Лучшие книги - 100 лучших книг

100 лучших
книг
Главная Редкие книги из
100 лучших книг

Оглавление
Александр Дюма - Три мушкетёра
Джером К. Джером - Трое в лодке, не считая собаки
Агата Кристи - Десять негритят
Илья Ильф и Евгений Петров - Двенадцать стульев. Золотой теленок
Кир Булычев - 100 лет тому вперед
Жюль Верн - 20 тысяч лье под водой
Александр Грин - Алые паруса
Вальтер Скотт - Айвенго
Рождер Желязны - Хроники Амбера
Артур Конан Дойл - Собака Баскервилей
Василий Ян - Батый
Александр Беляев - Человек-амфибия
Майн Рид - Всадник без головы
Виталий Бианки - Лесные были и небылицы
Николай Гоголь - Тарас Бульба
Михаил Булгаков - Собачье сердце
Дмитрий Фурманов - Чапаев
Вячеслав Миронов - Я был на этой войне
Джеральд Даррелл - Моя семья и другие животные
Федор Достоевский - Преступление и наказание
Иван Ефремов - На краю Ойкумены
Антуан де Сент-Экзюпери - Планета людей
Братья Вайнеры - Эра милосердия
Леонид Филатов - Про Федота-стрельца
Дик Френсис - Спорт королев
Луис Ламур - Ганфайтер
Артур Хейли - Колеса
Константин Щемелинин - Я
Лев Яшин - Записки вратаря
Астрид Линдгрен - Малыш и Карлсон
Лев Кассиль - Кондуит и Швамбрания
Джеймс Оливер Кервуд - Казан
Тур Хейердал - Путешествие на Кон-Тики
Джозеф Конрад - Юность
Валентин Пикуль - Крейсера
Даниэль Дефо - Робинзон Крузо
Василий Аксенов - Остров Крым
Джим Корбетт - Кумаонские людоеды
Михаил Лермонтов - Мцыри
Джой Адамсон - Рожденная свободной
Алан Маршалл - Я умею пригать через лужи
Сэйте Мацумото - Земля-пустыня
Покровский - Охотники на мамонтов
Борис Полевой - Повесть о настоящем человеке
Редьярд Киплинг - Маугли
Вадим Кожевников - Щит и меч
Константин Паустовский - Мещерская сторона
Джек Лондон - Мексиканец
Владимир Богомолов - Момент истины
Станислав Лем - Непобедимый
Николай Носов - Приключения Незнайки и его друзей
Николай Носов - Незнайка в Солнечном городе
Николай Носов - Незнайка на Луне
Роберт Льюис Стивенсон - Остров сокровищ
Иван Гончаров - Обломов
Александр Пушкин - Евгений Онегин
Александра Маринина - Не мешайте палачу
Владимир Обручев - Плутония
Дмитрий Медведев - Это было под Ровно
Александр Покровский - Расстрелять
Михаил Пришвин - Лесной хозяин
Эрих-Мария Ремарк - На Западном фронте без перемен
Ганс-Ульрих Рудель - Пилот "Штуки"
Степан Злобин - Степан Разин
Вильям Шекспир - Ромео и Джульетта
Григорий Белых и Леонид Пантелеев - Республика ШКИД
Михаил Шолохов - Они стражились за Родину
Ярослав Гашек - Приключения бравого солдата Швейка
Леонид Соболев - Капитальный ремонт
Александр Солженицын - Один день Ивана Денисовича
Марк Твен - Приключения Тома Сойера
Рафаэлло Джованьоли - Спартак
Эдмонд Гамильтон - Звездные короли
Эрнест Хемингуэй - Старик и море
Рекс Стаут - Смерть Цезаря
Лев Толстой - Анна Каренина
Иван Тургенев - Первая любовь
Татьяна Устинова - Хроника гнусных времен
Михаил Веллер - Легенды Невского проспекта
Борис Раевский - Только вперед
Алексей Некрасов - Приключения капитана Врунгеля
Герберт Уэллс - Война миров
Александр Козачинский - Зеленый фургон
Рони Старший - Борьба за огонь
Патрик Квентин - Ловушка для распутниц
Фридрих Ницше - Так говорил Заратустра
Э. Сетон-Томпсон - Рассказы о животных
Михаил Зощенко - Рассказы
Иван Шухов - Горькая лилия
Луис Рохелио Ногераси - И если я умру завтра...
Испанские новеллы XIX века
Герман Мелвилл - Моби-Дик или Белый кит
Владимир Санин - Семьдесят два градуса ниже нуля
Эдмонд Гамильтон - Звезда жизни

