Лучшие книги - 100 лучших книг

100 лучших
книг
Главная Редкие книги из
100 лучших книг

Оглавление
Александр Дюма - Три мушкетёра
Джером К. Джером - Трое в лодке, не считая собаки
Агата Кристи - Десять негритят
Илья Ильф и Евгений Петров - Двенадцать стульев. Золотой теленок
Кир Булычев - 100 лет тому вперед
Жюль Верн - 20 тысяч лье под водой
Александр Грин - Алые паруса
Вальтер Скотт - Айвенго
Рождер Желязны - Хроники Амбера
Артур Конан Дойл - Собака Баскервилей
Василий Ян - Батый
Александр Беляев - Человек-амфибия
Майн Рид - Всадник без головы
Виталий Бианки - Лесные были и небылицы
Николай Гоголь - Тарас Бульба
Михаил Булгаков - Собачье сердце
Дмитрий Фурманов - Чапаев
Вячеслав Миронов - Я был на этой войне
Джеральд Даррелл - Моя семья и другие животные
Федор Достоевский - Преступление и наказание
Иван Ефремов - На краю Ойкумены
Антуан де Сент-Экзюпери - Планета людей
Братья Вайнеры - Эра милосердия
Леонид Филатов - Про Федота-стрельца
Дик Френсис - Спорт королев
Луис Ламур - Ганфайтер
Артур Хейли - Колеса
Константин Щемелинин - Я
Лев Яшин - Записки вратаря
Астрид Линдгрен - Малыш и Карлсон
Лев Кассиль - Кондуит и Швамбрания
Джеймс Оливер Кервуд - Казан
Тур Хейердал - Путешествие на Кон-Тики
Джозеф Конрад - Юность
Валентин Пикуль - Крейсера
Даниэль Дефо - Робинзон Крузо
Василий Аксенов - Остров Крым
Джим Корбетт - Кумаонские людоеды
Михаил Лермонтов - Мцыри
Джой Адамсон - Рожденная свободной
Алан Маршалл - Я умею пригать через лужи
Сэйте Мацумото - Земля-пустыня
Покровский - Охотники на мамонтов
Борис Полевой - Повесть о настоящем человеке
Редьярд Киплинг - Маугли
Вадим Кожевников - Щит и меч
Константин Паустовский - Мещерская сторона
Джек Лондон - Мексиканец
Владимир Богомолов - Момент истины
Станислав Лем - Непобедимый
Николай Носов - Приключения Незнайки и его друзей
Николай Носов - Незнайка в Солнечном городе
Николай Носов - Незнайка на Луне
Роберт Льюис Стивенсон - Остров сокровищ
Иван Гончаров - Обломов
Александр Пушкин - Евгений Онегин
Александра Маринина - Не мешайте палачу
Владимир Обручев - Плутония
Дмитрий Медведев - Это было под Ровно
Александр Покровский - Расстрелять
Михаил Пришвин - Лесной хозяин
Эрих-Мария Ремарк - На Западном фронте без перемен
Ганс-Ульрих Рудель - Пилот "Штуки"
Степан Злобин - Степан Разин
Вильям Шекспир - Ромео и Джульетта
Григорий Белых и Леонид Пантелеев - Республика ШКИД
Михаил Шолохов - Они стражились за Родину
Ярослав Гашек - Приключения бравого солдата Швейка
Леонид Соболев - Капитальный ремонт
Александр Солженицын - Один день Ивана Денисовича
Марк Твен - Приключения Тома Сойера
Рафаэлло Джованьоли - Спартак
Эдмонд Гамильтон - Звездные короли
Эрнест Хемингуэй - Старик и море
Рекс Стаут - Смерть Цезаря
Лев Толстой - Анна Каренина
Иван Тургенев - Первая любовь
Татьяна Устинова - Хроника гнусных времен
Михаил Веллер - Легенды Невского проспекта
Борис Раевский - Только вперед
Алексей Некрасов - Приключения капитана Врунгеля
Герберт Уэллс - Война миров
Александр Козачинский - Зеленый фургон
Рони Старший - Борьба за огонь
Патрик Квентин - Ловушка для распутниц
Фридрих Ницше - Так говорил Заратустра
Э. Сетон-Томпсон - Рассказы о животных
Михаил Зощенко - Рассказы
Иван Шухов - Горькая лилия
Луис Рохелио Ногераси - И если я умру завтра...
Испанские новеллы XIX века
Герман Мелвилл - Моби-Дик или Белый кит
Владимир Санин - Семьдесят два градуса ниже нуля
Эдмонд Гамильтон - Звезда жизни

Он вздрогнул, отвернулся от окна. Впервые мысль о ферме в Новой Зеландии не соединилась у него с Таней, и это его испугало. 

