Лучшие книги - 100 лучших книг

100 лучших
книг
Главная Редкие книги из
100 лучших книг

Оглавление
Александр Дюма - Три мушкетёра
Джером К. Джером - Трое в лодке, не считая собаки
Агата Кристи - Десять негритят
Илья Ильф и Евгений Петров - Двенадцать стульев. Золотой теленок
Кир Булычев - 100 лет тому вперед
Жюль Верн - 20 тысяч лье под водой
Александр Грин - Алые паруса
Вальтер Скотт - Айвенго
Рождер Желязны - Хроники Амбера
Артур Конан Дойл - Собака Баскервилей
Василий Ян - Батый
Александр Беляев - Человек-амфибия
Майн Рид - Всадник без головы
Виталий Бианки - Лесные были и небылицы
Николай Гоголь - Тарас Бульба
Михаил Булгаков - Собачье сердце
Дмитрий Фурманов - Чапаев
Вячеслав Миронов - Я был на этой войне
Джеральд Даррелл - Моя семья и другие животные
Федор Достоевский - Преступление и наказание
Иван Ефремов - На краю Ойкумены
Антуан де Сент-Экзюпери - Планета людей
Братья Вайнеры - Эра милосердия
Леонид Филатов - Про Федота-стрельца
Дик Френсис - Спорт королев
Луис Ламур - Ганфайтер
Артур Хейли - Колеса
Константин Щемелинин - Я
Лев Яшин - Записки вратаря
Астрид Линдгрен - Малыш и Карлсон
Лев Кассиль - Кондуит и Швамбрания
Джеймс Оливер Кервуд - Казан
Тур Хейердал - Путешествие на Кон-Тики
Джозеф Конрад - Юность
Валентин Пикуль - Крейсера
Даниэль Дефо - Робинзон Крузо
Василий Аксенов - Остров Крым
Джим Корбетт - Кумаонские людоеды
Михаил Лермонтов - Мцыри
Джой Адамсон - Рожденная свободной
Алан Маршалл - Я умею пригать через лужи
Сэйте Мацумото - Земля-пустыня
Покровский - Охотники на мамонтов
Борис Полевой - Повесть о настоящем человеке
Редьярд Киплинг - Маугли
Вадим Кожевников - Щит и меч
Константин Паустовский - Мещерская сторона
Джек Лондон - Мексиканец
Владимир Богомолов - Момент истины
Станислав Лем - Непобедимый
Николай Носов - Приключения Незнайки и его друзей
Николай Носов - Незнайка в Солнечном городе
Николай Носов - Незнайка на Луне
Роберт Льюис Стивенсон - Остров сокровищ
Иван Гончаров - Обломов
Александр Пушкин - Евгений Онегин
Александра Маринина - Не мешайте палачу
Владимир Обручев - Плутония
Дмитрий Медведев - Это было под Ровно
Александр Покровский - Расстрелять
Михаил Пришвин - Лесной хозяин
Эрих-Мария Ремарк - На Западном фронте без перемен
Ганс-Ульрих Рудель - Пилот "Штуки"
Степан Злобин - Степан Разин
Вильям Шекспир - Ромео и Джульетта
Григорий Белых и Леонид Пантелеев - Республика ШКИД
Михаил Шолохов - Они стражились за Родину
Ярослав Гашек - Приключения бравого солдата Швейка
Леонид Соболев - Капитальный ремонт
Александр Солженицын - Один день Ивана Денисовича
Марк Твен - Приключения Тома Сойера
Рафаэлло Джованьоли - Спартак
Эдмонд Гамильтон - Звездные короли
Эрнест Хемингуэй - Старик и море
Рекс Стаут - Смерть Цезаря
Лев Толстой - Анна Каренина
Иван Тургенев - Первая любовь
Татьяна Устинова - Хроника гнусных времен
Михаил Веллер - Легенды Невского проспекта
Борис Раевский - Только вперед
Алексей Некрасов - Приключения капитана Врунгеля
Герберт Уэллс - Война миров
Александр Козачинский - Зеленый фургон
Рони Старший - Борьба за огонь
Патрик Квентин - Ловушка для распутниц
Фридрих Ницше - Так говорил Заратустра
Э. Сетон-Томпсон - Рассказы о животных
Михаил Зощенко - Рассказы
Иван Шухов - Горькая лилия
Луис Рохелио Ногераси - И если я умру завтра...
Испанские новеллы XIX века
Герман Мелвилл - Моби-Дик или Белый кит
Владимир Санин - Семьдесят два градуса ниже нуля
Эдмонд Гамильтон - Звезда жизни

воскресной школы. Но еще больше, чем адского огня, я боялся стать подлизой. 

Когда, охотясь за кроликами, Мэг повредила себе плечо, я почувствовал, 

что бог сильно подвел меня, и решил в будущем сам заботиться о благополучии 

Мэг, отказавшись от его услуг. В этот вечер я не молился. 

Заговаривая о боге, отец всегда его критиковал, но мне его отношение к 

богу нравилось: оно означало, что я могу положиться на отца, если бог 

окажется не на высоте, - недаром отец перевязал плечо Мэг, Но все же меня 

беспокоил тон, каким он говорил о боге. 

Однажды отец отвел кобылу к старику Дину, у которого был жеребец. Дин 

спросил, какой масти хотел бы он получить жеребенка. 

- Я знаю способ, чтобы сделать любую масть, - хвастал Дин. 

- А можешь ли ты сделать так, чтобы был жеребец или, скажем, кобыла? - 

спросил отец. 

- Не могу, - благочестиво ответил Дин, - это зависит только от бога. 

