Лучшие книги - 100 лучших книг

100 лучших
книг
Главная Редкие книги из
100 лучших книг

Оглавление
Александр Дюма - Три мушкетёра
Джером К. Джером - Трое в лодке, не считая собаки
Агата Кристи - Десять негритят
Илья Ильф и Евгений Петров - Двенадцать стульев. Золотой теленок
Кир Булычев - 100 лет тому вперед
Жюль Верн - 20 тысяч лье под водой
Александр Грин - Алые паруса
Вальтер Скотт - Айвенго
Рождер Желязны - Хроники Амбера
Артур Конан Дойл - Собака Баскервилей
Василий Ян - Батый
Александр Беляев - Человек-амфибия
Майн Рид - Всадник без головы
Виталий Бианки - Лесные были и небылицы
Николай Гоголь - Тарас Бульба
Михаил Булгаков - Собачье сердце
Дмитрий Фурманов - Чапаев
Вячеслав Миронов - Я был на этой войне
Джеральд Даррелл - Моя семья и другие животные
Федор Достоевский - Преступление и наказание
Иван Ефремов - На краю Ойкумены
Антуан де Сент-Экзюпери - Планета людей
Братья Вайнеры - Эра милосердия
Леонид Филатов - Про Федота-стрельца
Дик Френсис - Спорт королев
Луис Ламур - Ганфайтер
Артур Хейли - Колеса
Константин Щемелинин - Я
Лев Яшин - Записки вратаря
Астрид Линдгрен - Малыш и Карлсон
Лев Кассиль - Кондуит и Швамбрания
Джеймс Оливер Кервуд - Казан
Тур Хейердал - Путешествие на Кон-Тики
Джозеф Конрад - Юность
Валентин Пикуль - Крейсера
Даниэль Дефо - Робинзон Крузо
Василий Аксенов - Остров Крым
Джим Корбетт - Кумаонские людоеды
Михаил Лермонтов - Мцыри
Джой Адамсон - Рожденная свободной
Алан Маршалл - Я умею пригать через лужи
Сэйте Мацумото - Земля-пустыня
Покровский - Охотники на мамонтов
Борис Полевой - Повесть о настоящем человеке
Редьярд Киплинг - Маугли
Вадим Кожевников - Щит и меч
Константин Паустовский - Мещерская сторона
Джек Лондон - Мексиканец
Владимир Богомолов - Момент истины
Станислав Лем - Непобедимый
Николай Носов - Приключения Незнайки и его друзей
Николай Носов - Незнайка в Солнечном городе
Николай Носов - Незнайка на Луне
Роберт Льюис Стивенсон - Остров сокровищ
Иван Гончаров - Обломов
Александр Пушкин - Евгений Онегин
Александра Маринина - Не мешайте палачу
Владимир Обручев - Плутония
Дмитрий Медведев - Это было под Ровно
Александр Покровский - Расстрелять
Михаил Пришвин - Лесной хозяин
Эрих-Мария Ремарк - На Западном фронте без перемен
Ганс-Ульрих Рудель - Пилот "Штуки"
Степан Злобин - Степан Разин
Вильям Шекспир - Ромео и Джульетта
Григорий Белых и Леонид Пантелеев - Республика ШКИД
Михаил Шолохов - Они стражились за Родину
Ярослав Гашек - Приключения бравого солдата Швейка
Леонид Соболев - Капитальный ремонт
Александр Солженицын - Один день Ивана Денисовича
Марк Твен - Приключения Тома Сойера
Рафаэлло Джованьоли - Спартак
Эдмонд Гамильтон - Звездные короли
Эрнест Хемингуэй - Старик и море
Рекс Стаут - Смерть Цезаря
Лев Толстой - Анна Каренина
Иван Тургенев - Первая любовь
Татьяна Устинова - Хроника гнусных времен
Михаил Веллер - Легенды Невского проспекта
Борис Раевский - Только вперед
Алексей Некрасов - Приключения капитана Врунгеля
Герберт Уэллс - Война миров
Александр Козачинский - Зеленый фургон
Рони Старший - Борьба за огонь
Патрик Квентин - Ловушка для распутниц
Фридрих Ницше - Так говорил Заратустра
Э. Сетон-Томпсон - Рассказы о животных
Михаил Зощенко - Рассказы
Иван Шухов - Горькая лилия
Луис Рохелио Ногераси - И если я умру завтра...
Испанские новеллы XIX века
Герман Мелвилл - Моби-Дик или Белый кит
Владимир Санин - Семьдесят два градуса ниже нуля
Эдмонд Гамильтон - Звезда жизни

