Лучшие книги - 100 лучших книг

100 лучших
книг
Главная Редкие книги из
100 лучших книг

Оглавление
Александр Дюма - Три мушкетёра
Джером К. Джером - Трое в лодке, не считая собаки
Агата Кристи - Десять негритят
Илья Ильф и Евгений Петров - Двенадцать стульев. Золотой теленок
Кир Булычев - 100 лет тому вперед
Жюль Верн - 20 тысяч лье под водой
Александр Грин - Алые паруса
Вальтер Скотт - Айвенго
Рождер Желязны - Хроники Амбера
Артур Конан Дойл - Собака Баскервилей
Василий Ян - Батый
Александр Беляев - Человек-амфибия
Майн Рид - Всадник без головы
Виталий Бианки - Лесные были и небылицы
Николай Гоголь - Тарас Бульба
Михаил Булгаков - Собачье сердце
Дмитрий Фурманов - Чапаев
Вячеслав Миронов - Я был на этой войне
Джеральд Даррелл - Моя семья и другие животные
Федор Достоевский - Преступление и наказание
Иван Ефремов - На краю Ойкумены
Антуан де Сент-Экзюпери - Планета людей
Братья Вайнеры - Эра милосердия
Леонид Филатов - Про Федота-стрельца
Дик Френсис - Спорт королев
Луис Ламур - Ганфайтер
Артур Хейли - Колеса
Константин Щемелинин - Я
Лев Яшин - Записки вратаря
Астрид Линдгрен - Малыш и Карлсон
Лев Кассиль - Кондуит и Швамбрания
Джеймс Оливер Кервуд - Казан
Тур Хейердал - Путешествие на Кон-Тики
Джозеф Конрад - Юность
Валентин Пикуль - Крейсера
Даниэль Дефо - Робинзон Крузо
Василий Аксенов - Остров Крым
Джим Корбетт - Кумаонские людоеды
Михаил Лермонтов - Мцыри
Джой Адамсон - Рожденная свободной
Алан Маршалл - Я умею пригать через лужи
Сэйте Мацумото - Земля-пустыня
Покровский - Охотники на мамонтов
Борис Полевой - Повесть о настоящем человеке
Редьярд Киплинг - Маугли
Вадим Кожевников - Щит и меч
Константин Паустовский - Мещерская сторона
Джек Лондон - Мексиканец
Владимир Богомолов - Момент истины
Станислав Лем - Непобедимый
Николай Носов - Приключения Незнайки и его друзей
Николай Носов - Незнайка в Солнечном городе
Николай Носов - Незнайка на Луне
Роберт Льюис Стивенсон - Остров сокровищ
Иван Гончаров - Обломов
Александр Пушкин - Евгений Онегин
Александра Маринина - Не мешайте палачу
Владимир Обручев - Плутония
Дмитрий Медведев - Это было под Ровно
Александр Покровский - Расстрелять
Михаил Пришвин - Лесной хозяин
Эрих-Мария Ремарк - На Западном фронте без перемен
Ганс-Ульрих Рудель - Пилот "Штуки"
Степан Злобин - Степан Разин
Вильям Шекспир - Ромео и Джульетта
Григорий Белых и Леонид Пантелеев - Республика ШКИД
Михаил Шолохов - Они стражились за Родину
Ярослав Гашек - Приключения бравого солдата Швейка
Леонид Соболев - Капитальный ремонт
Александр Солженицын - Один день Ивана Денисовича
Марк Твен - Приключения Тома Сойера
Рафаэлло Джованьоли - Спартак
Эдмонд Гамильтон - Звездные короли
Эрнест Хемингуэй - Старик и море
Рекс Стаут - Смерть Цезаря
Лев Толстой - Анна Каренина
Иван Тургенев - Первая любовь
Татьяна Устинова - Хроника гнусных времен
Михаил Веллер - Легенды Невского проспекта
Борис Раевский - Только вперед
Алексей Некрасов - Приключения капитана Врунгеля
Герберт Уэллс - Война миров
Александр Козачинский - Зеленый фургон
Рони Старший - Борьба за огонь
Патрик Квентин - Ловушка для распутниц
Фридрих Ницше - Так говорил Заратустра
Э. Сетон-Томпсон - Рассказы о животных
Михаил Зощенко - Рассказы
Иван Шухов - Горькая лилия
Луис Рохелио Ногераси - И если я умру завтра...
Испанские новеллы XIX века
Герман Мелвилл - Моби-Дик или Белый кит
Владимир Санин - Семьдесят два градуса ниже нуля
Эдмонд Гамильтон - Звезда жизни

