил Эрастович. Кофе был необыкновенный. 

Кирилл почти выволок Соню из мастерской. Почему-то она упиралась, не шла, а он тащил ее и злился так, как не злился никогда в жизни. 

Даже когда отец заставлял его писать "план самосовершенствования" на неделю вперед, а потом следовать этому плану и вписывать в отдельные графы свои достижения. 

Он был совершенно уверен в своей правоте с той минуты, когда увидел в окошечке Светиного мобильного номер телефона. Он знал абсолютно точно, что вся затея со звонком - попытка в очередной раз обмануть дуреху Соню, обвести вокруг пальца, ведь это было так просто. Соня поверила бы - она привыкла верить во все самое плохое. 

Вот в то, что ожерелье подлинное, она поверила не сразу и, кажется, еще не до конца. 

Она не стала бы ничего выяснять, она не разрешила бы никому "вмешиваться в историю" и потеряла бы бабушкино наследство и остаток веры в людей. 

Вынырнув из ювелирного подземелья в солнечный свет и жару, Кирилл большими шагами пошел к машине, таща за собой Соню, как провинившуюся дворнягу на поводке. Настя шла следом и молчала, не задавала ни одного вопроса. 

Правильно делала, что не задавала. 

Черт возьми, кем нужно быть, чтобы так... так подло обманывать беззащитную нищую дуреху, которая работает день и ночь и носит кримпленовые платья и клетчатые юбочки образца семидесятых?! 

Тетей Александрой? Братом Владиком? 

Она очень удобна в качестве уборщицы, поденщицы, подавальщицы, подтиральщицы, вязальщицы - и так далее. Она до такой степени не верит в жизнь, что с первого слова поверила в неуклюжее вранье, поверила, потому что знала твердо - она не достойна ничего хорошего. 

Ее никто не любит. Бабушка и та посмеялась над ней, завещав ничего не стоящие стекляшки. 

От семидесяти до ста тысяч долларов, пропади оно все пропадом!.. 

Кирилл наотмашь распахнул дверь своей драгоценной машины и впихнул Соню внутрь. Сел за руль и завел мотор. 

Рядом уселась Настя. Вытянула ремень и защелкнула его в замке. От негромкого звука Соня вздрогнула, как будто выстрелила пресловутая пушка в Петропавловской крепости. Вздрогнула и уставилась на Кирилла. В зеркале заднего вида отразились ее красные кроличьи глаза. 


Страница 69 из 92:  Назад   1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52   53   54   55   56   57   58   59   60   61   62   63   64   65   66   67   68  [69]  70   71   72   73   74   75   76   77   78   79   80   81   82   83   84   85   86   87   88   89   90   91   92   Вперед 
  

Предупреждение читателям    Авторам Полезные ссылки Написать админу
Электронная библиотека "100 лучших книг" - это субъективная подборка бесплатных произведений, собранная по принципу "один писатель - одна книга"