- ОНИ, - сказал он очень спокойно (вдруг пришло к нему полное спокойствие) и даже с некоторой злинкой, - они тоже не турки. 

Возникла пауза. Ошеломление. Некоторый короткий ступор. Кузенков срезал шутку одного из "портретов"! Ловкой репликой лишил ее далеко идущего смысла! Все участники совещания тут же углубились в бумаги, оставляя Марлена Михайловича наедине с "Пренеприятнейшим". Тот сидел набычившись и глядя на свои застывшие пальцы - все мешочки на его лице обвисли, картина была почти неприличная. 

И вдруг - с небольшим опозданием - в кабинете прозвучал смех. Смеялось "Видное лицо", крутило головой, не без лукавинки и с явным одобрением поглядывало на Кузенкова. 

- А ведь и впрямь, товарищи, они ведь тоже не турки, - заговорило "Видное лицо", - Марлен-то Михайлович прав, войско там русское, а русские туркам, - он посмотрел на "Пренеприятнейшего", - завсегда вставляли. 

В очках "Окающего" промелькнул неопознанный огонек. "Замкнутый" занимался орнаментом. 

Марлен Михайлович вдруг понял, что "Видное лицо" и "Пренеприятнейший" - очевидные соперники. 

- Что же тут предполагается? - "Пренеприятнейший" смотрел опять на "Видное лицо", хотя адресовался к Марлену Михайловичу. - Что же тут, сравнивается наша мощь с силенками белых? Ставится под вопрос успех военного решения проблемы? - Голос крепчал с каждым словом. - Америка перед нами дрожит, а тут какая-то мелкая сволочь. Да наши батьки, почти безоружные, саблями да штыками гнали их по украинским степям, как зайцев! "Вооруженные силы Острова - это очень серьезно", - процитировал он с издевкой Марлена Михайловича. 

Марлену Михайловичу показалось, что "Видное лицо" еле заметно ему подмигнуло, но он и без этой поддержки странным образом становился вес тверже, не трусил перед "Пренеприятнейшим" и наполнялся решимостью выразить свою точку зрения, то есть еще и еще раз подчеркнуть неоднозначность, сложность островной проблемы. 

- Сейчас я объясню, - сказал он. - Боевая мощь крымской армии действительно находится на очень высоком уровне и. если предположить, что десантное соединение генерала N - турки (или, скажем, американцы), то можно не сомневаться в том, что оно будет разбито крымчанами наголову. Однако... - Он увидел, что "Пренеприятнейший" уже открыл рот, чтобы его прервать, но не замолчал, а продолжил: - Однако с полной уверенностью могу сказать: никогда ни один крымский солдат не выстрелит по советскому солдату. Речь идет не о военной проблематике, а о состоянии умов. Некоторые влиятельные военные в Крыму даже считают своих "форсиз" частью Советской Армии. В принципе наше Министерство обороны могло бы уже сейчас посылать им свои циркуляры. 

- Что за чушь! - вскричал тут "Пренеприятнейший". - Да ведь они же белые! 

- Они были белыми, - возразил Марлен Михайлович, в душе ужасаясь неосведомленности "вождя". - Их деды были белыми, товарищ (фамилия "Пренеприятнейшего"). 

- Да ведь там вес эти партии остались, - брезгливо скривился "Пренеприятнейший", - и "кадеты", и "октябристы"... 

- В Крыму зарегистрировано свыше сорока политических партий, среди которых есть и упомянутые, - сухо сказал Марлен Михайлович. 

