Лучшие книги - 100 лучших книг

100 лучших
книг
Главная Редкие книги из
100 лучших книг

Оглавление
Александр Дюма - Три мушкетёра
Джером К. Джером - Трое в лодке, не считая собаки
Агата Кристи - Десять негритят
Илья Ильф и Евгений Петров - Двенадцать стульев. Золотой теленок
Кир Булычев - 100 лет тому вперед
Жюль Верн - 20 тысяч лье под водой
Александр Грин - Алые паруса
Вальтер Скотт - Айвенго
Рождер Желязны - Хроники Амбера
Артур Конан Дойл - Собака Баскервилей
Василий Ян - Батый
Александр Беляев - Человек-амфибия
Майн Рид - Всадник без головы
Виталий Бианки - Лесные были и небылицы
Николай Гоголь - Тарас Бульба
Михаил Булгаков - Собачье сердце
Дмитрий Фурманов - Чапаев
Вячеслав Миронов - Я был на этой войне
Джеральд Даррелл - Моя семья и другие животные
Федор Достоевский - Преступление и наказание
Иван Ефремов - На краю Ойкумены
Антуан де Сент-Экзюпери - Планета людей
Братья Вайнеры - Эра милосердия
Леонид Филатов - Про Федота-стрельца
Дик Френсис - Спорт королев
Луис Ламур - Ганфайтер
Артур Хейли - Колеса
Константин Щемелинин - Я
Лев Яшин - Записки вратаря
Астрид Линдгрен - Малыш и Карлсон
Лев Кассиль - Кондуит и Швамбрания
Джеймс Оливер Кервуд - Казан
Тур Хейердал - Путешествие на Кон-Тики
Джозеф Конрад - Юность
Валентин Пикуль - Крейсера
Даниэль Дефо - Робинзон Крузо
Василий Аксенов - Остров Крым
Джим Корбетт - Кумаонские людоеды
Михаил Лермонтов - Мцыри
Джой Адамсон - Рожденная свободной
Алан Маршалл - Я умею пригать через лужи
Сэйте Мацумото - Земля-пустыня
Покровский - Охотники на мамонтов
Борис Полевой - Повесть о настоящем человеке
Редьярд Киплинг - Маугли
Вадим Кожевников - Щит и меч
Константин Паустовский - Мещерская сторона
Джек Лондон - Мексиканец
Владимир Богомолов - Момент истины
Станислав Лем - Непобедимый
Николай Носов - Приключения Незнайки и его друзей
Николай Носов - Незнайка в Солнечном городе
Николай Носов - Незнайка на Луне
Роберт Льюис Стивенсон - Остров сокровищ
Иван Гончаров - Обломов
Александр Пушкин - Евгений Онегин
Александра Маринина - Не мешайте палачу
Владимир Обручев - Плутония
Дмитрий Медведев - Это было под Ровно
Александр Покровский - Расстрелять
Михаил Пришвин - Лесной хозяин
Эрих-Мария Ремарк - На Западном фронте без перемен
Ганс-Ульрих Рудель - Пилот "Штуки"
Степан Злобин - Степан Разин
Вильям Шекспир - Ромео и Джульетта
Григорий Белых и Леонид Пантелеев - Республика ШКИД
Михаил Шолохов - Они стражились за Родину
Ярослав Гашек - Приключения бравого солдата Швейка
Леонид Соболев - Капитальный ремонт
Александр Солженицын - Один день Ивана Денисовича
Марк Твен - Приключения Тома Сойера
Рафаэлло Джованьоли - Спартак
Эдмонд Гамильтон - Звездные короли
Эрнест Хемингуэй - Старик и море
Рекс Стаут - Смерть Цезаря
Лев Толстой - Анна Каренина
Иван Тургенев - Первая любовь
Татьяна Устинова - Хроника гнусных времен
Михаил Веллер - Легенды Невского проспекта
Борис Раевский - Только вперед
Алексей Некрасов - Приключения капитана Врунгеля
Герберт Уэллс - Война миров
Александр Козачинский - Зеленый фургон
Рони Старший - Борьба за огонь
Патрик Квентин - Ловушка для распутниц
Фридрих Ницше - Так говорил Заратустра
Э. Сетон-Томпсон - Рассказы о животных
Михаил Зощенко - Рассказы
Иван Шухов - Горькая лилия
Луис Рохелио Ногераси - И если я умру завтра...
Испанские новеллы XIX века
Герман Мелвилл - Моби-Дик или Белый кит
Владимир Санин - Семьдесят два градуса ниже нуля
Эдмонд Гамильтон - Звезда жизни

Большой и неожиданной удачей было то, что тигрица, пройдя полдюжины шагов вправо, стала почти прямо против места, куда были направлены стволы моего ружья. Если бы тигрица продолжала движение в направлении, по которому шла до моего последнего призыва, мой рассказ или вообще не был бы написан, или имел другой конец, так как тогда я не мог бы взять лежавшее на закругленной вершине скалы ружье, не мог бы удержать его и стрелять. Близость тигрицы и меркнущий свет дали возможность хорошо видеть только ее голову. Моя первая пуля ударила ее под правый глаз, а вторая, выпущенная скорее случайно, чем намеренно, попала ей в горло. Тигрица упала, уткнувшись носом в скалу. Отдача правого ствола нарушила мое равновесие, а отдача левого ствола - я стрелял в воздухе при падении - сильно ударила прикладом по нижней челюсти и сбросила меня вниз головой прямо на моих спутников и коз. И еще раз я считаю долгом обнажить голову перед теми четырьмя спутниками, которые, зная в сущности только то, что к ним приближалась тигрица, поддержали меня при падении и спбщли от увечья; а ружье - от поломки. 

