Лучшие книги - 100 лучших книг

100 лучших
книг
Главная Редкие книги из
100 лучших книг

Оглавление
Александр Дюма - Три мушкетёра
Джером К. Джером - Трое в лодке, не считая собаки
Агата Кристи - Десять негритят
Илья Ильф и Евгений Петров - Двенадцать стульев. Золотой теленок
Кир Булычев - 100 лет тому вперед
Жюль Верн - 20 тысяч лье под водой
Александр Грин - Алые паруса
Вальтер Скотт - Айвенго
Рождер Желязны - Хроники Амбера
Артур Конан Дойл - Собака Баскервилей
Василий Ян - Батый
Александр Беляев - Человек-амфибия
Майн Рид - Всадник без головы
Виталий Бианки - Лесные были и небылицы
Николай Гоголь - Тарас Бульба
Михаил Булгаков - Собачье сердце
Дмитрий Фурманов - Чапаев
Вячеслав Миронов - Я был на этой войне
Джеральд Даррелл - Моя семья и другие животные
Федор Достоевский - Преступление и наказание
Иван Ефремов - На краю Ойкумены
Антуан де Сент-Экзюпери - Планета людей
Братья Вайнеры - Эра милосердия
Леонид Филатов - Про Федота-стрельца
Дик Френсис - Спорт королев
Луис Ламур - Ганфайтер
Артур Хейли - Колеса
Константин Щемелинин - Я
Лев Яшин - Записки вратаря
Астрид Линдгрен - Малыш и Карлсон
Лев Кассиль - Кондуит и Швамбрания
Джеймс Оливер Кервуд - Казан
Тур Хейердал - Путешествие на Кон-Тики
Джозеф Конрад - Юность
Валентин Пикуль - Крейсера
Даниэль Дефо - Робинзон Крузо
Василий Аксенов - Остров Крым
Джим Корбетт - Кумаонские людоеды
Михаил Лермонтов - Мцыри
Джой Адамсон - Рожденная свободной
Алан Маршалл - Я умею пригать через лужи
Сэйте Мацумото - Земля-пустыня
Покровский - Охотники на мамонтов
Борис Полевой - Повесть о настоящем человеке
Редьярд Киплинг - Маугли
Вадим Кожевников - Щит и меч
Константин Паустовский - Мещерская сторона
Джек Лондон - Мексиканец
Владимир Богомолов - Момент истины
Станислав Лем - Непобедимый
Николай Носов - Приключения Незнайки и его друзей
Николай Носов - Незнайка в Солнечном городе
Николай Носов - Незнайка на Луне
Роберт Льюис Стивенсон - Остров сокровищ
Иван Гончаров - Обломов
Александр Пушкин - Евгений Онегин
Александра Маринина - Не мешайте палачу
Владимир Обручев - Плутония
Дмитрий Медведев - Это было под Ровно
Александр Покровский - Расстрелять
Михаил Пришвин - Лесной хозяин
Эрих-Мария Ремарк - На Западном фронте без перемен
Ганс-Ульрих Рудель - Пилот "Штуки"
Степан Злобин - Степан Разин
Вильям Шекспир - Ромео и Джульетта
Григорий Белых и Леонид Пантелеев - Республика ШКИД
Михаил Шолохов - Они стражились за Родину
Ярослав Гашек - Приключения бравого солдата Швейка
Леонид Соболев - Капитальный ремонт
Александр Солженицын - Один день Ивана Денисовича
Марк Твен - Приключения Тома Сойера
Рафаэлло Джованьоли - Спартак
Эдмонд Гамильтон - Звездные короли
Эрнест Хемингуэй - Старик и море
Рекс Стаут - Смерть Цезаря
Лев Толстой - Анна Каренина
Иван Тургенев - Первая любовь
Татьяна Устинова - Хроника гнусных времен
Михаил Веллер - Легенды Невского проспекта
Борис Раевский - Только вперед
Алексей Некрасов - Приключения капитана Врунгеля
Герберт Уэллс - Война миров
Александр Козачинский - Зеленый фургон
Рони Старший - Борьба за огонь
Патрик Квентин - Ловушка для распутниц
Фридрих Ницше - Так говорил Заратустра
Э. Сетон-Томпсон - Рассказы о животных
Михаил Зощенко - Рассказы
Иван Шухов - Горькая лилия
Луис Рохелио Ногераси - И если я умру завтра...
Испанские новеллы XIX века
Герман Мелвилл - Моби-Дик или Белый кит
Владимир Санин - Семьдесят два градуса ниже нуля
Эдмонд Гамильтон - Звезда жизни

