Лучшие книги - 100 лучших книг

100 лучших
книг
Главная Редкие книги из
100 лучших книг

Оглавление
Александр Дюма - Три мушкетёра
Джером К. Джером - Трое в лодке, не считая собаки
Агата Кристи - Десять негритят
Илья Ильф и Евгений Петров - Двенадцать стульев. Золотой теленок
Кир Булычев - 100 лет тому вперед
Жюль Верн - 20 тысяч лье под водой
Александр Грин - Алые паруса
Вальтер Скотт - Айвенго
Рождер Желязны - Хроники Амбера
Артур Конан Дойл - Собака Баскервилей
Василий Ян - Батый
Александр Беляев - Человек-амфибия
Майн Рид - Всадник без головы
Виталий Бианки - Лесные были и небылицы
Николай Гоголь - Тарас Бульба
Михаил Булгаков - Собачье сердце
Дмитрий Фурманов - Чапаев
Вячеслав Миронов - Я был на этой войне
Джеральд Даррелл - Моя семья и другие животные
Федор Достоевский - Преступление и наказание
Иван Ефремов - На краю Ойкумены
Антуан де Сент-Экзюпери - Планета людей
Братья Вайнеры - Эра милосердия
Леонид Филатов - Про Федота-стрельца
Дик Френсис - Спорт королев
Луис Ламур - Ганфайтер
Артур Хейли - Колеса
Константин Щемелинин - Я
Лев Яшин - Записки вратаря
Астрид Линдгрен - Малыш и Карлсон
Лев Кассиль - Кондуит и Швамбрания
Джеймс Оливер Кервуд - Казан
Тур Хейердал - Путешествие на Кон-Тики
Джозеф Конрад - Юность
Валентин Пикуль - Крейсера
Даниэль Дефо - Робинзон Крузо
Василий Аксенов - Остров Крым
Джим Корбетт - Кумаонские людоеды
Михаил Лермонтов - Мцыри
Джой Адамсон - Рожденная свободной
Алан Маршалл - Я умею пригать через лужи
Сэйте Мацумото - Земля-пустыня
Покровский - Охотники на мамонтов
Борис Полевой - Повесть о настоящем человеке
Редьярд Киплинг - Маугли
Вадим Кожевников - Щит и меч
Константин Паустовский - Мещерская сторона
Джек Лондон - Мексиканец
Владимир Богомолов - Момент истины
Станислав Лем - Непобедимый
Николай Носов - Приключения Незнайки и его друзей
Николай Носов - Незнайка в Солнечном городе
Николай Носов - Незнайка на Луне
Роберт Льюис Стивенсон - Остров сокровищ
Иван Гончаров - Обломов
Александр Пушкин - Евгений Онегин
Александра Маринина - Не мешайте палачу
Владимир Обручев - Плутония
Дмитрий Медведев - Это было под Ровно
Александр Покровский - Расстрелять
Михаил Пришвин - Лесной хозяин
Эрих-Мария Ремарк - На Западном фронте без перемен
Ганс-Ульрих Рудель - Пилот "Штуки"
Степан Злобин - Степан Разин
Вильям Шекспир - Ромео и Джульетта
Григорий Белых и Леонид Пантелеев - Республика ШКИД
Михаил Шолохов - Они стражились за Родину
Ярослав Гашек - Приключения бравого солдата Швейка
Леонид Соболев - Капитальный ремонт
Александр Солженицын - Один день Ивана Денисовича
Марк Твен - Приключения Тома Сойера
Рафаэлло Джованьоли - Спартак
Эдмонд Гамильтон - Звездные короли
Эрнест Хемингуэй - Старик и море
Рекс Стаут - Смерть Цезаря
Лев Толстой - Анна Каренина
Иван Тургенев - Первая любовь
Татьяна Устинова - Хроника гнусных времен
Михаил Веллер - Легенды Невского проспекта
Борис Раевский - Только вперед
Алексей Некрасов - Приключения капитана Врунгеля
Герберт Уэллс - Война миров
Александр Козачинский - Зеленый фургон
Рони Старший - Борьба за огонь
Патрик Квентин - Ловушка для распутниц
Фридрих Ницше - Так говорил Заратустра
Э. Сетон-Томпсон - Рассказы о животных
Михаил Зощенко - Рассказы
Иван Шухов - Горькая лилия
Луис Рохелио Ногераси - И если я умру завтра...
Испанские новеллы XIX века
Герман Мелвилл - Моби-Дик или Белый кит
Владимир Санин - Семьдесят два градуса ниже нуля
Эдмонд Гамильтон - Звезда жизни

