Лучшие книги - 100 лучших книг

100 лучших
книг
Главная Редкие книги из
100 лучших книг

Оглавление
Александр Дюма - Три мушкетёра
Джером К. Джером - Трое в лодке, не считая собаки
Агата Кристи - Десять негритят
Илья Ильф и Евгений Петров - Двенадцать стульев. Золотой теленок
Кир Булычев - 100 лет тому вперед
Жюль Верн - 20 тысяч лье под водой
Александр Грин - Алые паруса
Вальтер Скотт - Айвенго
Рождер Желязны - Хроники Амбера
Артур Конан Дойл - Собака Баскервилей
Василий Ян - Батый
Александр Беляев - Человек-амфибия
Майн Рид - Всадник без головы
Виталий Бианки - Лесные были и небылицы
Николай Гоголь - Тарас Бульба
Михаил Булгаков - Собачье сердце
Дмитрий Фурманов - Чапаев
Вячеслав Миронов - Я был на этой войне
Джеральд Даррелл - Моя семья и другие животные
Федор Достоевский - Преступление и наказание
Иван Ефремов - На краю Ойкумены
Антуан де Сент-Экзюпери - Планета людей
Братья Вайнеры - Эра милосердия
Леонид Филатов - Про Федота-стрельца
Дик Френсис - Спорт королев
Луис Ламур - Ганфайтер
Артур Хейли - Колеса
Константин Щемелинин - Я
Лев Яшин - Записки вратаря
Астрид Линдгрен - Малыш и Карлсон
Лев Кассиль - Кондуит и Швамбрания
Джеймс Оливер Кервуд - Казан
Тур Хейердал - Путешествие на Кон-Тики
Джозеф Конрад - Юность
Валентин Пикуль - Крейсера
Даниэль Дефо - Робинзон Крузо
Василий Аксенов - Остров Крым
Джим Корбетт - Кумаонские людоеды
Михаил Лермонтов - Мцыри
Джой Адамсон - Рожденная свободной
Алан Маршалл - Я умею пригать через лужи
Сэйте Мацумото - Земля-пустыня
Покровский - Охотники на мамонтов
Борис Полевой - Повесть о настоящем человеке
Редьярд Киплинг - Маугли
Вадим Кожевников - Щит и меч
Константин Паустовский - Мещерская сторона
Джек Лондон - Мексиканец
Владимир Богомолов - Момент истины
Станислав Лем - Непобедимый
Николай Носов - Приключения Незнайки и его друзей
Николай Носов - Незнайка в Солнечном городе
Николай Носов - Незнайка на Луне
Роберт Льюис Стивенсон - Остров сокровищ
Иван Гончаров - Обломов
Александр Пушкин - Евгений Онегин
Александра Маринина - Не мешайте палачу
Владимир Обручев - Плутония
Дмитрий Медведев - Это было под Ровно
Александр Покровский - Расстрелять
Михаил Пришвин - Лесной хозяин
Эрих-Мария Ремарк - На Западном фронте без перемен
Ганс-Ульрих Рудель - Пилот "Штуки"
Степан Злобин - Степан Разин
Вильям Шекспир - Ромео и Джульетта
Григорий Белых и Леонид Пантелеев - Республика ШКИД
Михаил Шолохов - Они стражились за Родину
Ярослав Гашек - Приключения бравого солдата Швейка
Леонид Соболев - Капитальный ремонт
Александр Солженицын - Один день Ивана Денисовича
Марк Твен - Приключения Тома Сойера
Рафаэлло Джованьоли - Спартак
Эдмонд Гамильтон - Звездные короли
Эрнест Хемингуэй - Старик и море
Рекс Стаут - Смерть Цезаря
Лев Толстой - Анна Каренина
Иван Тургенев - Первая любовь
Татьяна Устинова - Хроника гнусных времен
Михаил Веллер - Легенды Невского проспекта
Борис Раевский - Только вперед
Алексей Некрасов - Приключения капитана Врунгеля
Герберт Уэллс - Война миров
Александр Козачинский - Зеленый фургон
Рони Старший - Борьба за огонь
Патрик Квентин - Ловушка для распутниц
Фридрих Ницше - Так говорил Заратустра
Э. Сетон-Томпсон - Рассказы о животных
Михаил Зощенко - Рассказы
Иван Шухов - Горькая лилия
Луис Рохелио Ногераси - И если я умру завтра...
Испанские новеллы XIX века
Герман Мелвилл - Моби-Дик или Белый кит
Владимир Санин - Семьдесят два градуса ниже нуля
Эдмонд Гамильтон - Звезда жизни

