Лучшие книги - 100 лучших книг

100 лучших
книг
Главная Редкие книги из
100 лучших книг

Оглавление
Александр Дюма - Три мушкетёра
Джером К. Джером - Трое в лодке, не считая собаки
Агата Кристи - Десять негритят
Илья Ильф и Евгений Петров - Двенадцать стульев. Золотой теленок
Кир Булычев - 100 лет тому вперед
Жюль Верн - 20 тысяч лье под водой
Александр Грин - Алые паруса
Вальтер Скотт - Айвенго
Рождер Желязны - Хроники Амбера
Артур Конан Дойл - Собака Баскервилей
Василий Ян - Батый
Александр Беляев - Человек-амфибия
Майн Рид - Всадник без головы
Виталий Бианки - Лесные были и небылицы
Николай Гоголь - Тарас Бульба
Михаил Булгаков - Собачье сердце
Дмитрий Фурманов - Чапаев
Вячеслав Миронов - Я был на этой войне
Джеральд Даррелл - Моя семья и другие животные
Федор Достоевский - Преступление и наказание
Иван Ефремов - На краю Ойкумены
Антуан де Сент-Экзюпери - Планета людей
Братья Вайнеры - Эра милосердия
Леонид Филатов - Про Федота-стрельца
Дик Френсис - Спорт королев
Луис Ламур - Ганфайтер
Артур Хейли - Колеса
Константин Щемелинин - Я
Лев Яшин - Записки вратаря
Астрид Линдгрен - Малыш и Карлсон
Лев Кассиль - Кондуит и Швамбрания
Джеймс Оливер Кервуд - Казан
Тур Хейердал - Путешествие на Кон-Тики
Джозеф Конрад - Юность
Валентин Пикуль - Крейсера
Даниэль Дефо - Робинзон Крузо
Василий Аксенов - Остров Крым
Джим Корбетт - Кумаонские людоеды
Михаил Лермонтов - Мцыри
Джой Адамсон - Рожденная свободной
Алан Маршалл - Я умею пригать через лужи
Сэйте Мацумото - Земля-пустыня
Покровский - Охотники на мамонтов
Борис Полевой - Повесть о настоящем человеке
Редьярд Киплинг - Маугли
Вадим Кожевников - Щит и меч
Константин Паустовский - Мещерская сторона
Джек Лондон - Мексиканец
Владимир Богомолов - Момент истины
Станислав Лем - Непобедимый
Николай Носов - Приключения Незнайки и его друзей
Николай Носов - Незнайка в Солнечном городе
Николай Носов - Незнайка на Луне
Роберт Льюис Стивенсон - Остров сокровищ
Иван Гончаров - Обломов
Александр Пушкин - Евгений Онегин
Александра Маринина - Не мешайте палачу
Владимир Обручев - Плутония
Дмитрий Медведев - Это было под Ровно
Александр Покровский - Расстрелять
Михаил Пришвин - Лесной хозяин
Эрих-Мария Ремарк - На Западном фронте без перемен
Ганс-Ульрих Рудель - Пилот "Штуки"
Степан Злобин - Степан Разин
Вильям Шекспир - Ромео и Джульетта
Григорий Белых и Леонид Пантелеев - Республика ШКИД
Михаил Шолохов - Они стражились за Родину
Ярослав Гашек - Приключения бравого солдата Швейка
Леонид Соболев - Капитальный ремонт
Александр Солженицын - Один день Ивана Денисовича
Марк Твен - Приключения Тома Сойера
Рафаэлло Джованьоли - Спартак
Эдмонд Гамильтон - Звездные короли
Эрнест Хемингуэй - Старик и море
Рекс Стаут - Смерть Цезаря
Лев Толстой - Анна Каренина
Иван Тургенев - Первая любовь
Татьяна Устинова - Хроника гнусных времен
Михаил Веллер - Легенды Невского проспекта
Борис Раевский - Только вперед
Алексей Некрасов - Приключения капитана Врунгеля
Герберт Уэллс - Война миров
Александр Козачинский - Зеленый фургон
Рони Старший - Борьба за огонь
Патрик Квентин - Ловушка для распутниц
Фридрих Ницше - Так говорил Заратустра
Э. Сетон-Томпсон - Рассказы о животных
Михаил Зощенко - Рассказы
Иван Шухов - Горькая лилия
Луис Рохелио Ногераси - И если я умру завтра...
Испанские новеллы XIX века
Герман Мелвилл - Моби-Дик или Белый кит
Владимир Санин - Семьдесят два градуса ниже нуля
Эдмонд Гамильтон - Звезда жизни