к вам с пистолетом в кармане. У меня есть фотографии, видео - и магнито- 

фонные записи, подтверждающие это. Поймите же, Павел, мы здесь, на Пет- 

ровке, не боги, мы не всемогущи, и наши сотрудники не могли случайно 

оказаться в вашем подъезде, когда туда явился Князев с заданием вас 

убить. Мы разрабатывали этого посредника, именно поэтому и засекли его 

контакт с Минаевым. Неужели вас это не убеждает? 

- Нет. Наш разговор утратил предметность, вы не находите? 

Он ей не верит. Или наоборот, сразу признал ее правоту, но есть ка- 

кая-то причина, по которой он не может показать, что согласен с ней. Ко- 

нечно, он должен стоять на том, что Антон Андреевич Минаев - святее всех 

святых. "Отстрел" команды Малькова начался через несколько дней после 

того, как Павел вернулся в Москву. И закончился за два дня до того, как 

он уехал в Белгород и поселился там в гостинице. Минаев просто не может 

не иметь к этому отношения. А где Минаев - там и Павел. Так что оба бу- 

дут стоять на своей безгрешности, упираться до последнего. Ничего, Павел 

Дмитриевич, ты у меня сейчас под дых получишь. 

- Павел Дмитриевич, предметом нашего разговора является последова- 

тельность жертв. Вы отдаете себе отчет, что вы в этом ряду последний? 

Вот так, Павел Дмитриевич. А теперь думай. Пытайся угадать, что я 

имела в виду. Ни за что не угадаешь. И начнешь проецироваться. Начнешь 

говорить о том, что беспокоит тебя больше всего. Ну, давай же, начинай. 

- И кто же, по-вашему, первый в этом ряду? 

Хитришь, Паша. "Угадай слово, которое кончается на букву... ". - "А 

ты скажи, на какую букву оно начинается". Ну, скажу я тебе, кто был пер- 

вым в этом ряду. Все равно ты ничего не поймешь. Потому что этот человек 

в обоих рядах первый - и в твоем и в моем. 

- А первым был генерал Булатников. Мне казалось, что это очевидно. 

- И много ли человек в этом кровавом ряду? 

- Павел Дмитриевич, давайте прекратим игру в угадайку. Вы прекрасно 

понимаете, о чем идет речь. И продолжаете покрывать Минаева, как будто 

он вам сделал много хорошего в жизни. Он убийцу к вам послал, вы хоть 

понимаете это? Он перевербовал вашего помощника, уж не знаю, как ему это 

удалось, шантажом или деньгами, но он сделал так, что ваш помощник пос- 

лал к вам наемника. 

- Это бездоказательно, - равнодушно сказал Сауляк. - Я не знаю, о ка- 

ком помощнике вы говорите. И вообще я вам не верю. 

- И напрасно, - ответила Настя почти весело, - хотите, кино покажу? 

Сами увидите, как Михаил Давидович Ларкин вводит вашего несостоявшегося 

убийцу в гипнотический транс и внушает ему вас убить. Даже адрес ваш ему 

называет, чтобы, значит, тот ненароком не ошибся. 

- Это чушь, - медленно произнес Павел. 

Скрывать факт знакомства с Мишей было бы глупо, все женщины, прихо- 

дившие к Ларкину на прием, видели Павла. Если их разыскали, то отпи- 

раться бессмысленно. 

- Это чушь, - сказал он, тщательно взвешивая каждое слово. - Я 

действительно знаком с психотерапевтом Ларкиным, но не настолько близко, 

чтобы давать ему повод убивать себя. И потом, я не давал ему своего ад- 

реса. И вряд ли он мог узнать его каким бы то ни было способом. Он ведь 

даже фамилии моей не знает. 

