Лучшие книги - 100 лучших книг

100 лучших
книг
Главная Редкие книги из
100 лучших книг

Оглавление
Александр Дюма - Три мушкетёра
Джером К. Джером - Трое в лодке, не считая собаки
Агата Кристи - Десять негритят
Илья Ильф и Евгений Петров - Двенадцать стульев. Золотой теленок
Кир Булычев - 100 лет тому вперед
Жюль Верн - 20 тысяч лье под водой
Александр Грин - Алые паруса
Вальтер Скотт - Айвенго
Рождер Желязны - Хроники Амбера
Артур Конан Дойл - Собака Баскервилей
Василий Ян - Батый
Александр Беляев - Человек-амфибия
Майн Рид - Всадник без головы
Виталий Бианки - Лесные были и небылицы
Николай Гоголь - Тарас Бульба
Михаил Булгаков - Собачье сердце
Дмитрий Фурманов - Чапаев
Вячеслав Миронов - Я был на этой войне
Джеральд Даррелл - Моя семья и другие животные
Федор Достоевский - Преступление и наказание
Иван Ефремов - На краю Ойкумены
Антуан де Сент-Экзюпери - Планета людей
Братья Вайнеры - Эра милосердия
Леонид Филатов - Про Федота-стрельца
Дик Френсис - Спорт королев
Луис Ламур - Ганфайтер
Артур Хейли - Колеса
Константин Щемелинин - Я
Лев Яшин - Записки вратаря
Астрид Линдгрен - Малыш и Карлсон
Лев Кассиль - Кондуит и Швамбрания
Джеймс Оливер Кервуд - Казан
Тур Хейердал - Путешествие на Кон-Тики
Джозеф Конрад - Юность
Валентин Пикуль - Крейсера
Даниэль Дефо - Робинзон Крузо
Василий Аксенов - Остров Крым
Джим Корбетт - Кумаонские людоеды
Михаил Лермонтов - Мцыри
Джой Адамсон - Рожденная свободной
Алан Маршалл - Я умею пригать через лужи
Сэйте Мацумото - Земля-пустыня
Покровский - Охотники на мамонтов
Борис Полевой - Повесть о настоящем человеке
Редьярд Киплинг - Маугли
Вадим Кожевников - Щит и меч
Константин Паустовский - Мещерская сторона
Джек Лондон - Мексиканец
Владимир Богомолов - Момент истины
Станислав Лем - Непобедимый
Николай Носов - Приключения Незнайки и его друзей
Николай Носов - Незнайка в Солнечном городе
Николай Носов - Незнайка на Луне
Роберт Льюис Стивенсон - Остров сокровищ
Иван Гончаров - Обломов
Александр Пушкин - Евгений Онегин
Александра Маринина - Не мешайте палачу
Владимир Обручев - Плутония
Дмитрий Медведев - Это было под Ровно
Александр Покровский - Расстрелять
Михаил Пришвин - Лесной хозяин
Эрих-Мария Ремарк - На Западном фронте без перемен
Ганс-Ульрих Рудель - Пилот "Штуки"
Степан Злобин - Степан Разин
Вильям Шекспир - Ромео и Джульетта
Григорий Белых и Леонид Пантелеев - Республика ШКИД
Михаил Шолохов - Они стражились за Родину
Ярослав Гашек - Приключения бравого солдата Швейка
Леонид Соболев - Капитальный ремонт
Александр Солженицын - Один день Ивана Денисовича
Марк Твен - Приключения Тома Сойера
Рафаэлло Джованьоли - Спартак
Эдмонд Гамильтон - Звездные короли
Эрнест Хемингуэй - Старик и море
Рекс Стаут - Смерть Цезаря
Лев Толстой - Анна Каренина
Иван Тургенев - Первая любовь
Татьяна Устинова - Хроника гнусных времен
Михаил Веллер - Легенды Невского проспекта
Борис Раевский - Только вперед
Алексей Некрасов - Приключения капитана Врунгеля
Герберт Уэллс - Война миров
Александр Козачинский - Зеленый фургон
Рони Старший - Борьба за огонь
Патрик Квентин - Ловушка для распутниц
Фридрих Ницше - Так говорил Заратустра
Э. Сетон-Томпсон - Рассказы о животных
Михаил Зощенко - Рассказы
Иван Шухов - Горькая лилия
Луис Рохелио Ногераси - И если я умру завтра...
Испанские новеллы XIX века
Герман Мелвилл - Моби-Дик или Белый кит
Владимир Санин - Семьдесят два градуса ниже нуля
Эдмонд Гамильтон - Звезда жизни