соперничать только с ее названием. 

Вообще-то кислота была аварийным средством. Барон должен 

был опоздать к началу экзамена: специально посланная группа 

должна была еще ночью заклеить эпоксидкой замок бароновского 

гаража, чтоб он утром не вывел из него свою машину. 

Группа заклеила, перепутав, замок соседу, Барон появился 

вовремя, и пришлось обратиться к кислоте. 

Пахло сильно и хорошо. Барон не знал, куда деваться, от 

смущения он непрестанно пил настойку пургена в лимонаде, 

говорил, что в аудитории спертый воздух, и бледнел. Вскоре он 

надолго вышел, и мы одним махом сдали экзамен. 

А еще я лежал в санчасти. Я любил лежать в санчасти: там 

можно было выспаться. Я не высыпаюсь с семнадцати лет, с тех 

самых пор, когда нежный слух мой впервые поразила команда 

"Рота, подъем!". 

В санчасти кормили теми же органическими веществами, что и 

на камбузе. Положительное зерно состояло в том, что здесь 

давали добавку. Бигус не ели даже легкораненые. 

Бигус! Это блюдо сделано врагами человеческих желудков из 

картошки, тушенной с кислой капустой, заправленной комбижиром и 

жалкими кусками желтого поросячьего сала. Боже, какая это была 

отрава! 

Поковыряв вилкой бигус, я выходил в коридор между 

палатами, припадал к стенке и звал утробно: 

- Сестра... сест-ра... сест-ра... 

- Что тебе, милый? - вылетала сестра. 

- Спасибо, сестра, - говорил я томно и шел в палату. 

Артистизм! Вот что должны преподавать будущим офицерам. 

Как же без него стоять перед строем подчиненных, ведь они 

смотрят на тебя и жаждут получить с тебя твой артистизм. Им же 

важно получить команду, им же важно, как ты ее подаешь. Им 

важно, какое у тебя при этом лицо, как ты держишь руки и в 

каком состоянии у тебя ноги; им важно, сколько души ты 

вкладываешь в команду "Равняйсь!" и какая капля интеллекта 

капает с тебя во время команды "Смирно!". 

Почему-то считается, что если ты ничего не можешь, то ты 

можешь воспитывать людей. 

Сколько раз меня воспитывали в строю, и сколько раз я 

убеждался: оказывается, достаточно сильно крикнуть идущим 

людям: "Четче шаг! Отмашку рук! Выше ногу! Не слышу ногу! 

Петров! Едрена корень!" - и ты уже воспитатель. 

И тут появляется он, твой новый командир роты. На лице у 

него, как это ни странно, написан ум, а в глазах написано то, 

что он только что с флота, что он ни черта не боится, и еще там 

написано, что у него есть выслуга лет и что он не будет 

хвататься за службу, как нищий за подол прихожанки. 

- Я утомлен высшим образованием, - говорит он, и с этой 

минуты ты начинаешь изучать его речь, его лицо, его походку, 

его манеру держаться и соблюдать себя. 

Он учил нас тому, что не прочтешь ни в одном учебнике, что 

не получишь в руки при выпуске, тому, что можно набрать, только 

пропустив через себя; он учил нас тому, что называется - жизнь. 