Когда я высвободился из кучи людских и козьих ног, я взял ружье у державшего его человека, вложил в магазин обойму и послал в долину пять выстрелов, разнесшихся через реку, Сарда до Непала. Для тысяч людей, находившихся в долине и окрестных деревнях и с волнением ожидавших звуков моего ружья, два выстрела могли ничего не значить. Но два выстрела, за которыми с ровными пятисекундными промежутками последовали еще пять, могли быть поняты только как весть о том, что людоед перестал существовать. 

Я не разговаривал со своими людьми с того времени, как мы услышали первый рев тигрицы на горном хребте. Когда я им сказал, что тигрица убита и что теперь нам опасаться нечего, они, по-видимому, не сразу поняли значение моих слов. Я посоветовал им пойти и посмотреть, а сам присел и скрутил папиросу. Люди с большой опаской взобрались на скалу, но не решились идти дальше, так как я сказал, что тигрица лежит прямо у той стороны скалы. 

Поздно ночью, сидя у костра и вновь и вновь рассказывая жадным слушателям о событиях дня, мои спутники неизменно кончали повествование такими словами: "И тогда тигр, рев которого превращал наши внутренности в воду, ударил саиба по голове и сбросил его со скалы прямо на нас; если вы не верите, посмотрите на лицо саиба". Зеркало в лагере не нужно, но, если бы оно и было, оно не могло бы дать надлежащего представления о размерах и болезненности опухоли моей челюсти, вынудившей меня провести неделю на молочной диете. 

Пока срубили деревце и привязали к нему тигра, в долине Ладхия и в окрестных деревнях заблестели огни. Мои спутники очень хотели, чтобы честь нести тигрицу в лагерь была предоставлена только им, но тяжесть превышала их силы, и поэтому, оставив их на месте, я пошел за подмогой. 

За время моего троекратного пребывания в Чука в последние восемь месяцев я много раз ходил по этой тропе с заряженным ружьем в руках, а теперь я мог идти в темноте безоружный, остерегаясь только падения. Если одно из самых больших удовлетворении, которое можно испытывать, - это внезапное прекращение сильной боли, то другое, не меньшее, - неожиданное прекращение чувства сильного страха. Часом раньше без помощи диких слонов нельзя было бы заставить выйти из домов и лагерей тех людей, которые теперь с песнями и криками, группами и в одиночку собирались отовсюду на тропу, шедшую в Так. Некоторые из людей пришли помочь нести тигрицу, другие провожали меня до моего лагеря и несли бы меня на руках, если бы я им это разрешил. Я продвигался очень медленно, так как приходилось делать частые остановки, чтобы позволить всем вновь прибывшим выразить свою благодарность так, как им этого хотелось. Поэтому мои помощники, несшие тигрицу, догнали меня, и мы вошли в деревню одновременно. Я не могу описать всех приветствий, адресованных мне и моим спутникам, или сцен, свидетелем которых я был в эту ночь в Чука, - проведя большую часть жизни в джунглях, я не обладаю даром красноречия. 

Разобрали стог и положили на сено тигрицу, вблизи развели огромный костер и для освещения, и для теплоты, так как ночь была темной и дул холодный северный ветер. Около полуночи мои слуги при помощи такского старосты и Кунвар-синга, близ дома которого находился мой лагерь, убедили толпу разойтись по деревням и лагерям, сказав, что они имеют полную возможность насмотреться на тигрицу завтра. Уходя, такский староста сказал мне, что завтра утром он предложит жителям Така вернуться в деревню. Через два дня все крестьяне вернулись в свои жилища и продолжали обычные занятия. 

После обеда в полночь я позвал Кунвар-синга и сказал ему, что для выполнения своего обещания вернуться домой в назначенное время я должен уйти в ближайшие часы и что он должен объяснить населению причину моего ухода. Кунвар-синг обещал это сделать, а я занялся съемкой шкуры с тигрицы. Снимать шкуру с тигра при помощи карманного ножа - долгая работа, но только она дает возможность рассмотреть как следует зверя, а когда дело идет о людоеде, то выяснить более или менее причину, почему зверь стал людоедом. 

Тигрица была сравнительно молодым животным, находилась в хорошем состоянии, как это и должно было быть в начале брачного сезона. Ее темный зимний мех был безупречным и, несмотря на то что она упорно отказывалась от предлагавшихся ей приманок, она была очень жирной. У тигрицы были две огнестрельные раны, незаметные при наружном осмотре. Одна в левом плече от нескольких самодельных дробин, вызвавшая в свое время септическое воспаление, в результате чего шкура после заживания раны на большом участке срослась с мышцами; в какой мере это отражалось на общем состоянии зверя, судить трудно, но было несомненно, что заживление такой раны требовало долгого времени, и это могло быть причиной того, что тигрица стала людоедом. Другая рана в правом плече была также сделана дробью, но зажила без осложнений. Эти две раны, полученные тигром около добычи еще до того, как он стал людоедом, хорошо объясняли то, что тигрица более не возвращалась к добыче (будь то ее человеческие жертвы или что-либо другое), над которой я устраивал засидки. 


Страница 64 из 65:  Назад   1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52   53   54   55   56   57   58   59   60   61   62   63  [64]  65   Вперед 
  

Предупреждение читателям    Авторам Цитаты и афоризмы Написать админу
Электронная библиотека "100 лучших книг" - это субъективная подборка бесплатных произведений, собранная по принципу "один писатель - одна книга"