- Ты не мог бы мне одолжить рублей сто? - спросил Лучников. - Если хочешь, могу обменять на валюту по курсу "Известий". 

- На фига мне твоя валюта, - забормотал Дим Шебеко. - Я тебе могу хоть двести дать. Луч, хоть триста. У нас сейчас башлей навалом. Нам сейчас за нашу музыку платят клево. Тоже парадокс, правда? Мы против них играем, а они нам платят. Смешно, а? Мы от них убегаем, а они рядом с нами бегут да еще деньги нам платят. Что нам делать, Луч, а? Куда нам теперь убегать? 

Лучников взял у Дима Шебеко пачку десяток и попросил его остановить автобус. Они прошли вперед. 

- Отлить, что ли, ребята? - спросил водитель. 

У него в кабинке приемник тихо верещал голосом Пугачевой. 

Кто-то из музыкантов поднял голову, когда автобус остановился. Что, приехали? 

- Куда нам теперь убегать. Луч? - спросил Дим Шебеко пьяным голосом. 

- У вас путь один, - сказал Лучников. - В музыку вам надо убегать и подальше. Я тебе завидую, Дим Шебеко. Вот кому я всегда завиду - вам, лабухам, вам все-таки есть куда убегать. Если подальше в музыку убежать, не достанут. 

- Думаешь? - спросил Дим Шебеко. - Уверен? А ты-то сам куда убегаешь? 

Лучникову тоже показалось, что он мертвецки пьян. Из открытой двери автобуса, из черноты России несло сыростью. Ему казалось, что оба они мертвецки пьяны, вместе с молодым музыкантом, как будто два бухарика у какого-нибудь ларька, - свинские невнятные откровения. 

- Я бегу куда глаза глядят, - проговорил он. - Только глаза у меня стали фиговые, Дим Шебеко. Я немного слепну на исторической родине, друг. Пока я вон туда побегу, - показал он жестом Ленина в темноту. - Бег по пересеченной местности. Гуд бай нау! 

Он спрыгнул на обочину, и автобус сразу отъехал. Облегчаясь над кюветом. Лучников смотрел ему вслед. Огромный комфортабельный "чемодан" казался совершенно неуместным на узкой дороге с разбитыми краями и дико нашлепанными асфальтовыми заплатами. Тем не менее он шел с большой скоростью, и вскоре габаритные огни исчезли за невидимым поворотом. 

Вдруг установилась тишина, и оказалось, что в России не так темно в этот час. Стояла полная луна. Шоссе слегка серебрилось. Изгиб речки под насыпью серебрился сильно. Отчетливо был виден крутой хлебный холм и за ним поселение с развалинами церкви. 

Он поднял воротник пальто и пошел по левой стороне дороги. Сзади да, кажется, и впереди уже приближался рев моторов. За бугром нарастало сияние фар. Через минуту с жутким грохотом прошли одна за другой встречные груды грязного металла. 

Он поднялся по склону шоссе и увидел на обочине маленький костерок. В бликах костерка шевелилось несколько фигур. Трос мужчин, все в бязевых шапочках с целлулоидными козырьками, в распущенных рубашонках, в так называемых тренировочных штанах, свисающих мешками с выпяченных задов, толкали застрявшую машину. Очень толстая молодая женщина, одергивая цветастое платье, подкидывала под колеса ветки. 

- Эй, товарищ! Товарищ! - закричала она, увидев фигуру Лучникова. 

Он подошел и увидел наполовину свалившийся в кювет "караван", ту модель, которую здесь почему-то называют "рафик". У машины были разбиты стекла и изуродована крыша. 

