Лучшие книги - 100 лучших книг

100 лучших
книг
Главная Редкие книги из
100 лучших книг

Оглавление
Александр Дюма - Три мушкетёра
Джером К. Джером - Трое в лодке, не считая собаки
Агата Кристи - Десять негритят
Илья Ильф и Евгений Петров - Двенадцать стульев. Золотой теленок
Кир Булычев - 100 лет тому вперед
Жюль Верн - 20 тысяч лье под водой
Александр Грин - Алые паруса
Вальтер Скотт - Айвенго
Рождер Желязны - Хроники Амбера
Артур Конан Дойл - Собака Баскервилей
Василий Ян - Батый
Александр Беляев - Человек-амфибия
Майн Рид - Всадник без головы
Виталий Бианки - Лесные были и небылицы
Николай Гоголь - Тарас Бульба
Михаил Булгаков - Собачье сердце
Дмитрий Фурманов - Чапаев
Вячеслав Миронов - Я был на этой войне
Джеральд Даррелл - Моя семья и другие животные
Федор Достоевский - Преступление и наказание
Иван Ефремов - На краю Ойкумены
Антуан де Сент-Экзюпери - Планета людей
Братья Вайнеры - Эра милосердия
Леонид Филатов - Про Федота-стрельца
Дик Френсис - Спорт королев
Луис Ламур - Ганфайтер
Артур Хейли - Колеса
Константин Щемелинин - Я
Лев Яшин - Записки вратаря
Астрид Линдгрен - Малыш и Карлсон
Лев Кассиль - Кондуит и Швамбрания
Джеймс Оливер Кервуд - Казан
Тур Хейердал - Путешествие на Кон-Тики
Джозеф Конрад - Юность
Валентин Пикуль - Крейсера
Даниэль Дефо - Робинзон Крузо
Василий Аксенов - Остров Крым
Джим Корбетт - Кумаонские людоеды
Михаил Лермонтов - Мцыри
Джой Адамсон - Рожденная свободной
Алан Маршалл - Я умею пригать через лужи
Сэйте Мацумото - Земля-пустыня
Покровский - Охотники на мамонтов
Борис Полевой - Повесть о настоящем человеке
Редьярд Киплинг - Маугли
Вадим Кожевников - Щит и меч
Константин Паустовский - Мещерская сторона
Джек Лондон - Мексиканец
Владимир Богомолов - Момент истины
Станислав Лем - Непобедимый
Николай Носов - Приключения Незнайки и его друзей
Николай Носов - Незнайка в Солнечном городе
Николай Носов - Незнайка на Луне
Роберт Льюис Стивенсон - Остров сокровищ
Иван Гончаров - Обломов
Александр Пушкин - Евгений Онегин
Александра Маринина - Не мешайте палачу
Владимир Обручев - Плутония
Дмитрий Медведев - Это было под Ровно
Александр Покровский - Расстрелять
Михаил Пришвин - Лесной хозяин
Эрих-Мария Ремарк - На Западном фронте без перемен
Ганс-Ульрих Рудель - Пилот "Штуки"
Степан Злобин - Степан Разин
Вильям Шекспир - Ромео и Джульетта
Григорий Белых и Леонид Пантелеев - Республика ШКИД
Михаил Шолохов - Они стражились за Родину
Ярослав Гашек - Приключения бравого солдата Швейка
Леонид Соболев - Капитальный ремонт
Александр Солженицын - Один день Ивана Денисовича
Марк Твен - Приключения Тома Сойера
Рафаэлло Джованьоли - Спартак
Эдмонд Гамильтон - Звездные короли
Эрнест Хемингуэй - Старик и море
Рекс Стаут - Смерть Цезаря
Лев Толстой - Анна Каренина
Иван Тургенев - Первая любовь
Татьяна Устинова - Хроника гнусных времен
Михаил Веллер - Легенды Невского проспекта
Борис Раевский - Только вперед
Алексей Некрасов - Приключения капитана Врунгеля
Герберт Уэллс - Война миров
Александр Козачинский - Зеленый фургон
Рони Старший - Борьба за огонь
Патрик Квентин - Ловушка для распутниц
Фридрих Ницше - Так говорил Заратустра
Э. Сетон-Томпсон - Рассказы о животных
Михаил Зощенко - Рассказы
Иван Шухов - Горькая лилия
Луис Рохелио Ногераси - И если я умру завтра...
Испанские новеллы XIX века
Герман Мелвилл - Моби-Дик или Белый кит
Владимир Санин - Семьдесят два градуса ниже нуля
Эдмонд Гамильтон - Звезда жизни

с малолетства был философом. 

Но философов не любит Фортуна: кому же понравится, если 

мешаются под ногами и все время подглядывают. 

Лучшие, самые крупные куски напряжений Фортуна бережет для 

философов. 

Вова вошел в пятиэтажную железобетонную времянку, поднялся 

на четвертый этаж и, осторожно открыв дверь, вдохнул сразу 

двести пятьдесят органических составляющих, которые принято 

считать "теплом домашнего очага". 

Стараясь не загреметь, он зажег свет в микроскопической 

передней и, не раздеваясь, вошел в комнатку, чтоб обнаружить и 

поцеловать теплую жену. 

Глаза вскоре привыкли к темноте, но на вожделенной подушке 

они увидели сразу две головы. Женщины тоже не любят философов. 

Философов никто не любит. Разглагольствования хороши только в 

начале той затяжной драки, которую называют супружеством. 

Вова остолбенел. Рухни сейчас пятиэтажное бунгало, он и не 

заметил бы: внутренний грохот оглушил Вову; упали высокие мечты 

- пять тонн хрусталя с высоты километра. 

Вова чисто машинально, слепыми движениями вынул свой 

верный "пистоль" и, как говорили в древности, "сильно посыпал 

пороху на полку". 

