Лучшие книги - 100 лучших книг

100 лучших
книг
Главная Редкие книги из
100 лучших книг

Оглавление
Александр Дюма - Три мушкетёра
Джером К. Джером - Трое в лодке, не считая собаки
Агата Кристи - Десять негритят
Илья Ильф и Евгений Петров - Двенадцать стульев. Золотой теленок
Кир Булычев - 100 лет тому вперед
Жюль Верн - 20 тысяч лье под водой
Александр Грин - Алые паруса
Вальтер Скотт - Айвенго
Рождер Желязны - Хроники Амбера
Артур Конан Дойл - Собака Баскервилей
Василий Ян - Батый
Александр Беляев - Человек-амфибия
Майн Рид - Всадник без головы
Виталий Бианки - Лесные были и небылицы
Николай Гоголь - Тарас Бульба
Михаил Булгаков - Собачье сердце
Дмитрий Фурманов - Чапаев
Вячеслав Миронов - Я был на этой войне
Джеральд Даррелл - Моя семья и другие животные
Федор Достоевский - Преступление и наказание
Иван Ефремов - На краю Ойкумены
Антуан де Сент-Экзюпери - Планета людей
Братья Вайнеры - Эра милосердия
Леонид Филатов - Про Федота-стрельца
Дик Френсис - Спорт королев
Луис Ламур - Ганфайтер
Артур Хейли - Колеса
Константин Щемелинин - Я
Лев Яшин - Записки вратаря
Астрид Линдгрен - Малыш и Карлсон
Лев Кассиль - Кондуит и Швамбрания
Джеймс Оливер Кервуд - Казан
Тур Хейердал - Путешествие на Кон-Тики
Джозеф Конрад - Юность
Валентин Пикуль - Крейсера
Даниэль Дефо - Робинзон Крузо
Василий Аксенов - Остров Крым
Джим Корбетт - Кумаонские людоеды
Михаил Лермонтов - Мцыри
Джой Адамсон - Рожденная свободной
Алан Маршалл - Я умею пригать через лужи
Сэйте Мацумото - Земля-пустыня
Покровский - Охотники на мамонтов
Борис Полевой - Повесть о настоящем человеке
Редьярд Киплинг - Маугли
Вадим Кожевников - Щит и меч
Константин Паустовский - Мещерская сторона
Джек Лондон - Мексиканец
Владимир Богомолов - Момент истины
Станислав Лем - Непобедимый
Николай Носов - Приключения Незнайки и его друзей
Николай Носов - Незнайка в Солнечном городе
Николай Носов - Незнайка на Луне
Роберт Льюис Стивенсон - Остров сокровищ
Иван Гончаров - Обломов
Александр Пушкин - Евгений Онегин
Александра Маринина - Не мешайте палачу
Владимир Обручев - Плутония
Дмитрий Медведев - Это было под Ровно
Александр Покровский - Расстрелять
Михаил Пришвин - Лесной хозяин
Эрих-Мария Ремарк - На Западном фронте без перемен
Ганс-Ульрих Рудель - Пилот "Штуки"
Степан Злобин - Степан Разин
Вильям Шекспир - Ромео и Джульетта
Григорий Белых и Леонид Пантелеев - Республика ШКИД
Михаил Шолохов - Они стражились за Родину
Ярослав Гашек - Приключения бравого солдата Швейка
Леонид Соболев - Капитальный ремонт
Александр Солженицын - Один день Ивана Денисовича
Марк Твен - Приключения Тома Сойера
Рафаэлло Джованьоли - Спартак
Эдмонд Гамильтон - Звездные короли
Эрнест Хемингуэй - Старик и море
Рекс Стаут - Смерть Цезаря
Лев Толстой - Анна Каренина
Иван Тургенев - Первая любовь
Татьяна Устинова - Хроника гнусных времен
Михаил Веллер - Легенды Невского проспекта
Борис Раевский - Только вперед
Алексей Некрасов - Приключения капитана Врунгеля
Герберт Уэллс - Война миров
Александр Козачинский - Зеленый фургон
Рони Старший - Борьба за огонь
Патрик Квентин - Ловушка для распутниц
Фридрих Ницше - Так говорил Заратустра
Э. Сетон-Томпсон - Рассказы о животных
Михаил Зощенко - Рассказы
Иван Шухов - Горькая лилия
Луис Рохелио Ногераси - И если я умру завтра...
Испанские новеллы XIX века
Герман Мелвилл - Моби-Дик или Белый кит
Владимир Санин - Семьдесят два градуса ниже нуля
Эдмонд Гамильтон - Звезда жизни

будут нас с хлебом-солью встречать? Говори спасибо, что хоть в глаза не 

плюют, и то хорошо. Вот ты, не бодрячок, объясни мне: почему немец сядет в 

какой-нибудь деревушке, и деревушка-то с чирей величиной, а выковыриваешь 

его оттуда с великим трудом, а мы иной раз города почти без боя сдаем, 

мелкой рысью уходим? Брать-то их нам же придется или дядя за нас возьмет? А 

происходит это потому, что воевать мы с тобой, мистер, как следует, еще не 

научились и злости настоящей в нас маловато. А вот когда научимся да когда в 

бой будем идти так, чтобы от ярости пена на губах кипела, - тогда и 

повернется немец задом на восток, понятно? Я, например, уже дошел до такого 

градуса злости, что плюнь на меня - шипеть слюна будет, потому и бодрый я, 

потому и хвост держу трубой, что злой ужасно! А ты и хвост поджал и слезой 

облился: "Ах, полк наш разбили! Ах, армию разбили! Ах, прорвались немцы!" 