В следующее воскресенье на лестницу он уже не пошел, до вечера сидел в 

классе и читал взятую из библиотеки книгу - рассказы Леонида Андреева. 

Вечером, перед ужином, когда уже возвращались отпускники, в класс 

заглянул дежурный: 

- Пантелеев, к тебе! 

Пантелеев вскочил, покраснел, уронил книгу и, не сдерживая волнения, 

выбежал из класса. 

В полутемной прихожей, у дверей кухни, стояла печальная заплаканная 

дамочка в какой-то траурной шляпке и с нею курносенькая девочка лет десяти - 

одиннадцати. Дежурный, стоявший с ключами у входных дверей, видел, как 

новенький, оглядываясь и смущаясь, по-целовался с матерью и сестрой и сразу 

же потащил их в Белый зал. Там он увлек их в самый дальний угол и усадил на 

скамью. И тут шкидцы, к удивлению своему, обнаружили, что новенький умеет не 

только говорить, но и смеяться. Два или три раза, слушая мать, он громко и 

отрывисто захохотал. Но, когда мать и сестра ушли, он снова превратился в 

угрюмого и нелюдимого парня. Вернувшись в класс, он сел за парту и опять 

углубился в книгу. 

Минуты через две к его парте подошел Воробей, сидевший в пятом разряде и 

не ходивший поэтому в отпуск. 

- Пожрать не найдется, а? - спросил он, с заискивающей улыбкой заглядывая 

новенькому в лицо. 

Пантелеев вынул из парты кусок серого пирога с капустой, отломил половину 

и протянул Воробью. При этом он ничего не сказал и даже не ответил на 

улыбку. Это было обидно, и Воробей, приняв подношение, не почувствовал 

никакой благодарности. 

 

* * * 

Быть может, новенький так и остался бы незаметной личностью, если бы не 

одно событие, которое взбудоражило и восстановило против него всю школу. 

Почти одновременно с Пантелеевым в Шкиде появилась еще одна особа. Эта 

особа не числилась в списке воспитанников, не принадлежала она и к сословию 

халдеев. Это была дряхлая старуха, мать Викниксора, приехавшая к нему, 

неизвестно откуда и поселившаяся в его директорской квартире. Старуха эта 

была почти совсем слепа. Наверно, именно поэтому шкидцы, которые каждый в 

отдельности могли быть и добрыми, и чуткими, и отзывчивыми, а в массе, как 

это всегда бывает с ребятами, были безжалостны и жестоки, прозвали старуху 

Совой. Сова была существо безобидное. Она редко появлялась за дверью 

викниксоровской квартиры. Только два-три раза в день шкидцы видели, как, 

хватаясь свободной рукой за стену и за косяки дверей, пробирается она с 

какой-нибудь кастрюлькой или сковородкой на кухню или из кухни. Если в это 

время поблизости не было Викниксора и других халдеев, какой-нибудь шпингалет 

из первого отделения, перебегая старухе дорогу, кричал почти над самым ее 

ухом: 

- Сова ползет!.. Дю! Сова!.. 

Но старуха была еще, по-видимому, и глуховата. Не обращая внимания на эти 

дикие выкрики, с кроткой улыб-коп на сером морщинистом лице, она продолжала 

свое нелегкое путешествие. 