Я прислушивался к их разговору, и то, как отец отнесся к этому 

заявлению Дина, убедило меня, что он не очень-то высоко ставит бога, когда 

дело касается лошадей. Но зато я проникся еще большей верой в отца. Я решил, 

что такие люди, как мой отец, сильнее бога. 

Но больные были непохожи на здоровых. Боль лишала их чего-то, что я в 

людях очень ценил, но не мог определить. Некоторые из них по ночам взывали к 

богу, и мне это не нравилось. По моему мнению, они не должны были этого 

делать. Мне трудно было допустить мысль, что и взрослые могут испытывать 

страх. Я считал, что для взрослых не существует ни страха, ни боли, ни 

нерешительности. 

На кровати справа от меня лежал грузный, неуклюжий человек, которому 

соломорезка раздробила кисть. Днем он бродил по палате, разговаривая с 

больными, выполнял их поручения, приносил им то, что они просили. 

Он наклонялся над кроватью, расплываясь в слюнявой улыбке, и 

заискивающе спрашивал: 

- Ну, как дела, в порядке? Не нужно ля тебе чего-нибудь? 

Его манера держаться была мне неприятна - может; быть, потому, что он 

был добр и услужлив не из сострадания, а из страха. Ему грозила опасность 

потерять руку, - но ведь милосердие божие велико, и господь не оставит того, 

кто помогает больным. Мик, ирландец, лежавший наискосок от меня, всегда 

отказывался от его услуг, хотя и самым дружелюбным образом. 

Как-то раз, когда тот отлучился из палаты, Мик сказал 

- Он словно собака, приученная к поноске... Всякий когда он подходит ко 

мне, меня так и подмывает бросить палку, чтобы он принес ее обратно. 

Этот больной никогда не лежал в постели спокойно, а вертелся с боку на 

бок, садился и снова ложился. Он то и дело взбивал свою подушку, поворачивал 

ее и так и этак и хмуро поглядывал на нее. Когда наступал вечер, он брал со 

своей тумбочки маленький молитвенник. Выражение его лица менялось, и он 

сразу переставал ворочаться. Из тайников души он извлекал приличествующую 

случаю серьезность и облекался в нее, как в платье. 

Запястье своей искалеченной и забинтованной руки он обвил цепочкой, к 

которой было прикреплено миниатюрное распятие. Он напряженно и 

сосредоточенно по нескольку минут прижимал к губам металлический крестик. 

Ему, по-видимому, казалось, что при чтении молитвенника он не проявляет 

достаточной набожности; две глубокие складки залегали между его бровями, я 

он медленно шевелил губами, произнося слова молитвы. 

Как-то вечером Мик, некоторое время наблюдавший за ним, пришел к 

заключению, что набожность этого человека лишь подчеркивает ее отсутствие у 

него, Мика. 

- Что он о себе воображает? - сказал он, посмотрев на меня. 

- Не знаю, - ответил я. 

- Никто не может сказать, что я пренебрегаю религией, - пробормотал 

Мик, сосредоточенно рассматривая ноготь. Покусав его, он добавил: - Разве 

что изредка. 

Он неожиданно улыбнулся: 

- Вот возьми мою старуху мать. Лучшей женщины на свете не бывало - 

можешь поверить, хотя говорю это я сам. Это так. Да и другие то же скажут. 

Спроси кого хочешь - в Борлике или хоть во всей округе. Там все ее знали. В 

ясное утро скажешь ей, бывало; "Бог хорош, а, мамаша?" А она ответит: "Само 

собой, Мик, только и черт не плох". Теперь таких нет. 

Мик был невысокий, подвижный человек. Он любил поговорить. У него была 

повреждена рука, и по утрам ему разрешалось вставать, чтобы сходить в ванную 

умыться. Вернувшись, он останавливался у своей кровати и, посмотрев на нее 

сверху вниз, закатывал рукава пижамы, словно собираясь вкапывать столб для 

забора, затем забирался под одеяло, подпирал подушками спину, клал руки 

перед собой на одеяло и с довольным выражением лица оглядывал палату, словно 

в предвкушении чего-то приятного. 

- Он дожидается, чтобы его завели, - говорил о нем в такие минуты 

Ангус. 

Иногда Мик, изумленно хмурясь, принимался разглядывать свою руку и 

повторял при этом: 

- Будь я проклят, если понимаю, как это случилось. Только что рука была 

цела и невредима - я бросил мешок с пшеницей на подводу, и вдруг как она 

хрястнет. Вот так всегда: здоров, здоров, а потом сразу и сляжешь. 

- Тебе еще повезло, - вставлял свое замечание Ангус. - Еще два-три дня, 

и будешь снова сидеть в пивной. А вот насчет Фрэнка ты слыхал? 

- Нет. 

- Так вот, он умер. 

- Не может быть! Подумать только! - воскликнул Мик. - Я же и говорю: 

сейчас ты бегаешь молодцом, а через минуту лежишь мертвецом. Когда он 

выписывался во вторник, он был здоров. Как же это? 

- Разрыв сердца. 

- Это тоже скверная штука - никогда заранее не угадаешь, - произнес 

Мик. 

Он угрюмо замолчал и просидел так до самого завтрака; но когда сиделка 

с подносом подошла к нему, он повеселел и обратился к ней с вопросом: 

- Скажи, пожалуйста, когда ты меня полюбишь? 

Сиделки в белых накрахмаленных передниках, розовых кофточках и ботинках 


Страница 9 из 77:  Назад   1   2   3   4   5   6   7   8  [9]  10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52   53   54   55   56   57   58   59   60   61   62   63   64   65   66   67   68   69   70   71   72   73   74   75   76   77   Вперед 
  

Предупреждение читателям    Авторам Полезные ссылки Написать админу
Электронная библиотека "100 лучших книг" - это субъективная подборка бесплатных произведений, собранная по принципу "один писатель - одна книга"