образование: Грасиоле, Мокен-Тандон и другие. 

- Да, - отвечал я. - Мне приходилось работать врачом. Прежде чем стать 

музейным работником, я был ординатором клиники и много лет занимался 

медицинской практикой. 

- Отлично, сударь! 

Ответ мой, по-видимому, вполне удовлетворил капитана. Но, не зная, к 

чему он клонит речь, я ожидал дальнейших вопросов, рассудив, что отвечать 

буду в зависимости от обстоятельств. 

- Господин Аронакс, - сказал капитан, - один из моих матросов нуждается 

в помощи врача. Не могли бы вы осмотреть его? 

- На борту есть больной? 

- Да. 

- Я готов служить вам. 

- Идемте. 

Признаюсь, сердце у меня учащенно билось. Безотчетно болезнь матроса я 

ставил в связь с событиями минувшей ночи. И вся эта таинственная история 

занимала меня не менее самого больного. 

Капитан Немо провел меня на корму "Наутилуса" и отворил дверь в кабину 

рядом с матросским кубриком. 

Там лежал на койке мужчина лет сорока с энергичным лицом, чисто 

англосакского типа. 

Я подошел к постели. Это был не просто больной - это был раненый. Его 

голова, повязанная окровавленными бинтами, лежала на подушках. Я снял 

повязку. Раненый глядел на меня широко раскрытыми глазами. И, пока я его 

разбинтовывал, не издал ни единого стона. 

Рана была ужасна. В черепной коробке, пробитой каким-то тупым орудием, 

образовалось зияющее отверстие, в которое часть мозга выходила наружу. 

Сгустки запекшейся крови, в результате многочисленных кровоизлияний, 

превращали размозженную мозговую ткань в красноватую кашицу. 

Тут наблюдались одновременно явления контузии и сотрясения мозга. 

Дыхание больного было затрудненным. Лицо временами искажалось судорогой. 

То был характерный случай воспаления мозга с явлениями паралича 

двигательных центров. 

Я пощупал пульс. Сердце работало с перебоями. Пульс порою пропадал. 

Конечности уже начинали холодеть: человек умирал, и ничем нельзя было 

предотвратить роковой конец. Я наложил на рану свежую повязку, оправил 

изголовье. Обернувшись, я спросил капитана Немо: 

- Каким орудием нанесена рана? 

- Не все ли равно? - уклончиво отвечал капитан Немо. - От сильного 

сотрясения сломался рычаг машины, удар пришелся по голове этого человека. 

Ну, как вы находите больного? 

Я колебался ответить. 

- Вы можете говорить, - сказал капитан. - Этот человек не знает 

французского языка. 

Я еще раз посмотрел на раненого и сказал: 

- Этот человек умрет часа через два. 

- И ничто не может спасти его? 

- Ничто. 

Рука капитана Немо сжалась в кулак. Слезы выступили на глазах. Я не 

думал, что он способен плакать. 

Несколько минут я не отходил от раненого. Электричество, заливавшее 

своим холодным светом смертный одр, еще усиливало бледность лица 

умирающего. Я вглядывался в это выразительное лицо, изборожденное 

преждевременными морщинами - следами невзгод и, возможно, лишений. Я ждал, 

что тайна его жизни раскроется в последних словах, которые сорвутся с его 

холодеющих уст! 