Я уж не знаю, то ли этот ученый выбирал не почеловечески, 

то ли он, наоборот, потравил слегка, но только штанцы под вянцы 

затянуло. Ученого еле оторвали. 

А обрез мы ему принесли. Ничего, помылся. Может, мне 

сейчас скажут: вот это заливает, во дает, вот это загибает 

салазки. 

А я вам так скажу, граждане: не служили вы на катерах! 

 

Циклоп 

 

Ровно в три ночи, когда созвездие Овна вместе со всеми 

остальными созвездиями занималось на небе своими делами, 

Архимед Ашотович Папазян, по прозвищу Усохший Тарзан, сел на 

кровати с криком: "Только не бей!" - "Только не бей", - 

повторил он значительно тише и затравленно оглядел свою 

холостяцкую комнату, еще секунду назад спокойную, как 

общественная уборная. Мама больше не приходила к нему во сне. 

Мама не звала его больше "джана", и душа больше не наполнялась 

радостным, светлым детством, все было отравлено и чесалось. Ему 

снился циклоп. Каждую ночь. Он бежал, выпучившись, в запутанных 

джунглях, подпрыгивая винторогим козлом, а ветви гоготали и 

цеплялись. И рука. Огромная рука, беззвучно вырастая, тянулась 

за ним. На многие километры. Он чувствовал ее леденевшим 

затылком. Нет сил! Нет сил бежать! Остановился. Повернулся. 

Задранный ужас! Невозможно кричать! К горлу бросились растущие 

пальцы с грязными обломанными ногтями. Огромные складки потной 

кожи. "Только не бей!!!" 

Свет зажегся, и с носа закапало. Потом. Очки наделись, и 

глаза через них тут же пушисто захлопали. Архимед Ашотыч 

всклокоченно обернулся на одухотворенное лицо лорда Байрона, 

намертво приделанного к обоям, и, поискав в волосатых складках 

живота, зачарованно замер, как собака, принимающая сигналы 

блохи. В тишину ночную вплетались только торопливые курлыканья 

унитаза, да на кухне в одиночку веселилась радиоточка. Архимед 

Ашотыч застонал переполненным 

страдальцем, запрокинул голову с уплывающими за горизонт 

зрачками, успел увидеть потолок с забитыми комарами и бережно 

уложил себя на подушки. Пружины заезженной койки вздохнули 

народным музыкальным инструментом, веки затяжелели, члены 

замягчели с каждым вздохом, и в бренное тело снова хлынули 

сновидения. Голубой пеньюар. Лампадная ночь. Тучи запахов. 

Фимиамы. Грациозные прыжки, перепархивания, улыбки-пожатья, 

персичный румянец от подглазников до подбородка, кофе, тонкие 

чувства, полные, гладкие колени, ощущение от которых остается в 

руках, караванные 

движения дивана, в короткой борьбе возня пружинная и сытая 

тишина. 

Самый отвратительный звук для такой тишины - звук ключа в 

замочной скважине. Возникает обостренное чувство долго 

поротого. 

Звук возник, пеньюар, завизжав раздавленной торговкой, 

вспорхнул, оставив Архимеда одного оплакивать себя. 

