Лучшие книги - 100 лучших книг

100 лучших
книг
Главная Редкие книги из
100 лучших книг

Оглавление
Александр Дюма - Три мушкетёра
Джером К. Джером - Трое в лодке, не считая собаки
Агата Кристи - Десять негритят
Илья Ильф и Евгений Петров - Двенадцать стульев. Золотой теленок
Кир Булычев - 100 лет тому вперед
Жюль Верн - 20 тысяч лье под водой
Александр Грин - Алые паруса
Вальтер Скотт - Айвенго
Рождер Желязны - Хроники Амбера
Артур Конан Дойл - Собака Баскервилей
Василий Ян - Батый
Александр Беляев - Человек-амфибия
Майн Рид - Всадник без головы
Виталий Бианки - Лесные были и небылицы
Николай Гоголь - Тарас Бульба
Михаил Булгаков - Собачье сердце
Дмитрий Фурманов - Чапаев
Вячеслав Миронов - Я был на этой войне
Джеральд Даррелл - Моя семья и другие животные
Федор Достоевский - Преступление и наказание
Иван Ефремов - На краю Ойкумены
Антуан де Сент-Экзюпери - Планета людей
Братья Вайнеры - Эра милосердия
Леонид Филатов - Про Федота-стрельца
Дик Френсис - Спорт королев
Луис Ламур - Ганфайтер
Артур Хейли - Колеса
Константин Щемелинин - Я
Лев Яшин - Записки вратаря
Астрид Линдгрен - Малыш и Карлсон
Лев Кассиль - Кондуит и Швамбрания
Джеймс Оливер Кервуд - Казан
Тур Хейердал - Путешествие на Кон-Тики
Джозеф Конрад - Юность
Валентин Пикуль - Крейсера
Даниэль Дефо - Робинзон Крузо
Василий Аксенов - Остров Крым
Джим Корбетт - Кумаонские людоеды
Михаил Лермонтов - Мцыри
Джой Адамсон - Рожденная свободной
Алан Маршалл - Я умею пригать через лужи
Сэйте Мацумото - Земля-пустыня
Покровский - Охотники на мамонтов
Борис Полевой - Повесть о настоящем человеке
Редьярд Киплинг - Маугли
Вадим Кожевников - Щит и меч
Константин Паустовский - Мещерская сторона
Джек Лондон - Мексиканец
Владимир Богомолов - Момент истины
Станислав Лем - Непобедимый
Николай Носов - Приключения Незнайки и его друзей
Николай Носов - Незнайка в Солнечном городе
Николай Носов - Незнайка на Луне
Роберт Льюис Стивенсон - Остров сокровищ
Иван Гончаров - Обломов
Александр Пушкин - Евгений Онегин
Александра Маринина - Не мешайте палачу
Владимир Обручев - Плутония
Дмитрий Медведев - Это было под Ровно
Александр Покровский - Расстрелять
Михаил Пришвин - Лесной хозяин
Эрих-Мария Ремарк - На Западном фронте без перемен
Ганс-Ульрих Рудель - Пилот "Штуки"
Степан Злобин - Степан Разин
Вильям Шекспир - Ромео и Джульетта
Григорий Белых и Леонид Пантелеев - Республика ШКИД
Михаил Шолохов - Они стражились за Родину
Ярослав Гашек - Приключения бравого солдата Швейка
Леонид Соболев - Капитальный ремонт
Александр Солженицын - Один день Ивана Денисовича
Марк Твен - Приключения Тома Сойера
Рафаэлло Джованьоли - Спартак
Эдмонд Гамильтон - Звездные короли
Эрнест Хемингуэй - Старик и море
Рекс Стаут - Смерть Цезаря
Лев Толстой - Анна Каренина
Иван Тургенев - Первая любовь
Татьяна Устинова - Хроника гнусных времен
Михаил Веллер - Легенды Невского проспекта
Борис Раевский - Только вперед
Алексей Некрасов - Приключения капитана Врунгеля
Герберт Уэллс - Война миров
Александр Козачинский - Зеленый фургон
Рони Старший - Борьба за огонь
Патрик Квентин - Ловушка для распутниц
Фридрих Ницше - Так говорил Заратустра
Э. Сетон-Томпсон - Рассказы о животных
Михаил Зощенко - Рассказы
Иван Шухов - Горькая лилия
Луис Рохелио Ногераси - И если я умру завтра...
Испанские новеллы XIX века
Герман Мелвилл - Моби-Дик или Белый кит
Владимир Санин - Семьдесят два градуса ниже нуля
Эдмонд Гамильтон - Звезда жизни