- Вы свободны, господин Аронакс, - сказал капитан Немо. 

Я оставил капитана одного у постели умирающего и вернулся к себе, 

чрезвычайно взволнованный этой сценой. Мрачные предчувствия тревожили меня 

весь день. Ночью я спал дурно. Просыпался часто. Мне все слышались чьи-то 

тяжкие вздохи, похоронное пение. Не читались ли молитвы по усопшему на 

чуждом мне языке? 

На рассвете я вышел на палубу. Капитан Немо был уже там. Увидев меня, 

он подошел ко мне. 

- Господин профессор, - сказал он, - не угодно ли вам принять сегодня 

участие в подводной прогулке? 

- Вместе с товарищами? 

- Если они пожелают. 

- Мы к вашим услугам, капитан. 

- В таком случае, будьте любезны надеть скафандр. 

Об умирающем или умершем ни слова! Отыскав Неда Ленда и Конселя, я 

передал им приглашение капитана Немо. Консель обрадовался предстоящей 

прогулке, и канадец на этот раз охотно согласился принять в ней участие. 

Было восемь часов утра. В половине девятого, облачившись в скафандры, 

запасшись резервуарами Рукейроля и электрическими фонарями, мы тронулись в 

путь. Двойная дверь распахнулась, и мы, с капитаном Немо во главе, под 

эскортом двенадцати матросов, ступили на глубине десяти метров под водою 

на каменистое дно, на котором отдыхал "Наутилус". 

Легкий вначале уклон дна завершился впадиной с глубинами до пятнадцати 

саженей. Грунт дна под поверхностью Индийского океана резко отличался от 

грунта под тихоокеанскими водами, где мне довелось побывать во время своей 

первой подводной прогулки. Тут не было ни мягкого песка, ни подводных 

прерий, ни зарослей водорослей. Я сразу же узнал волшебную область. Это 

было коралловое царство! 

Среди кишечнополостных, класса коралловых полипов, подкласса 

восьмилучевмх кораллов, особенно примечательны кораллы из отряда 

горгониевых - роговых кораллов, как то: горгонии, белый коралл и 

благородный коралл. Коралловые полипы - занятные существа, их относили 

поочередно к минералам, к растительному и к животному миру. Кораллы - 

лекарственное средство древних, драгоценное украшение в наши дни, - только 

лишь в 1694 году были окончательно причислены к животному миру марсельским 

ученым Пейсоннелем. 

Кораллы - это скопление отдельных мелких животных, соединенных в 

полипняк ломким, каменистым скелетом. Начало колонии кладет отдельная 

особь, прикрепившись к какому-нибудь предмету. Колония получается в 

результате размножения почкованием одного полипа. Каждая новая особь, 

входя в состав колонии, начинает жить общей жизнью. Естественная коммуна. 

Мне были известны последние труды ученых, посвященные этим причудливым 

животным, которые разрастаются древовидными каменистыми колониями, что 

подтверждено тщательными исследованиями натуралистов. И для меня не было 


Страница 63 из 143:  Назад   1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52   53   54   55   56   57   58   59   60   61   62  [63]  64   65   66   67   68   69   70   71   72   73   74   75   76   77   78   79   80   81   82   83   84   85   86   87   88   89   90   91   92   93   94   95   96   97   98   99   100   101   102   103   104   105   106   107   108   109   110   111   112   113   114   115   116   117   118   119   120   121   122   123   124   125   126   127   128   129   130   131   132   133   134   135   136   137   138   139   140   141   142   143   Вперед 
  

Предупреждение читателям    Авторам Цитаты и афоризмы Написать админу
Электронная библиотека "100 лучших книг" - это субъективная подборка бесплатных произведений, собранная по принципу "один писатель - одна книга"