Архимед Ашотыч вскочил и заметался по комнате так, будто 

он затаптывает стадо неприятельских тараканов. В конце концов, 

ничего не придумав, он юркнул в шкаф, убеждая стартерно) 

заработавший желудок помягче мяукать, и затих там платяной 

молью. 

В дверях стоял циклоп! Пойманный за лацканы пеньюар 

перестал визжать уже в табурете. В комнате ходило только 

кадило. Маятника. 

Глаз у циклопа было два, но они так близко росли и 

выглядывали друг от друга, что если посмотреть взволнованно, то 

сливались в один; череп пещерного медведя, чугунная нижняя 

челюсть, нос и общая физиономия викинга, получившего веслом по 

голове: тяжелый, пышущий убийством квадрат. 

Желудок Архимеда Ашотыча совсем уже собирался взять и 

чем-нибудь разрядить обстановку, когда долго колебавшаяся дверь 

шкафа решилась и, закатив задумчивую трель, верноподданнически 

открылась. 

"А-а..." - сказал "квадрат", увидев в платьях живое, и 

шагнул всего один раз. 

Архимед Ашотыч, выставив вперед ручонку, заерзал, совершая 

ею фехтовальные движения до тех пор, пока рука циклопа не 

протянулась медленно и не достала Архимеда не поймешь за что. 

Архимед Ашотыч развевался в той руке ящерицей круглоголовкой 

всего одну секунду. 

"Только не бей!" - взял он самую последнюю ноту самой 

последней октавы, с иканьем перебрав всю клавиатуру. Грянуло! 

Прямо в лоб, туда, где кость. Горный обвал. Сель. Архимед 

Ашотыч быстро улетел по воздуху и, погасив все вешалки в шкафу, 

оторвал внизу щелкнувшими зубами кусок пурпурного платья. Все 

волосы на груди, собравшись в пучок, дружно болели. 

"Только не бей!!!" Свет уличного фонаря отразился в 

страдальческом оскале, щетинистый кадык проглотил, наконец, 

душившие его слюни. В окно смотрела ночь, и Архимед Ашотыч, 

только теперь понявший, что как все-таки хорошо, что он жив, 

жив! упал в подушки и мелко залился, закатился счастливым 

щебечущим смехом, вздрагивая плечами в волосатых эполетах. 

В небесах горел Воз, однажды в шутку названный Медведицей, 

и лорд Байрон из другого века смотрел с обоев, возвышенный и 

одухотворенный. 

 

Вот она, турция! 

 

Это случилось недалеко от Турции. Пехотный, уже немолодой 

капитан лежал, свернувшись калачиком, на грядке и по-детски 

улыбался во сне. Военнослужащий во сне сильно похож на ребенка. 

Так его тепленького, калачиком, взяли с грядки, перенесли в 

комендатуру и положили в камеру. 

Начальник караула и его помощник решили над ним подшутить. 

Они подождали, пока он проспится. 

Сделав свой первый вздох и оторвав голову от сладких 

деревянных нар, капитан вдруг обнаружил себя в камере; мало 

того: рядом с ним сидели двое в белых чалмах, и разговаривали 

эти двое на иностранном, скорее всего турецком, языке. 

У нашего капитана голова тут же перестала болеть; глаза 

стали, как два рубля, челюсть отвисла до нижней пуговицы, слюна 

непрерывно потекла. 

Наконец "турки" заметили, что капитан проснулся, и 


Страница 61 из 108:  Назад   1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52   53   54   55   56   57   58   59   60  [61]  62   63   64   65   66   67   68   69   70   71   72   73   74   75   76   77   78   79   80   81   82   83   84   85   86   87   88   89   90   91   92   93   94   95   96   97   98   99   100   101   102   103   104   105   106   107   108   Вперед 
  

Предупреждение читателям    Авторам Цитаты и афоризмы Написать админу
Электронная библиотека "100 лучших книг" - это субъективная подборка бесплатных произведений, собранная по принципу "один писатель - одна книга"