Он поймал в прорезь прицела подушку, зажмурился и нажал на 

курок. Оглохший заранее Вова ничего не услышал; "пистоль" пулял 

и пулял, как во сне, в скачущую, издыхающую, издающую ржанье 

кровать... А потом Вова тихо вышел и пошел... в никуда... 

В комендатуре, под стеклом, вместе с настольной лампой, 

физиономией наружу сидел старый капитан, дежурный по гарнизону. 

Военная физиономия всегда решалась в широком ракурсе: от 

некоторой неподвижной опрокинутости или свежайшей отшлепанности 

до суровой решительности лба в полпальца величиной. 

У дежурного капитана все было в порядке со лбом: 

надбровные дуги образовывали такие надолбы, что не страшна 

никакая лобовая атака. 

Капитан впадал в коматозное состояние, обычное для 

дежурной службы и для двух часов ночи. 

Чтоб голова при падении не раздробила стол, он подложил 

под нее стопку засаленных дежурных журналов; устроившись 

сверху, он засопел, разметав по обложкам влажные губы и оставив 

бодрствовать лишь одну сторожевую точку в спинном мозгу. 

Через двадцать минут точка затеребила остальной организм: 

кто то вошел и сел. Капитан, видимо, почувствовал спиной 

инфракрасное излучение, потому что он моментально поднял голову 

и открыл глаза. Через тридцать секунд он проснулся, а еще через 

двадцать к нему вернулось сознание: перед ним сидел Вова, а 

перед Вовой лежал "пистоль". 

- Я убил человека... и даже двух человек... вдребезги, - 

сказал Вова, простой как правда, и кивнул на "пистоль". 

- Чтооо?!! - капитан взвился вверх и влет ткнул 

увязавшийся за ним табурет. 

Через секунду он уже рысью исступленно бежал по адресу: 

дом 55, квартира 90 - и на бегу рисовал себе одну картину за 

другой. И что самое трагичное, хреновое, - что все это на его 

дежурстве, черт! 

От расстройства капитан птичкой взлетел на четвертый. 

Дверь была открыта. Капитан осторожно вошел: не наступить 

бы на трупы. 

В комнате стоял запах расстрелянного унитаза, целой стаей 

летали меркаптаны* и, летая, поражали обоняние, зрение и 

воображение. 

От волнения капитан не зажег свет и шарил впотьмах. В 

комнате царил беспорядок. В подушке (наощупь) сидело пять пуль. 

Трупы исчезли. Посреди комнаты, вытянувшись, лежали две 

огромные лужи. Они тянулись от кровати до порога и были 

затоптаны босыми ногами. Кровь! 

Капитан опустился на четвереньки, торопливо макнул палец в 

лужу и осторожно поднес его к лицу: это была не кровь; 

меркаптаны взлетали именно отсюда. 

Счастливый капитан легко засмеялся, как в чирикающем 

детстве, поднялся на ноги и вытер палец об обои. Вова 

промахнулся. Пять раз подряд... 

Командующий, когда ему обо всем доложили, сначала испытал 

сильнейший удар под дых, потом, придя в себя, он тут же объявил 

Вове десять суток ареста с содержанием на гарнизонной 

гауптвахте. Чуть позже командующий подумал, и, успокоившись, он 

приказал каждый день водить Вову на стрельбище, чтоб научился 

стрелять. 

Вот такое у нас "флотское завтра". Кто же на истинном 

флоте в нем уверен? Разве что тот сосущий вкусную грудь 

лентяйки Фортуны. Но на флоте ли он? И из нашей ли он 

песочницы?.. 

----------* Меркаптаны - химические соединения, которые 

сообщают фекалиям их неповторимый запах. 

СТАС 

Стас меня утомил. Всю плешь проел, пока шли. Есть три 

темы, которые будут волновать старых каптри, пока существует 

подводный флот: сволочи-начальники и личное здоровье, перевод и 

демобилизация. Причем все темы плавно перетекают одна в другую, 

пока дело по дойдет до демобилизации, и дальше - сплошные 

розовые слюни. 

- Если я опять пролечу с переводом, как фанера над 

Парижем, тогда рапорт и дембель, - слышится у уха Стас. 

Ходит он шаркающей походкой, и голос у него 

гнусный-прегнусный; прикосновение тех звуков; которые он 

Издает, для окружающих барабанных перепонок 

губительно. Его как-то заслали читать лекции по 

гражданской обороне директорам заводов. В первом же перерыве 

директора собрались в кучу, выбрали старшего, я тот, рыдая в 

голос, помчался и добился у начальства, чтоб Стаса убрали. 

Сколько помню Стаса, он все время находится в состоянии 

перевода, то есть он все время ходит, канючит и у всех 

спрашивает: не слышал ли кто-нибудь о том, что он куда-нибудь 

переводится. Ему нужна должность, Ленинград и оклад. Ни много 

ни мало! В отделе кадров ему сказали: "За Уралом все ваше", - 

на что он заявил, что "за Уралом для офицера земли нет". 

Он был старше меня лет на десять и в подводниках просидел 

уже лет двадцать. Представляете, что это был за ужас! Эта 


Страница 76 из 108:  Назад   1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52   53   54   55   56   57   58   59   60   61   62   63   64   65   66   67   68   69   70   71   72   73   74   75  [76]  77   78   79   80   81   82   83   84   85   86   87   88   89   90   91   92   93   94   95   96   97   98   99   100   101   102   103   104   105   106   107   108   Вперед 
  

Предупреждение читателям    Авторам Цитаты и афоризмы Написать админу
Электронная библиотека "100 лучших книг" - это субъективная подборка бесплатных произведений, собранная по принципу "один писатель - одна книга"