- Зайди, - коротко бросил Гордеев, и Настя отметила, что голос у на- 

чальника не очень-то похож на благодушный. Интересно, когда же это она 

успела провиниться и в чем? Ведь не далее как два часа назад Виктор 

Алексеевич разговаривал с ней спокойно и дружелюбно, называл деточкой и 

хвалил за удачно найденное решение. 

Вопреки ее ожиданиям, начальник вовсе не выглядел сердитым или 

расстроенным. 

- Садись, - кивнул он, когда Настя вошла. - И постарайся ничему не 

удивляться. Скажи, пожалуйста, ты газеты читаешь хотя бы иногда? 

- Хотя бы иногда, - с улыбкой подтвердила она. - Но это "иногда" слу- 

чается крайне редко. 

- И телевизор не смотришь? 

- Смотрю, но тоже не часто. 

- Значит, политикой не интересуешься? 

- Ни в малейшей степени, - твердо заверила она начальника. 

- Это плохо. Придется проводить с тобой ликбез. 

- Может, не надо, Виктор Алексеевич? - жалобно попросила Настя. - Не 

люблю я этого. 

- Надо, деточка, иначе ты ничего не поймешь. 

- Что, так сложно? - усмехнулась она недоверчиво. 

- Для меня - нет, но я газеты читаю, в отличие от тебя. Значит, так, 

Стасенька. Жил-был когда-то генерал-лейтенант Булатников, начинал рабо- 

тать в КГБ, заканчивал там же, только название было другое. И был у него 

особо доверенный человек, агент. Сауляк Павел Дмитриевич. В девяносто 

третьем году, вскоре после октябрьских событий, генерал-лейтенант Булат- 

ников погиб при невыясненных обстоятельствах, а еще через некоторое, 

очень короткое, время Павел Сауляк оказался под судом и отправился пря- 

миком в места лишения свободы. 

- Несчастный случай? - спросила Настя. - Или сам подсел? 

- Кто ж его знает, кроме самого Павла Дмитриевича, - развел руками 

Гордеев. - Но через неделю, третьего февраля, срок наказания у него за- 

канчивается, и он выходит на свободу. С ним пока все. Вернемся к Булат- 

никову. У Владимира Васильевича Булатникова были две вещи, которые оди- 

наково важны нам с тобой на сегодняшний момент. Во-первых, у него была 

репутация человека, который очень многое может, очень многое делает, но 

еще больше - знает. И во-вторых, у него был ученик, человек, которого он 

пестовал много лет, поднимал по служебной лестнице, отшлифовывал его 

мастерство и в конце концов довел его до должности собственного замести- 

теля. Фамилия этого человека - Минаев, Антон Андреевич Минаев. После ги- 

бели Булатникова на его место пришел другой человек, заместитель из чис- 

ла людей Булатникова его не устроил, и Минаеву пришлось перейти в другую 

службу, но в рамках все того же ведомства. И поскольку генерал-майор Ми- 

наев - человек, помнящий добро очень хорошо, мысль о непонятной гибели 

его покровителя и учителя все это время не давала ему покоя. 

- И он хочет задать несколько вопросов Павлу Дмитриевичу? 

- Совершенно верно, - кивнул Гордеев. 

- Так в чем проблема? Он не умеет задавать вопросы? Или он не хочет 

светиться и встречаться с этим типом лично? 