Прах его возьми, этого проклятого немца! Прорваться он прорвался, но кто его 

отсюда выводить будет, когда мы соберемся с силами и ударим? Если уж сейчас 

отступаем и бьем, - то при наступлении вдесятеро больнее бить будем! Худо 

ли, хорошо ли, но мы отступаем, а им и отступать не придется: не на чем 

будет! Как только повернутся задом на восток, - ноги сучьим детям 

повыдергиваем из того места, откуда они растут, чтобы больше по нашей земле 

не ходили. Я так думаю, а тебе вот что скажу: при мне ты, пожалуйста, не 

плачь, все равно слез твоих утирать не буду, у меня руки за войну стали 

жесткие, - не ровен час, еще поцарапаю тебя... 

- Я в утешениях не нуждаюсь, дурень, ты красноречия не трать 

понапрасну, а лучше скажи, когда же, по-твоему, мы научимся воевать? Когда в 

Сибири будем? - сказал Николай. 

- В Си-би-ри? - протяжно переспросил Лопахин, часто моргая светлыми 

глазами. - Нет, дорогой мистер, в эту школу далеко нам ходить учиться. Вот 

тут научимся, вот в этих самых степях, понятно? А Сибирь давай временно 

вычеркнем из географии. Вчера мне Сашка - мой второй номер - говорит: 

"Дойдем до Урала, а там в горах мы с немцем скоро управимся". А я ему 

говорю: "Если ты, земляная жаба, еще раз мне про Урал скажешь, - 

бронебойного патрона не пожалею, сыму сейчас свой мушкет и прямой наводкой 

глупую твою башню так и собью с плеч!" Он назад говорит, пошутил. Отвечаю 

ему, что и я, мол, пошутил, разве по таким дуракам бронебойными патронами 

стреляют, да еще из хорошего противотанкового ружья? Ну, на том приятный 

разговор и покончили. 

Лопахин ползком передвинулся поближе к воде и долго тер влажным 

зернистым песком огрубелые подошвы ног, потом повернулся лицом к Николаю. 

- Вспомнились мне, Коля, слова покойного политрука Рузаева; эти слова 

будто бы один известный генерал сказал: "Если бы каждый красноармеец убил 

одного немца, - война давно бы кончилась". Значит, мало мы их, гадов, бьем, 

так, что ли? 

Николаю наскучил разговор, и он желчно ответил: 

- Арифметика довольно примитивная... Если бы каждый наш генерал выиграл 

по одному сражению, - война закончилась бы, пожалуй, еще скорее. 

Лопахин перестал тереть ноги и раскатисто засмеялся: 

- Как же генералы без нас могут сражения выигрывать, чудак? А потом 

попробуй выиграть сражение с такими бойцами, как мой Сашка. Он еще до Дона 

не дошел, а на Урал уже оглядывается... Есть, конечно, и генералы, похожие 

на Сашку. Какого-нибудь беднягу немцы как начали клевать от самой границы, 

так до сих пор и клюют. Ну, он и уморился, духом упал и уже думает не о том, 

как бы немца побить, а о том, как бы его самого еще лишний раз не побили. Но 

таких мало, и не они будут погоду делать. А у нас повелось так: чуть где 

неустойка на фронте вышла, - шепотом генералов ругают: и такие они, и сякие, 

и воевать-то не умеют, и все лихо через них идет. А если разобраться по 

справедливости, то не всегда они виноваты, да и ругать бы их надо помягче, 

потому что генералы - самые несчастные люди на войне. Ну, что ты уставился 

на меня, как баран на новые ворота? Именно так и есть, как я говорю. Раньше, 

бывало, по глупости, я сам завидовал генеральскому званию. "Эх, думаю, до 

чего же чистая жизнь! Ходит нарядный, фазан фазаном, окопов ему не рыть, на 

животе по грязи не ползать..." А потом, когда поразмыслил, сразу 

разочаровался. 

Был я тогда еще стрелком, а не бронебойщиком, и вот как-то подымают 

роту в атаку. Что-то замешкался я: по совести говоря, огонь был очень 

сильный, и не хотелось от земли отрываться, а командир взвода подбегает, 

наганом грозит и орет: "Вставай!" - и матом меня, понятно? Сходили мы в 

атаку, после этого я и думаю: "Ну, хорошо, я рядовой и получил за свою 

неисправность один матюжок; я отвечаю только за одного себя, а командир 

дивизии отвечает за тысячи людей; в случае неисправности с его стороны, 

сколько же он получает матюков? А командующий армией?" Начал подсчитывать, и 

даже страшно мне стало от этой арифметики. Нет, думаю, извиняюсь! 

Предпочитаю быть рядовым. 

Представь себе, Николай, такую картину. Ночи напролет просиживает 

генерал со своим начальником штаба, готовит наступление, не ест, не спит, 

все об одном думает; под глазами у него мешки от тяжелых размышлений, голова 

раскалывается от разных предположений; все ему надо предусмотреть, все 

предугадать... И вот двигает он полки в наступление, а наступление-то и 

проваливается с треском. Почему? Да мало ли почему! Он, допустим, понадеялся 

на Петьку Лопахина, как на родного отца, а Петька сдрейфил и побежал, а за 

ним и Колька Стрельцов, а за Стрельцовым и другие такие же хлюсты. Вот тебе 

и кончен бал! Те, которые оказались убитыми, те, конечно, к генералу 

претензий не имеют, а те, которые благополучно отдышались после бегства, 


Страница 7 из 57:  Назад   1   2   3   4   5   6  [7]  8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52   53   54   55   56   57   Вперед 
  

Предупреждение читателям    Авторам Полезные ссылки Написать админу
Электронная библиотека "100 лучших книг" - это субъективная подборка бесплатных произведений, собранная по принципу "один писатель - одна книга"