Вновь возникло скованное молчание: во-первых, видимо, далеко не все вникли в смысл сказанного, во-вторых, "Видное лицо" - то до сих пор не высказалось. 

- Какого фера? - развело тут руками "Видное лицо". (Красивое слово явно было произнесено для того, чтобы снять напряжение, напомнить всем банникам, что они в бане, что не на пленуме, не на совещании.) - Одного я, робяты, не возьму в толк: на что этот долбаный Лучников сам-то рассчитывает в этой своей Общей Судьбе? На что он рассчитывает, - щелчком отодвигается копия "Курьера", - с такими-то взглядами? 

Цель была достигнута - все разулыбались. Какого, в самом деле, фера? Долбаный дворянчик - обнаглел в дупель. Святыни наши марае - Революцию, Сталина... Да он в Венгрии был, ребята, в наших воинов из-под бочек стрелял. На какого фера он рассчитывает в советском Крыму? 

- В том-то и дело, братцы, что он ни на что не рассчитывает, - сказал Марлен Михайлович. - Перевернутая внеклассовая психология. Иногда встаешь в тупик, исторический идеализм, гребена плать. 

Ах, как не к месту и как неправильно была употреблена тут Марленом Михайловичем красивая экспрессия, этот сгусток народной энергии. Еще и еще раз Марлен Михайлович показал, что он не совсем свой, что он какой-то странно не свой в баньке. 

- Позволь тебя спросить, Марлен Михайлович, - вдруг взял его за плечо Олег Степанов и яростно заглянул в глаза. 

Кузенков знал, что имеет уже право этот новичок и на "ты", и на плечо, и даже на такое вот заглядывание в глаза. За истекшие недели Олег Степанов стал директором идеологического института и членом бюро горкома. 

- Позволь тебя спросить, - повторил Олег Степанов. - "Новая и сильная группа людей" - это, стало быть, население Крыма, влившееся в СССР? 

- Да, вы поняли правильно. - Марлен Михайлович превозмочь себя не смог и руку степановскую движением плеча от себя удалил, хотя и понимал, что вот это-то как раз и неверно, и бестактно, и даже вредно, и "Видному лицу" такое высокомерие к новому любимчику вряд ли понравится. 

- Значит, пятимиллионная пятая колонна диссидентщины? - От жгучих степановских глаз уже не отмахнешься. - Хочет изнутри нас взорвать ваш Лучников, как когда-то Тито хотел в Кремль въехать со своими гайдуками? 

- Не нужно переворачивать сложнейшую проблему с ног на голову, - поморщился Кузенков. - Вы же неглупый человек, Степанов... 

- Это вас ваша мама, Анна Марковна, научила так вилять? - любезно улыбаясь, спросил Степанов. 

Вот оно. Неожиданно и хлестко под солнечное сплетение. Они всегда все обо мне знали. Всегда и все. И про бедную мою мамочку, которая лишний раз боится позвонить из Свердловска, как бы не засекли ее еле слышный акцент, и про всех родственников с той стороны. Ну что ж, надо принимать бой с открытым забралом. 

- Моя мать, - сказал он, вставая и сбрасывая пушистое покрывало в кресло, то есть весь обнажаясь и слегка наклоняясь в сторону Степанова. - Моя мать Анна Макаровна Сыскина... 

