Лучшие книги - 100 лучших книг

100 лучших
книг
Главная Редкие книги из
100 лучших книг

Оглавление
Александр Дюма - Три мушкетёра
Джером К. Джером - Трое в лодке, не считая собаки
Агата Кристи - Десять негритят
Илья Ильф и Евгений Петров - Двенадцать стульев. Золотой теленок
Кир Булычев - 100 лет тому вперед
Жюль Верн - 20 тысяч лье под водой
Александр Грин - Алые паруса
Вальтер Скотт - Айвенго
Рождер Желязны - Хроники Амбера
Артур Конан Дойл - Собака Баскервилей
Василий Ян - Батый
Александр Беляев - Человек-амфибия
Майн Рид - Всадник без головы
Виталий Бианки - Лесные были и небылицы
Николай Гоголь - Тарас Бульба
Михаил Булгаков - Собачье сердце
Дмитрий Фурманов - Чапаев
Вячеслав Миронов - Я был на этой войне
Джеральд Даррелл - Моя семья и другие животные
Федор Достоевский - Преступление и наказание
Иван Ефремов - На краю Ойкумены
Антуан де Сент-Экзюпери - Планета людей
Братья Вайнеры - Эра милосердия
Леонид Филатов - Про Федота-стрельца
Дик Френсис - Спорт королев
Луис Ламур - Ганфайтер
Артур Хейли - Колеса
Константин Щемелинин - Я
Лев Яшин - Записки вратаря
Астрид Линдгрен - Малыш и Карлсон
Лев Кассиль - Кондуит и Швамбрания
Джеймс Оливер Кервуд - Казан
Тур Хейердал - Путешествие на Кон-Тики
Джозеф Конрад - Юность
Валентин Пикуль - Крейсера
Даниэль Дефо - Робинзон Крузо
Василий Аксенов - Остров Крым
Джим Корбетт - Кумаонские людоеды
Михаил Лермонтов - Мцыри
Джой Адамсон - Рожденная свободной
Алан Маршалл - Я умею пригать через лужи
Сэйте Мацумото - Земля-пустыня
Покровский - Охотники на мамонтов
Борис Полевой - Повесть о настоящем человеке
Редьярд Киплинг - Маугли
Вадим Кожевников - Щит и меч
Константин Паустовский - Мещерская сторона
Джек Лондон - Мексиканец
Владимир Богомолов - Момент истины
Станислав Лем - Непобедимый
Николай Носов - Приключения Незнайки и его друзей
Николай Носов - Незнайка в Солнечном городе
Николай Носов - Незнайка на Луне
Роберт Льюис Стивенсон - Остров сокровищ
Иван Гончаров - Обломов
Александр Пушкин - Евгений Онегин
Александра Маринина - Не мешайте палачу
Владимир Обручев - Плутония
Дмитрий Медведев - Это было под Ровно
Александр Покровский - Расстрелять
Михаил Пришвин - Лесной хозяин
Эрих-Мария Ремарк - На Западном фронте без перемен
Ганс-Ульрих Рудель - Пилот "Штуки"
Степан Злобин - Степан Разин
Вильям Шекспир - Ромео и Джульетта
Григорий Белых и Леонид Пантелеев - Республика ШКИД
Михаил Шолохов - Они стражились за Родину
Ярослав Гашек - Приключения бравого солдата Швейка
Леонид Соболев - Капитальный ремонт
Александр Солженицын - Один день Ивана Денисовича
Марк Твен - Приключения Тома Сойера
Рафаэлло Джованьоли - Спартак
Эдмонд Гамильтон - Звездные короли
Эрнест Хемингуэй - Старик и море
Рекс Стаут - Смерть Цезаря
Лев Толстой - Анна Каренина
Иван Тургенев - Первая любовь
Татьяна Устинова - Хроника гнусных времен
Михаил Веллер - Легенды Невского проспекта
Борис Раевский - Только вперед
Алексей Некрасов - Приключения капитана Врунгеля
Герберт Уэллс - Война миров
Александр Козачинский - Зеленый фургон
Рони Старший - Борьба за огонь
Патрик Квентин - Ловушка для распутниц
Фридрих Ницше - Так говорил Заратустра
Э. Сетон-Томпсон - Рассказы о животных
Михаил Зощенко - Рассказы
Иван Шухов - Горькая лилия
Луис Рохелио Ногераси - И если я умру завтра...
Испанские новеллы XIX века
Герман Мелвилл - Моби-Дик или Белый кит
Владимир Санин - Семьдесят два градуса ниже нуля
Эдмонд Гамильтон - Звезда жизни

"Конечно", он первый раз ее увидел, так уж случилось, что она стояла одиноко 

на краю аэродрома и не хотела попасть к русским. Но его товарищи знают 

лучше. 

Поскольку я летел первым, мой самолет лежит на дороге в самом конце 

взлетной полосы, какой-то солдат уже стоит у пилотской кабины с направленным 

на меня револьвером. Я открываю кабину и он тут же протягивает руку чтобы 

схватить мой Рыцарский Крест с золотыми Дубовыми листьями. Я отталкиваю его 

в сторону и снова закрываю кабину. Возможно, эта встреча закончилась бы для 

меня плохо, если бы рядом не затормозил джип с несколькими офицерами, 

которые устроили этому приятелю головомойку и отослали его заниматься своим 

делом. Они подошли ближе и увидели, что мои бинты на правой ноге все вымокли 

в крови, это результат воздушного боя над Саацем. Первым делом они отвели 

меня на перевязочный пункт где мне сменили повязку. Ниерман не позволяет мне 

скрыться из виду и следует за мной как тень. Затем меня ведут в большую 

отгороженную комнату в зале наверху, превращенную в разновидность офицерской 

столовой. 