- Вот как раз одного мужичка не хватает, - сказал кто-то из присутствующих. - Помоги толкнуть, друг. 

Он сошел на обочину, башмаки стали пудовыми, налипла мокрая глина. Навалились впятером. Колеса сначала пробуксовывали, потом вдруг зацепились, "рафик" потихоньку пошел. Все сразу повеселели. 

- Вот кого нам не хватало, гребена плать, - дышал в ухо Лучникову пыхтящий рядом парень. - Во, фля, кого нам, на фер, не хватало. 

- Возле тебя, друг, закусывать можно, - улыбнулся ему Лучников. 

- А ты, по-моему, хорошее пил, друг, - сказал парень. - Чую по запаху, этот товарищ сегодня хлебную пил. Ошибаюсь? 

- Отгадал, - кивнул Лучников. "Рафик" выехал на асфальт. Парень показал Лучникову на изуродованную крышу. 

- Понял, на фер, плать какая, трубы на прицепе по ночам возит и не крепит их, шиздяй. Одна труба поперек дороги у него висит и встречный транспорт фуячит. 

- Хоть живы-то остались, слава-тебе-господи, - визгливо высказалась женщина, оттягивая собравшееся на груди платье вниз на живот. 

Слава Богу, вы живы остались, - сказал Лучников. встал на колени и широко перекрестился. 

 

Глава 7. 

ОК 

 

Вот уже несколько лет, как Площадь Лейтенанта Бейли-Лэнда на набережной Ялты превратилась в огромное, знаменитое на весь мир кафе. На всем пространстве от фешенебельной старой гостиницы "Ореанда" до стеклянных откосов ультрасовременного "Ялта-Хилтон" стояли белые чугунные столики под парусиновыми ярчайшими зонтиками. Пять гигантских платанов бросали вечно трепещущие тени на цветной кафель, по которому шустро носились молодые официанты, шаркала полуголая космополитическая толпа и, пританцовывая, прогуливались от столиков до моря и обратно сногсшибательные ялтинские девушки, которые сами себя называли на советский манер "кадрами". Были они не то чтобы полуголыми, но, попросту говоря, неодетыми - цветная марля на сосках и лобках, по сравнению с которой любой самый смелый бикини прошлого десятилетия казался монашеским одеянием. 

- Сексуальная революция покончила с проституцией, - говорил Арсений Николаевич Лучников своему другу нью-йоркскому банкиру Фреду Бакстеру. - Неожиданный результат, правда? Ты видишь, какое здесь выросло поколение девиц? Даже меня они удивляют всякий раз, когда я приезжаю в Ялту. Какие-то все нежные, чудные, с добрым нравом и хорошим юмором. О половых контактах они говорят, словно о танцах. Внук мне рассказывал, что можно подойти к девушке и сказать ей: "Позвольте пригласить вас на „пистон". Это советский сленг, модный в этом сезоне. То же самое и в полном равенстве позволяют себе и девицы. Как в дансинге. 

Бакстер хихикал, весь лучиками пошел под своей панамой. 

- Однако, Арсен, таким-то, как мы с тобой, старым пердунам, вряд ли можно рассчитывать на буги-вуги. 

- Я до сих пор предпочитаю танго, - улыбнулся Арсений Николаевич. 

- До сих пор? - Бакстер юмористически покосился на него. 

- Изредка. Признаюсь, нечасто. 


Страница 63 из 129:  Назад   1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52   53   54   55   56   57   58   59   60   61   62  [63]  64   65   66   67   68   69   70   71   72   73   74   75   76   77   78   79   80   81   82   83   84   85   86   87   88   89   90   91   92   93   94   95   96   97   98   99   100   101   102   103   104   105   106   107   108   109   110   111   112   113   114   115   116   117   118   119   120   121   122   123   124   125   126   127   128   129   Вперед 
  

Предупреждение читателям    Авторам Цитаты и афоризмы Написать админу
Электронная библиотека "100 лучших книг" - это субъективная подборка бесплатных произведений, собранная по принципу "один писатель - одна книга"