Лучшие книги - 100 лучших книг

100 лучших
книг
Главная Редкие книги из
100 лучших книг

Оглавление
Александр Дюма - Три мушкетёра
Джером К. Джером - Трое в лодке, не считая собаки
Агата Кристи - Десять негритят
Илья Ильф и Евгений Петров - Двенадцать стульев. Золотой теленок
Кир Булычев - 100 лет тому вперед
Жюль Верн - 20 тысяч лье под водой
Александр Грин - Алые паруса
Вальтер Скотт - Айвенго
Рождер Желязны - Хроники Амбера
Артур Конан Дойл - Собака Баскервилей
Василий Ян - Батый
Александр Беляев - Человек-амфибия
Майн Рид - Всадник без головы
Виталий Бианки - Лесные были и небылицы
Николай Гоголь - Тарас Бульба
Михаил Булгаков - Собачье сердце
Дмитрий Фурманов - Чапаев
Вячеслав Миронов - Я был на этой войне
Джеральд Даррелл - Моя семья и другие животные
Федор Достоевский - Преступление и наказание
Иван Ефремов - На краю Ойкумены
Антуан де Сент-Экзюпери - Планета людей
Братья Вайнеры - Эра милосердия
Леонид Филатов - Про Федота-стрельца
Дик Френсис - Спорт королев
Луис Ламур - Ганфайтер
Артур Хейли - Колеса
Константин Щемелинин - Я
Лев Яшин - Записки вратаря
Астрид Линдгрен - Малыш и Карлсон
Лев Кассиль - Кондуит и Швамбрания
Джеймс Оливер Кервуд - Казан
Тур Хейердал - Путешествие на Кон-Тики
Джозеф Конрад - Юность
Валентин Пикуль - Крейсера
Даниэль Дефо - Робинзон Крузо
Василий Аксенов - Остров Крым
Джим Корбетт - Кумаонские людоеды
Михаил Лермонтов - Мцыри
Джой Адамсон - Рожденная свободной
Алан Маршалл - Я умею пригать через лужи
Сэйте Мацумото - Земля-пустыня
Покровский - Охотники на мамонтов
Борис Полевой - Повесть о настоящем человеке
Редьярд Киплинг - Маугли
Вадим Кожевников - Щит и меч
Константин Паустовский - Мещерская сторона
Джек Лондон - Мексиканец
Владимир Богомолов - Момент истины
Станислав Лем - Непобедимый
Николай Носов - Приключения Незнайки и его друзей
Николай Носов - Незнайка в Солнечном городе
Николай Носов - Незнайка на Луне
Роберт Льюис Стивенсон - Остров сокровищ
Иван Гончаров - Обломов
Александр Пушкин - Евгений Онегин
Александра Маринина - Не мешайте палачу
Владимир Обручев - Плутония
Дмитрий Медведев - Это было под Ровно
Александр Покровский - Расстрелять
Михаил Пришвин - Лесной хозяин
Эрих-Мария Ремарк - На Западном фронте без перемен
Ганс-Ульрих Рудель - Пилот "Штуки"
Степан Злобин - Степан Разин
Вильям Шекспир - Ромео и Джульетта
Григорий Белых и Леонид Пантелеев - Республика ШКИД
Михаил Шолохов - Они стражились за Родину
Ярослав Гашек - Приключения бравого солдата Швейка
Леонид Соболев - Капитальный ремонт
Александр Солженицын - Один день Ивана Денисовича
Марк Твен - Приключения Тома Сойера
Рафаэлло Джованьоли - Спартак
Эдмонд Гамильтон - Звездные короли
Эрнест Хемингуэй - Старик и море
Рекс Стаут - Смерть Цезаря
Лев Толстой - Анна Каренина
Иван Тургенев - Первая любовь
Татьяна Устинова - Хроника гнусных времен
Михаил Веллер - Легенды Невского проспекта
Борис Раевский - Только вперед
Алексей Некрасов - Приключения капитана Врунгеля
Герберт Уэллс - Война миров
Александр Козачинский - Зеленый фургон
Рони Старший - Борьба за огонь
Патрик Квентин - Ловушка для распутниц
Фридрих Ницше - Так говорил Заратустра
Э. Сетон-Томпсон - Рассказы о животных
Михаил Зощенко - Рассказы
Иван Шухов - Горькая лилия
Луис Рохелио Ногераси - И если я умру завтра...
Испанские новеллы XIX века
Герман Мелвилл - Моби-Дик или Белый кит
Владимир Санин - Семьдесят два градуса ниже нуля
Эдмонд Гамильтон - Звезда жизни

обиду тебе будь сказано, с ветерком в голове. Понятно, что при мне у тебя 

дела пошли бы лучше. 

Лопахин огорченно покачал головой, с упреком сказал: 

- Вот какой ты, Звягинцев, нехороший человек! Все слова мои повернул в 

свою пользу... 

- Как, то есть, я их повернул? - настороженно спросил Звягинцев. 

- Повернул к своей выгоде, - вот и все. Неудобно так делать! 

- Постой-ка, ты же сам говорил, что при умном начальнике штаба у 

командира дела идут лучше, говорил ты так или нет? 

С лицемерным смирением Лопахин ответил: 

- Говорил, говорил, я от своих слов не отказываюсь. Это факт, что дела 

идут лучше, когда у глуповатого командира умный начальник штаба, но у нас-то 

с тобой будет как раз наоборот: из меня выйдет толковый командир, а ты, хоть 

и без князька в голове, все же будешь у меня начальником штаба. Теперь тебе, 

конечно, безумно интересно знать, почему я именно тебя, такого дурака, и 

вдруг назначу начальником штаба? Сейчас все объясню, не волнуйся. Во-первых, 

назначу я тебя только тогда, когда в полку из рядового состава останется в 

целости только один повар, на веки вечные проклятый богом Петька Лисиченко. 