Здесь я встречаюсь с остальными моими товарищами, которых доставили 

прямо сюда, они становятся по стойке смирно и приветствуют меня салютом, 

предписанным фюрером. В дальнем конце комнаты стоит небольшая группа 

американских офицеров, этот спонтанный салют им не нравится и они бормочут 

что-то друг другу. Они, по всей очевидности, принадлежат смешанной 

истребительной части, которая расквартирована здесь со своими 

"Тандерболтами" и "Мустангами". Ко мне подходит переводчик и спрашивает, 

говорю ли я по-английски. Он говорит мне, что их командир возражает против 

отдачи такого салюта. 

"Даже если бы я мог говорить по-английски", - отвечаю я, здесь 

Германия, и мы говорим только по-немецки. Что касается салюта, нам приказали 

отдавать его именно таким образом, и, являясь солдатами, мы выполняем наши 

приказы. Скажите своему командиру, что мы - летчики полка "Иммельман" и 

поскольку война закончена и никто не победил нас в воздухе, мы не считаем 

себя пленниками. Германский солдат", указал я ему, "не был разбит в бою на 

равных, а просто был сокрушен ошеломляющими массами боевой техники. Мы 

приземлились здесь, потому что не хотели оставаться в советской зоне. Мы 

предпочли бы не обсуждать больше это, а умыться, привести себя в порядок и 

что-то поесть". 

Некоторые офицеры продолжали хмуриться, но мы так усердно обливались 

водой, что на полу в столовой образовалась целая лужа. Мы устраиваемся здесь 

как дома, почему бы нам не помыться? Кроме всего прочего, мы же в Германии. 

Мы разговариваем без всякого стеснения. Затем мы едим, приходит переводчик и 

спрашивает нас от имени командира этой части, не могли бы мы поговорить с 

ним и его офицерами, когда закончим с едой. Это приглашение интересует нас 

как летчиков и мы соглашаемся, особенно когда на все упоминания о том, 

"почему и где война была выиграна и проиграна" накладывается запрет. Извне 

доносятся звуки выстрелов и шум, цветные солдаты празднуют победу, 

набравшись спиртного. Я не хотел бы спускаться вниз на первый этаж, пули, 

выпущенные по случаю праздника, свистят то там, то здесь. Мы ложимся спать 

очень поздно. 

Почти все, кроме того, что было у нас на себе, ночью украдено. Самая 

ценная вещь, которую я теряю, это мой полетный журнал, в котором описаны 

детали каждого боевого вылета, с первого и до двух тысяча пятьсот 

тридцатого. Пропала также копия "Бриллиантов", удостоверение о награждении 

бриллиантовым значком пилота, венгерская награда и много всего прочего, не 

считая часов и других вещей. Даже мой сделанный на заказ протез обнаружен 

Ниерманом под кроватью какого-то малого, возможно он хотел вырезать из него 

сувенир и продать его позднее как "кусок высокопоставленного джерри". 

Рано утром я получил сообщение, что должен явиться в штаб 9-й 

американской воздушной армии в Эрлангене. Я отказывался это сделать до тех 

пор, пока мои скорбные пожитки не будут мне возвращены. После долгих 

уговоров, когда мне сказали, что дело очень срочное и я смогу получить мои 

вещи назад как только вор будет пойман, я отправился вместе с Ниерманом. В 

штабе нас в первую очередь допросили три офицера Генерального штаба. Они 

начали с того, что показали несколько фотографий, на которых, по их словам, 

были изображены жертвы злодеяний в концентрационных лагерях. Они доказывали 

нам, что поскольку мы сражались за эту мерзость, мы также делим вину за это. 

Они отказались мне поверить, когда я сказал им, что никогда в своей жизни не 

видел ни одного концлагеря. Я добавил, что если какие-то эксцессы и 

совершались, они достойны всяческого сожаления и порицания, и подлинные 

виновники должны быть наказаны. Я указал им, что такие жестокости 

совершались не только немцами, но и всеми другими народами во все времена. Я 

напомнил им о бурской войне. Следовательно, эти эксцессы нужно судить по тем 

же самым критериям. Я не могу поверить, чтобы груды тел, изображенные на 

фотографиях, были сняты в концлагерях. Я сказал им, что мы видели такие 

картины, не на бумаге, а на самом деле, после воздушных атак на Дрезден, 

Гамбург, и другие города, когда четырехмоторные бомбардировщики без всякого 

разбора буквально затопили их фосфором и бомбами огромной разрушительной 

силы, и тысячи женщин и детей стали жертвами этой бойни. И я заверил этих 

джентльменов, что если они особенно интересуются жестокостями, они найдут 

обильный материал у своих восточных союзников. 

Нам больше не показывали эти фотографии. Посмотрев на нас со злобой, 

офицер, составлявший протокол допроса прокомментировал мои слова, когда я 

закончил говорить: "Типичный наци". Мне не очень понятно, зачем называть 


Страница 91 из 96:  Назад   1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52   53   54   55   56   57   58   59   60   61   62   63   64   65   66   67   68   69   70   71   72   73   74   75   76   77   78   79   80   81   82   83   84   85   86   87   88   89   90  [91]  92   93   94   95   96   Вперед 
  

Предупреждение читателям    Авторам Полезные ссылки Написать админу
Электронная библиотека "100 лучших книг" - это субъективная подборка бесплатных произведений, собранная по принципу "один писатель - одна книга"