 

Выпуск! 

 

Сегодняшний, ты ли это, вчерашний! Сколько блеска в глазах 

и в белье! А сверху на белье надет кортик, а из-под каркаса 

фуражки капает, а брюки черные, шерстяные, всепогодки, а под 

ними взопревшее тело, а в подмышках жмет, а в ботинках трет - 

столько сразу всего. 

Но ты всего этого барахла не замечаешь. Ситец на улицах - 

май в душе! Сегодня твой день. сегодняшний. Счастлив ли ты? Ты 

счастлив! Благослови тебя небо! 

 

Север 

 

Отпуск промелькнул, как чужое лицо в окошке, и через 

месяц, все еще окрыленный, просветленный, ненормально 

радостный, я улетел на север за назначением. 

...Север, Север, Северный флот... Сопки, сопки, ртутная 

вода... Неужели та вода навсегда? Север, Север, Северный 

флот... 

Гуси потянулись на север, бабы потянулись на юг - лето 

наступило... 

Появились молодые лейтенанты - лето кончилось. Лейтенанты, 

лейтенанты, вы роняете в душу лепестки вечности. После вас в 

душе наступает сентябрь... 

Интересно, почему только на Северном флоте бакланы летают 

над мусорными кучами, а вороны над морем? Потому что Страна 

Наоборот. 

Жила-была Страна Наоборот. Утром ложилась, вечером 

вставала. Удивительная это была страна - Страна Наоборот... 

- Куда вы хотите? - спрашивают лейтенанта в отделе кадров 

Северного флота. - В поселок Роста или в порт Владимир? 

Не знакомый с современной северной географией лейтенант 

выбирает себе порт Владимир и уезжает туда, где три 

покосившихся деревянных строения, обнявшись, хором предохраняют 

цивилизацию от сдува. 

Обманули дурака на четыре кулака... Места для меня сразу 

не нашлось. Лейтенанта ждут, конечно, на Северном флоте, но не 

так интенсивно, как он себе это представляет. 

После двухнедельных мытарств печаль моя нашла свое 

временное пристанище в отдельном дивизионе химической защиты, 

именуемом в простонародье "химдымом". 

Если матрос на флоте не попадает в тюрьму, то он попадает 

в химдым. Так, во всяком случае, было. Больные, косые, хромые, 

глухонемые; хулиганы и пьяницы, потомственные негодяи и 

столбовые мерзавцы, носители редких генетических слепков. 

- Не боись, лейтенант, - говорили они мне, - мы детей не 

бьем. 

И я не боялся, слово они держали. Но сына замполита они 

вешали на забор. За лямки штанишек. Как Буратино. Шестилетний 

малыш висел и плакал... 

...Пятнадцать нарядов в месяц. Через день - на ремень! 

- Что, товарищ лейтенант, в сторожа записались? Терпите, 

все через это прошли... 

Кубрик, койки, осклизлый гальюн... 

Через месяц после того, как я - хрупкий цветок 

Курдистана - был высажен суперфосфатом почвы этой страны 

слез - химического дивизиона, мне захотелось выть болотной 

выпью. 

Эта славная птичка несколько напоминает военнослужащего: 

чуть чего - она замирает по стойке "смирно" в жалких складках 

местности, а если достали - орет, как раненый бык. 


Страница 99 из 108:  Назад   1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52   53   54   55   56   57   58   59   60   61   62   63   64   65   66   67   68   69   70   71   72   73   74   75   76   77   78   79   80   81   82   83   84   85   86   87   88   89   90   91   92   93   94   95   96   97   98  [99]  100   101   102   103   104   105   106   107   108   Вперед 
  

Предупреждение читателям    Авторам Цитаты и афоризмы Написать админу
Электронная библиотека "100 лучших книг" - это субъективная подборка бесплатных произведений, собранная по принципу "один писатель - одна книга"