Лучшие книги - 100 лучших книг

100 лучших
книг
Главная Редкие книги из
100 лучших книг

Оглавление
Александр Дюма - Три мушкетёра
Джером К. Джером - Трое в лодке, не считая собаки
Агата Кристи - Десять негритят
Илья Ильф и Евгений Петров - Двенадцать стульев. Золотой теленок
Кир Булычев - 100 лет тому вперед
Жюль Верн - 20 тысяч лье под водой
Александр Грин - Алые паруса
Вальтер Скотт - Айвенго
Рождер Желязны - Хроники Амбера
Артур Конан Дойл - Собака Баскервилей
Василий Ян - Батый
Александр Беляев - Человек-амфибия
Майн Рид - Всадник без головы
Виталий Бианки - Лесные были и небылицы
Николай Гоголь - Тарас Бульба
Михаил Булгаков - Собачье сердце
Дмитрий Фурманов - Чапаев
Вячеслав Миронов - Я был на этой войне
Джеральд Даррелл - Моя семья и другие животные
Федор Достоевский - Преступление и наказание
Иван Ефремов - На краю Ойкумены
Антуан де Сент-Экзюпери - Планета людей
Братья Вайнеры - Эра милосердия
Леонид Филатов - Про Федота-стрельца
Дик Френсис - Спорт королев
Луис Ламур - Ганфайтер
Артур Хейли - Колеса
Константин Щемелинин - Я
Лев Яшин - Записки вратаря
Астрид Линдгрен - Малыш и Карлсон
Лев Кассиль - Кондуит и Швамбрания
Джеймс Оливер Кервуд - Казан
Тур Хейердал - Путешествие на Кон-Тики
Джозеф Конрад - Юность
Валентин Пикуль - Крейсера
Даниэль Дефо - Робинзон Крузо
Василий Аксенов - Остров Крым
Джим Корбетт - Кумаонские людоеды
Михаил Лермонтов - Мцыри
Джой Адамсон - Рожденная свободной
Алан Маршалл - Я умею пригать через лужи
Сэйте Мацумото - Земля-пустыня
Покровский - Охотники на мамонтов
Борис Полевой - Повесть о настоящем человеке
Редьярд Киплинг - Маугли
Вадим Кожевников - Щит и меч
Константин Паустовский - Мещерская сторона
Джек Лондон - Мексиканец
Владимир Богомолов - Момент истины
Станислав Лем - Непобедимый
Николай Носов - Приключения Незнайки и его друзей
Николай Носов - Незнайка в Солнечном городе
Николай Носов - Незнайка на Луне
Роберт Льюис Стивенсон - Остров сокровищ
Иван Гончаров - Обломов
Александр Пушкин - Евгений Онегин
Александра Маринина - Не мешайте палачу
Владимир Обручев - Плутония
Дмитрий Медведев - Это было под Ровно
Александр Покровский - Расстрелять
Михаил Пришвин - Лесной хозяин
Эрих-Мария Ремарк - На Западном фронте без перемен
Ганс-Ульрих Рудель - Пилот "Штуки"
Степан Злобин - Степан Разин
Вильям Шекспир - Ромео и Джульетта
Григорий Белых и Леонид Пантелеев - Республика ШКИД
Михаил Шолохов - Они стражились за Родину
Ярослав Гашек - Приключения бравого солдата Швейка
Леонид Соболев - Капитальный ремонт
Александр Солженицын - Один день Ивана Денисовича
Марк Твен - Приключения Тома Сойера
Рафаэлло Джованьоли - Спартак
Эдмонд Гамильтон - Звездные короли
Эрнест Хемингуэй - Старик и море
Рекс Стаут - Смерть Цезаря
Лев Толстой - Анна Каренина
Иван Тургенев - Первая любовь
Татьяна Устинова - Хроника гнусных времен
Михаил Веллер - Легенды Невского проспекта
Борис Раевский - Только вперед
Алексей Некрасов - Приключения капитана Врунгеля
Герберт Уэллс - Война миров
Александр Козачинский - Зеленый фургон
Рони Старший - Борьба за огонь
Патрик Квентин - Ловушка для распутниц
Фридрих Ницше - Так говорил Заратустра
Э. Сетон-Томпсон - Рассказы о животных
Михаил Зощенко - Рассказы
Иван Шухов - Горькая лилия
Луис Рохелио Ногераси - И если я умру завтра...
Испанские новеллы XIX века
Герман Мелвилл - Моби-Дик или Белый кит
Владимир Санин - Семьдесят два градуса ниже нуля
Эдмонд Гамильтон - Звезда жизни

и наконец согласится ехать. Каким триумфом для экспедиции был бы живой 

экземпляр первобытного человека! 

Когда морозы усилились, она начала мерзнуть, но отталкивала одежду, 

которую ей предлагали. Выходя из теплой юрты на воздух, она куталась 

только в свое одеяло. В работах по уборке юрты, мытью посуды, 

возобновлению траншеи в снегу, подноске дров она не принимала никакого 

участия. Она спрашивала у Иголкина, сколько у него жен, ходят ли они на 

охоту, велика ли орда, к которой принадлежат белые колдуны, и с недоверием 

качала головой, когда ей рассказывали о жизни европейцев, о городах, 

морях, кораблях и т. п. Единственным ее занятием в промежутках между едой 

и сном было строгание палочек для дротиков и вырезывание из мягкого дерева 

тальниковых дров очень грубых фигурок мамонтов, носорогов, медведей и 

тигров. Она сделала целую коллекцию этих идолов, поклонялась им и все 

просила у Иголкина крови, чтобы вымазать их. Но путешественники на охоту 

не ходили, в тундре не было видно ни зверей, ни птиц, и ее желание нельзя 

было удовлетворить. 