- Сискинд. - Степанов хихикнул, хотя и видно было, что струхнул, что дьявольски боится пощечины, потому что не ответит на нее, не знает, как ведут себя здесь в этих случаях. - Анна Марковна Сискинд... ну что же вы, Марлен Мих... 

- Так вот, моя мать научила меня не вилять, а давать отпор зарвавшимся нахалам, даже и одержимым идеями "черной сотни"... 

Бесстрашная рука была занесена, а постыдно дрогнувшая щека прикрылась локтем, то есть пощечина фактически состоялась, хотя, к счастью, и не совсем, ибо тут как раз и подоспел ленивый басок "Видного лица". 

- Да пошли бы вы на фер, робяты, - пробасило оно. - Взяли моду газетенки белогвардейские в бане читать... Да газетенками этими мозги себе гребать. Не дело, Олеша, не дело... - Мягкий, ласковый упрек в адрес Степанова, как будто бы это он принес "белогвардейскую" газету, а вовсе не Кузенков по просьбе самого же "Видного лица". - Да и ты, Марлуша... - Ласка в голосе вроде бы слегка поубавилась, но оставалась еще, конечно, оставалась. - Ты бы лучше следующий раз "Ходока" нам сюда принес, посмотрели бы на бабешек, сравнили бы с нашими. 

"Ходоком" назывался русский вариант "Плейбоя", который издавался на Острове знаменитым Хью Хефнером не без участия "Компании Курьера", разумеется, собственно говоря, именно Лучников и вывез из очередного московского путешествия словечко "ходок" как аналог "плейбоя". В свое время Марлен Михайлович, куратор Острова, имевший, стало быть, в сейфах у себя и это издание, притащил "Ходока" в финскую баню и вызвал дивный взрыв живительной жеребятины. Эх, журнальчик, вот журнальчик! Кабы можно было бы такое для внутреннего пользования, не для масс, конечно, народ отвлекать нельзя, но руководству такое вполне полезно. 

Все тут расхохотались, очень довольные. Конфликт был сглажен, но все-таки состоялся, и это было очень важно - состоявшийся, но сглаженный конфликт давал бездну возможностей для размышлений и предположений. 

Тут вдруг "Видное лицо" совершенно замкнулось, ушло в себя, встало и направилось к выходу, заканчивая таким образом сегодняшнее заседание и оставляя всех в недоумении. 

Тема "Ходока" была смята, смех умолк, и все стали разъезжаться по домам, находясь в основательной недопаренности. 

 

Глава 10. 

Земляки 

 

Однажды утром в пентхаузе "Курьера" зазвонил телефон, и Таня, кажется, впервые за все время, сняла трубку. Обычно в отсутствие Андрея она выключала всю систему связи с внешним миром, чем несколько раздражала своего возлюбленного: невозможно узнать, видите ли, как она там getting аlоng [1]. 

В это вот утро как раз забыла выключить систему, как раз и сняла трубочку машинально, словно в Москве, и как раз на сногсшибательный звоночек и нарвалась. 

- Татьяна Никитична? - проговорил пугающе знакомый мужской голос. - Привет, привет! 

- Господин Востоков, что ли? - буркнула чрезвычайно недружелюбно Таня. 

- Ого, вы уже и с Востоковым познакомились? Поздравляю, - сказал голос. - Дельный работник. 

- Кто звонит? - спросила грубо Таня, хотя уже поняла, кто звонит. 


Страница 85 из 129:  Назад   1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52   53   54   55   56   57   58   59   60   61   62   63   64   65   66   67   68   69   70   71   72   73   74   75   76   77   78   79   80   81   82   83   84  [85]  86   87   88   89   90   91   92   93   94   95   96   97   98   99   100   101   102   103   104   105   106   107   108   109   110   111   112   113   114   115   116   117   118   119   120   121   122   123   124   125   126   127   128   129   Вперед 
  

Предупреждение читателям    Авторам Полезные ссылки Написать админу
Электронная библиотека "100 лучших книг" - это субъективная подборка бесплатных произведений, собранная по принципу "один писатель - одна книга"