И вот однажды по Шкиде пронесся слух, что Сова жарит на кухне какие-то 

необыкновенные лепешки. Было это в конце недели, когда все домашние запасы у 

ребят истощались и аппетит становился зверским. Особенно разыгрался аппетит 

у щуплого Японца, который не имел родственников в Петрограде и жил на одном 

казенном пайке и на доброхотных даяниях товарищей. 

Пока Сова с помощью кухарки Марты священнодействовала у плиты, шкидцы 

толпились у дверей кухни и глотали слюни. 

- Вот так смак! - раздавались голодные завистливые голоса. 

- Ну и лепешечки! 

- Шик-маре! 

- Ай да Витя! Вкусно питается... 

А Японец совсем разошелся. Он забегал на кухню, жадно втягивал ноздрями 

вкусный запах жареного сдобного теста и, потирая руки, выбегал обратно в 

коридор. 

- Братцы! Не могу! Умру! - заливался он. - На маслице! На сливочном! На 

натуральненьком!.. 

Потом снова бежал на кухню, становился за спиной Совы на одно колено, 

воздымал к небу руки и кричал: 

- Викниксор! Лукулл! Завидую тебе! Умру! Полжизни за лепешку. 

Ребята смеялись. Японец земно кланялся старухе, которая ничего этого не 

видела, и продолжал паясничать. 

- Августейшая мать! - кричал он. - Порфироносная вдова! Преклоняюсь... 

В конце концов Марта выгнала его. 

Но Японец уже взвинтил себя и не мог больше сдерживаться. Когда через 

десять минут Сова появилась в коридоре с блюдом дымящихся лепешек в руках, 

он первый бесшумно подскочил к ней и так же бесшумно двумя пальцами сдернул 

с блюда горячую лепешку. Для шкидцев это было сигналом к действию. Следом за 

Японцем к блюду метнулись Янкель, Цыган, Воробей, а за ними и другие. На 

всем пути следования старухи - и в коридоре, и на лестнице, и в Белом зале - 

длинной цепочкой выстроились серые бесшумные тени. Придерживаясь левой рукой 

за гладкую алебастровую стену, старуха медленно шла по паркету Белого зала, 

и с каждым ее шагом груда аппетитных лепешек на голубом фаянсовом блюде 

таяла. Когда Сова открывала дверь в квартиру, на голубом блюде не оставалось 

ничего, кроме жирных пятен. 

А шкидцы уже разбежались по классам. 

В четвертом отделении стоял несмолкаемый гогот. Запихивая в рот пятую или 

шестую лепешку и облизывая жирные пальцы, Японец на потеху товарищам 

изображал, как Сова входит с пустым блюдом в квартиру и как Викниксор, 

предвкушая удовольствие плотно позавтракать, плотоядно потирает руки. 

- Вот, кушай, пожалуйста, Витенька. Вот сколько я тебе, сыночек, напекла, 

- шамкал Японец, передразнивая старуху. И, вытягивая свою тощую шею, тараща 

глаза, изображал испуганного, ошеломленного Викниксора... 

Ребята, хватаясь за животы, давились от смеха. У всех блестели и глаза, и 

губы. Но в этом смехе слышались и тревожные нотки. Все понимали, что 

проделка не пройдет даром, что за преступлением вот-вот наступит и 

наказание. 

И тут кто-то заметил новичка, который, насупившись, стоял у дверей и без 

улыбки смотрел на происходящее. У него одного не блестели губы, он один не 


Страница 50 из 111:  Назад   1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   42   43   44   45   46   47   48   49  [50]  51   52   53   54   55   56   57   58   59   60   61   62   63   64   65   66   67   68   69   70   71   72   73   74   75   76   77   78   79   80   81   82   83   84   85   86   87   88   89   90   91   92   93   94   95   96   97   98   99   100   101   102   103   104   105   106   107   108   109   110   111   Вперед 
  

Предупреждение читателям    Авторам Полезные ссылки Написать админу
Электронная библиотека "100 лучших книг" - это субъективная подборка бесплатных произведений, собранная по принципу "один писатель - одна книга"