В январе начали делать небольшие экскурсии на нартах, чтобы приучить 

к упряжке собак, которые уже прикормились, привыкли к прежним хозяевам и 

жили в ледяной галерее под холмом, кроме Генерала, оставшегося при юрте в 

качестве караульного. Когда собаки привыкли к упряжке, стали делать более 

далекие экскурсии по тундре, к краю лесов, за дровами, запас которых был 

на исходе. В эти экскурсии ходили поочередно впятером с тремя нартами, 

оставляя кого-нибудь одного в юрте сторожить Кату. 

Однажды в конце января очередь остаться караульным в юрте выпала 

Папочкину. Кату всегда внимательно следила за уезжавшими в сторону леса и 

не могла дождаться их возвращения: она надеялась, что они встретят 

какую-нибудь дичь и привезут ей свежего кровавого мяса, по которому она 

тосковала. Но надежды ее были напрасны, так как никакой дичи не 

встречалось. 

Просидев часа два после отъезда остальных в юрте у огня, Папочкин со 

скуки задремал и, вероятно, проспал довольно долго. Когда он проснулся, 

Кату в юрте не было. Он выбежал наружу и увидел уже далеко на юге, среди 

белоснежной равнины, черную точку, все более удалявшуюся. Пленница взяла 

его лыжи, на которых научилась ходить, и он не мог преследовать ее без лыж 

по глубокому снегу. Она захватила также свое одеяло, начатый окорок 

ветчины, висевший в юрте, большой нож и коробку спичек, с которыми 

выучилась обращаться. 

Вернувшись к вечеру, товарищи узнали о бегстве Кату и были очень 

раздосадованы. Папочкину пришлось выслушать немало упреков за свое 

ротозейство. Но преследовать беглянку нечего было и думать: она успела 

уйти слишком далеко, и нужно было снаряжать в погоню за ней целую 

экспедицию, с риском все-таки не догнать. Кату бежала налегке и привыкла 

во время охоты делать до ста километров в день; экспедиция же с нартами 

могла делать едва ли половину этого расстояния. Идти же отвоевывать 

девушку у ее родичей, вопреки ее желанию, не имело никакого смысла. 

К счастью, до побега успели сфотографировать Кату несколько раз 

спереди, сбоку и сзади, а также обмерить по всем правилам антропологии, 

снять гипсовую маску с ее лица и сделать оттиски рук и ног. 

Пуститься в обратный путь по льдам, чтобы застать наверху уже 

достаточно длинный день и добраться к началу лета до южного берега Земли 

Нансена, можно было не раньше конца марта или даже начала апреля. Для 

отъезда оставалось еще почти два месяца. Это время решено было употребить 

на тренировку людей и собак в более продолжительных экскурсиях с нартами. 

В последние дни на окраине лесов стали замечать свежие следы оленей, 

вероятно северных, а также мускусных быков и волков. Поэтому, удалившись 

на расстояние одного-двух дней пути от юрты, можно было рассчитывать на 

охоту. Свежее мясо было очень нужно и людям и собакам: ветчина сильно 

надоела, да и количество ее вследствие прожорливости Кату очень 

поубавилось. Приходилось беречь запас ветчины для дороги, а до отъезда 

добывать для пропитания дичь. На эти экскурсии ходили поочередно втроем с 

двумя нартами и палаткой, тогда как трое людей и одна упряжка собак 

оставались в юрте, отдыхая от предыдущей поездки. 

 

 

 

В ГЛУБЬ ЛЬДОВ 

 

В конце марта путешественники решили тронуться в обратный путь через 

льды. Метеорологическая будка была оставлена на месте, и в ней, а также в 

складе под холмом, были помещены в запаянном ящике краткие сведения о 

составе экспедиции, открывшей Плутонию, и главных результатах поездки на 

юг. Чтобы первобытные люди, посещения которыми холма следовало ожидать с 

наступлением лета, не унесли ящики и не разорили будку, на полочке в 

последней была расставлена часть деревянных идолов, вырезанных Кату, а на 

полу будки в качестве жертвоприношения сложены все накопившиеся кости, 

пустые жестянки от консервов и тому подобный хлам. До всего этого 

додумался Иголкин, ближе сошедшийся с дикими, чем ученый Боровой. 

Нарты, порядочно нагруженные коллекциями, провизией и имуществом 

экспедиции, потянулись через белоснежную тундру к подножию льдов. 

Этот обратный путь через Землю Нансена затянулся на целый месяц: 

преодоление ледяного хаоса, долгий подъем на хребет Русский и спуск с него 

по ледопадам глетчера, упорные ветры, дувшие навстречу, перегруженность 

нарт, недостаточное количество собак - задерживали движение и потребовали 

напряжения всех сил. Частые метели также задерживали движение, но зато 

давали людям и собакам лишние часы отдыха. За ледяным хаосом началась уже 

смена дня и ночи, которую давно не наблюдали путешественники. Из складов 

провизии, оставленных на пути, некоторых не удалось найти, но на мысе 

Труханова нашли новый склад с годовым запасом провианта, сооруженный 


Страница 95 из 103:  Назад   1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52   53   54   55   56   57   58   59   60   61   62   63   64   65   66   67   68   69   70   71   72   73   74   75   76   77   78   79   80   81   82   83   84   85   86   87   88   89   90   91   92   93   94  [95]  96   97   98   99   100   101   102   103   Вперед 
  

Предупреждение читателям    Авторам Цитаты и афоризмы Написать админу
Электронная библиотека "100 лучших книг" - это субъективная подборка бесплатных произведений, собранная по принципу "один писатель - одна книга"