Его я переведу в стрелки, им буду командовать, а ты будешь разрабатывать 

всякие мои стратегические замыслы, попутно кашку будешь варить и тянуться 

передо мной будешь, как сукин сын. Во-вторых, если, кроме Петьки Лисиченко, 

в составе полка останется еще хоть несколько бойцов, - то не видать тебе 

должности начштаба, как своих ушей! Тогда самое большее, на что ты можешь 

рассчитывать, - это должность адъютанта при моей высокой особе. Будешь у 

меня по совместительству адъютантом и ординарцем. Сапоги будешь мне чистить, 

за обедом и за водкой на кухню бегать, ну и все такое прочее по хозяйству... 

Разочарованно слушавший Звягинцев ожесточенно сплюнул и промолчал. 

Шагавший рядом с Лопахиным красноармеец тихо засмеялся, и тогда Звягинцев, 

как видно выведенный из терпения, сказал: 

- Балалайка ты, Лопахин! Пустой человек. Не дай бог под твоим 

командованием служить. От такой службы я бы на другой же день удавился. Ведь 

ты за день набрешешь столько, что и в неделю не разберешь. 

- А ну, поаккуратней выражайся, а не то и в ординарцы не возьму. 

- Горе у тебя когда-нибудь было, Лопахин? - помолчав, спросил 

Звягинцев. 

Лопахин протяжно зевнул, сказал: 

- Оно у меня и сейчас есть, а что? 

- Что-то не видно по тебе. 

- А я свое горе на выставку не выставляю. 

- А какое же у тебя, к примеру, горе? 

- Обыкновенное по нынешним временам: Белоруссию у меня немцы временно 

оттяпали, Украину, Донбасс, а теперь и город мой небось заняли, а там у меня 

жена, отец-старик, шахта, на какой я с детства работал... Товарищей многих 

за войну я потерял навсегда... Понятно тебе? 

- Вот видишь, какой ты человек! - воскликнул Звягинцев. - Этакое у тебя 

горе, а ты все шутки шутишь. И после этого можно считать тебя серьезным 

человеком? Нет, пустой ты человек, одна внешность в тебе, а больше ничего 

нету. Удивляюсь я: как это тебя бронебойщиком поставили? Бронебойщик - это 

дело серьезное, не по твоему характеру, а характер у тебя веселый, ветреный, 

и, скажем, в духовом оркестре на какой-нибудь трубе играть, в медные тарелки 

бить или в барабан деревянной колотушкой стукать было бы для тебя самое 

подходящее дело. 

- Звягинцев, опомнись! Скажи, что эти глупости ты спросонок наговорил, 

иначе влетит тебе от меня, - с притворным гневом прорычал Лопахин. 

Но Звягинцев уже окончательно поборол одолевавший его сон и продолжал 

говорить с увлечением, иногда поворачиваясь лицом к Лопахину, заглядывая в 

его сонные, но смеющиеся глаза. 

- А находишься ты не на своем месте, Петя, потому, что некоторые 

военные начальники по характеру вроде тебя: со сквозняком в голове. К 

примеру, почему меня сунули в пехоту, если я комбайнер по специальности и 

невыносимо люблю и уважаю всякие моторы? Вся статья мне бы в танкистах быть, 

а я в пехоте землю, как крот, ковыряю. Или же взять тебя: тебе бы только на 

барабане бить, людей музыкой веселить, а ты, изволь радоваться, бронебойщик, 

да еще первым номером заправляешь. А то и еще лучше истории бывают. Наша 

часть, в какую я сначала попал, формировалась на Волге в одном городке, там 

же стоял казачий кавалерийский запасный полк. И вот прибыло пополнение с 

Дона и из Ставропольской бывшей губернии. Казаков и ставропольцев определили 

к нам в пехоту: в саперы пошли казаки, в телефонисты, черт те куда только их 

не совали, а ремесленники из Ростова прибыли мобилизованные - их воткнули в 

кавалерию, штаны на них надели казачьи с красными лампасами, синие мундиры и 

так далее. И вот казаки топорами тюкают, мосты учатся ладить да вздыхают, на 

лошадей глядя, а ростовские - все они мастеровые люди до войны были: то 

столяры, то маляры, то разные и подобные тому переплетчики - возле лошадей 

вертятся, боятся к ним приступать, потому что лошадей в мирное время они, 

может, только во сне и видели. А лошадей в полк прислали с Сальских 

калмыцких степей - трехлеток, неуков, совсем, то есть, необъезженных. 

Понимаешь, что там было? И смех и слезы! Бедные столяры-маляры начнут 

седлать иную необъезженную лошадь, соберутся вокруг нее несколько человек, а 

она, проклятая, визжит, бьет передом и задом, кусается, а то упадет наземь и 

катается по ней, как Некоторые непутевые женщины, которые в обмороки 

падают... Это что, порядок? Один раз я возле железнодорожного склада на 

посту стоял и видел, как маршевый эскадрон на фронт отправляли. Командир 

эскадрона командует седловку, а из полтораста бойцов человек сорок вот таких 

ростовских маляров да столяров по-настоящему седла накинуть лошади на спину 

не умеют, ей-богу, не брешу! Эскадронный схватился за голову руками и 

ругается так, что муха не пролетит, а чем эти столяры-маляры виноватые? Вот, 


Страница 16 из 57:  Назад   1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15  [16]  17   18   19   20   21   22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52   53   54   55   56   57   Вперед 
  

Предупреждение читателям    Авторам Полезные ссылки Написать админу
Электронная библиотека "100 лучших книг" - это субъективная подборка бесплатных произведений, собранная по принципу "один писатель - одна книга"