- Вот видите, значит, ваш адрес ему кто-то дал. Кто-то, кто знает ва- 

шу фамилию, адрес, а также то, что вы вернулись в Москву и должны ровно 

в двенадцать дня выйти из квартиры. Наемник не ждал вас, Павел Дмитрие- 

вич. Он вошел в подъезд без пяти двенадцать. Вы все еще сомневаетесь? 

Он не сомневался. Но разве мог он признаться, что между ним и генера- 

лом Минаевым существует тайна, из-за которой Павел стал для него опасен. 

- Вы меня не убедили. Я не вижу, зачем Минаеву убирать меня. Он при- 

ложил столько усилий к тому, чтобы вытащить меня из Самары целым и нев- 

редимым. Вам ли этого не знать. - Тут он позволил себе чуть-чуть усмех- 

нуться. - Он столько сделал для того, чтобы я уцелел. 

- Хорошо, допустим. А Рита? 

- Что - Рита? - вздрогнул он от неожиданности. 

- Маргарита Дугенец тоже входила в вашу группу? 

- Я не понимаю, о чем вы. Рита просто была моей невестой. 

Сердце забухало в груди, как кузнечный молот. Почему она спросила об 

этом? Что ей известно? 

- Одно не исключает другого. Она могла быть вашей невестой и одновре- 

менно вашей помощницей. 

- Да не было у меня никаких помощников, - раздраженно сказал Павел. - 

Что вы себе напридумывали, ей-богу! 

- Да? 

Ее голос донесся как будто откуда-то издалека. Сауляк сообразил, что 

у него резко подскочило давление и заложило уши. 

- Тогда послушайте историю, которую я вам расскажу. Вы ее не знаете. 

Совсем не знаете. Поэтому вам будет интересно. 

Сейчас она начнет говорить о Булатникове и группе Малькова. Наверняка 

нахваталась обрывочной информации и теперь будет пытаться склеить из нее 

более или менее гладкую историю, в которой концы с концами не сойдутся. 

Ну ладно, пусть рассказывает, Павел за это время немного придет в себя. 

- Генерал Минаев всегда ненавидел своего начальника и старшего това- 

рища Булатникова. Терпеть его не мог. Готов был на стенку лезть от нена- 

висти и злобы. Минаев завидовал ему, потому что не понимал, откуда у Бу- 

латникова такая власть и такие деньги. И поставил перед собой задачу вы- 

яснить это. Ну как, Павел Дмитриевич, интересно? 

Павел поднял на нее растерянный взгляд. Она говорила совсем не о том. 

И она говорила вещи, которых он действительно не знал. 

- Продолжайте, - сдержанно ответил он, стараясь не выказать любо- 

пытства. 

- Антон Андреевич, пользуясь разными запрещенными приемами, узнал, 

что у Булатникова есть вы, Павел Сауляк, а у вас. - группа. Но кто эти 

люди и сколько их, он так и не смог узнать. Хотя очень старался. Зато он 

понял, как действует ваша группа, какие приемы работы применяет. И сооб- 

разил, что это - золотое дно. Группу он решил прибрать к рукам. И что же 

он сделал в первую очередь, как вы думаете? 


Страница 139 из 142:  Назад   1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52   53   54   55   56   57   58   59   60   61   62   63   64   65   66   67   68   69   70   71   72   73   74   75   76   77   78   79   80   81   82   83   84   85   86   87   88   89   90   91   92   93   94   95   96   97   98   99   100   101   102   103   104   105   106   107   108   109   110   111   112   113   114   115   116   117   118   119   120   121   122   123   124   125   126   127   128   129   130   131   132   133   134   135   136   137   138  [139]  140   141   142   Вперед 
  

Предупреждение читателям    Авторам Цитаты и афоризмы Написать админу
Электронная библиотека "100 лучших книг" - это субъективная подборка бесплатных произведений, собранная по принципу "один писатель - одна книга"