- Все он умеет и хочет. Но он, видишь ли, деточка, боится, что Сауляк 

до него просто не доедет. 

- Почему же? 

- Ну вот, конечно, я так и знал, что придется тебе все объяснять. Ты 

что, не понимаешь, кто такой Сауляк? 

- Нет, не понимаю. Что я должна понимать, кроме того, что он - коми- 

тетский агент? То обстоятельство, что вскоре после смерти Булатникова он 

оказался за решеткой, говорит только о том, что он слишком много знает, 

причем независимо от того, по чьей воле он туда отправился, по своей или 

по чужой. Причина для этого была только одна, и она очевидна. 

- Ну вот, а говоришь, что не понимаешь. Значит, ты должна отдавать 

себе отчет в том, что больше ста метров от ворот колонии Сауляк не прой- 

дет. И если, пройдя эти сто метров, он умолкнет навсегда, то это еще 

полбеды, как бы кощунственно это ни звучало. Второй вариант грозит нам 

большими неприятностями. 

- Вы думаете, его захотят похитить, чтобы вытрясти из него все, что 

он знает? 

- Мне приходится так думать. Видишь ли, деточка, ученик Булатникова 

генерал-майор Минаев располагает сведениями о том, что примерно три-че- 

тыре месяца назад кто-то стал проявлять активный интерес к осужденному 

за хулиганство Павлу Дмитриевичу. И у него есть все основания полагать, 

что к Сауляку начали подбираться, причем даже не с одной стороны, а с 

двух, а то и с трех. Сауляк работал на Булатникова и, во-первых, может 

знать, кто и почему убрал генерала, а во-вторых, может знать много тако- 

го, что очень пригодится в начинающейся предвыборной гонке. В этом деле, 

как ты понимаешь, все средства хороши, и каждый действует по мере 

собственного разумения. Кто-то начнет клеймить сволочей руководителей и 

добиваться, чтобы были выплачены задолженности по зарплате и пенсиям, 

кто-то будет доказывать, что придумал самый эффективный способ прекраще- 

ния чеченской кампании, а кто-то начнет землю рыть в поискать компры на 

соперника и его группировку. 

- Ну и прекрасно. Так я все равно не понимаю, в чем проблема. Что, у 

генерала Минаева нет возможности обеспечить Сауляку охрану? Почему эта 

проблема вдруг стала вашей, а не его? 

- Потому что Антон Андреевич Минаев не имеет в своем распоряжении 

оперативных аппаратов и не хочет огласки. Потому что Антон Андреевич Ми- 

наев обратился со своей проблемой к своему старому приятелю Александру 

Семеновичу Коновалову, а генерал Коновалов, в свою очередь, переложил ее 

на мои плечи. И потому что обеспечивать охрану Сауляка бессмысленно. Ко- 

личество перейдет в качество, но результат от этого не изменится. Если 

Сауляка будет охранять один человек - убьют или похитят обоих. Если на 

его охрану выделить пять человек - для достижения цели к воротам колонии 

явятся человек десять бандитов. Если вокруг Сауляка выстроить роту - по- 

надобится войсковая операция, чтобы его достать. Но его же все равно 

достанут, пойми это. Два года он молчал, два года от него не просочилось 


Страница 4 из 142:  Назад   1   2   3  [4]  5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52   53   54   55   56   57   58   59   60   61   62   63   64   65   66   67   68   69   70   71   72   73   74   75   76   77   78   79   80   81   82   83   84   85   86   87   88   89   90   91   92   93   94   95   96   97   98   99   100   101   102   103   104   105   106   107   108   109   110   111   112   113   114   115   116   117   118   119   120   121   122   123   124   125   126   127   128   129   130   131   132   133   134   135   136   137   138   139   140   141   142   Вперед 
  

Предупреждение читателям    Авторам Цитаты и афоризмы Написать админу
Электронная библиотека "100 лучших книг" - это субъективная подборка бесплатных произведений, собранная по принципу "один писатель - одна книга"