Дерзость его, заключавшаяся в этой сухости, видимо, поразила "Пренеприятнейшего", он даже рот слегка приоткрыл. Впрочем, возможно, он был потрясен распадом одного священного величественного слова на сорок равнозвучных, но ничтожных. Кузенков заметил за стеклами "Окающего" почти нестарческое любопытство. Явное одобрение сквозило во взгляде "Видного лица". 

- не забудьте упомянуть о Союзе Общей Судьбы, Марлен Михайлович, - сказало оно. 

- Да-да, самым важным событием в политической жизни Острова является возникновение Союза Общей Судьбы, - сказал Марлен Михайлович, - во главе которого стоят влиятельные лица среднего поколения русской группы населения. 

- Очень важное событие, - иронически произнес "Пренеприятнейший". - Прогрессивные силы? 

- Ни в коей мере нельзя назвать этих людей прогрессивными силами в нашем понимании, - сказал Марлен Михайлович. 

- О-хо-хо, мороки-то с этим воссоединением, - вдруг заговорил "Окающий". - Куда нам всех этих островитян девать? Сорок партий, да и наций, почитай, столько же... кроме коренных-то, татар-то, и наших русаков полно, и греков, и арабов, иудеи тоже, итальянцы... о-хо-хо... даже, говорят, англичане там сеть... 

- В решении подобных вопросов партия накопила большой опыт, - высказался "Пренеприятнейший". - Многопартийность, как вы, конечно, понимаете, это вопрос нескольких дней. С национальностями сложнее, однако, думаю, что грекам место в Греции, итальянцам - в Италии, русским - в России и так далее. 

Все помощники, и Марлен Михайлович, и даже "Видное лицо" теперь чутко молчали. Разговор теперь пошел между "портретами", и нужно было только надлежащим образом внимать. 

- Высылка? - проскрипел "Окающий". - Ох, неохота опять такими делами заниматься. 

- не высылка, а хорошо сбалансированное переселение, - сказал "Пренеприятнейший", - не так, как раньше. - Он усмехнулся. - С соблюдением всех гуманистических норм. Переселение всех пришлых нацгрупп. Коренное население, то есть крымские татары, конечно, будут нетронуты и образуют автономию в составе, скажем. Грузинской ССР. 

- Красивая идея-то, - сказал "Окающий" и почесал затылок. - Ох, однако, мороки-то будет! С американцами договариваться... 

- Договоримся, - надменно улыбнулся "Пренеприятнейший". - Дело, конечно, непростое, но не следует и переоценивать. Идеологический выигрыш от ликвидации остатков другой России будет огромным. 

- А экономический-то, - прокряхтел "Окающий". - Сколько добра-то к нам с Острова течет - валюта, электроника... 

- На идеологии мы не экономим, - сказал "Пренеприятнейший". 

- Ваши предложения, товарищ Кузенков, - вдруг произнес "Замкнутый", отодвинул от себя полностью завершенный орнамент и поднял на Марлена Михайловича очень спокойные и очень недобренькие глаза. 

Заряд адреналинчика выплеснулся в кровь Марлена Михайловича от этого неожиданного вопроса. На мгновение он как бы потерял ориентацию, но, наклонив голову и сжав под столом кулаки, весь напрягшись, взял себя в руки. "Спасибо теннису, научил собираться", - мелькнула совсем уж ненужная мысль. 


Страница 90 из 129:  Назад   1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52   53   54   55   56   57   58   59   60   61   62   63   64   65   66   67   68   69   70   71   72   73   74   75   76   77   78   79   80   81   82   83   84   85   86   87   88   89  [90]  91   92   93   94   95   96   97   98   99   100   101   102   103   104   105   106   107   108   109   110   111   112   113   114   115   116   117   118   119   120   121   122   123   124   125   126   127   128   129   Вперед 
  

Предупреждение читателям    Авторам Цитаты и афоризмы Написать админу
Электронная библиотека "100 лучших книг" - это субъективная подборка бесплатных произведений, собранная по принципу "один писатель - одна книга"