Зал был почти уже пуст. Лишь в дальнем углу в кресле вызывающе хохотал напившийся, все же один "букетик" (кажется, Лора, бывшая танцорка мюзик-холла) да возле нее трое каких-то молодчиков деловито обсуждали вопрос - кто возьмет на себя джентльменские обязанности по доставке "букетика" в более подходящую диспозицию. 

Таня стояла в дверях. Десятиборец держал ее под руку. Она смотрела на него растерянно, и поза какая-то была неловкая и скованная. Могла бы, конечно, уйти, не прощаясь, но вот напоминаю о себе. Ничего больше, только лишь напоминание. Конечно, она почувствовала, что он начисто забыл про нее. Чутье у Татьяны Луниной было сверхъестественное. 

Десятиборец вежливо, полудипломатически-полутоварищески улыбался. Лучников подумал, что из этого красавца атлета настойчиво уже выпирает кто-то другой - очень немолодой и не очень здоровый человек. Может быть, иллюзия эта возникла из-за, излишней его быковатости, быковатости, явно преувеличенной нынешней от-вет-ствен-ностью как представителя советских спортивных организаций. 

"Неужели не знает он о наших отношениях?" - подумалось тут Лучникову. 

- Хотите, Андрей, поедем к нам чай пить, - сказала Татьяна. 

Десятиборец с застывшей улыбкой повернул к ней монументальное лицо, явно не сразу до него дошел смысл приглашения. Редактора буржуазной газеты - к чаю? 

- Чай? К вам? - растерялся слегка и Лучников. 

- Почему бы нет? У нас отличный есть английский чай. Посидим по-домашнему... - Неожиданный для нее самой дерзостный ход на глазах переменил Татьяну. Лучников увидел ту, которая поразила его десять лет назад, - лихую московскую девку, которая может и, как шлюха, дать где-нибудь в ванной, а может и влюбить в себя на всю жизнь. 

- Ах, как это мило с вашей стороны, - забормотал он. - Как это кстати. Мне что-то, знаете ли, тошно как-то стало... 

- Ну вот и поедимте чай пить... - прямо вся светясь, сказала Татьяна. 

- На меня, знаете ли, всегда растерзанные столы тоску наводят, - проговорил Лучников. 

- Знаю, знаю, - сказала ему Татьяна беззвучным шевелением губ. 

- Пожалуйста, пожалуйста. На чай, пожалуйста, - наконец высказался десятиборец. 

"Ты что, рехнулась?" - взглядом спросил он жену. "Катись!" - ответила она ему тем же путем. У Лучникова в арендованном "жигуленке" всегда лежало на всякий случай несколько фирменных бутылок и блоков сигарет. Все это он сейчас свалил на столик в прихожей Татьяниной квартиры. Свалил и, услышав из глубины квартиры детские голоса, ужаснулся: о детях-то он забыл - ни жвачки, ни кока-колы, ни автомобильчиков "горджи" с собой нет. Он почему-то никогда не думал о Татьяниных детях, и она сама никогда не говорила с ним ни о двенадцатилетней Милке, ни о девятилетнем Саше. 

Дети пришли познакомиться с иностранцем. Милка - нимфеточка, другой и не могла быть дочь Татьяны. А вот Саша. Арсюша, Андрюша, Антоша и Саша - вдруг выстроилась в голове Лучникова такая схема. Он испугался. Лобастый стройненький мальчик, кажется, грустный. Как раз десять лет назад мы с Танькой и встретились. Тогда я уволок ее с какой-то пьянки и без всяких церемоний... Да неужели? Глаза серые, и у меня серые, но и у десятиборца серые. Челюсть крепкая, и у меня крепкая, а у десятиборца-то просто утюг... В полной растерянности Лучников подарил Саше свой "Монблан" с золотым пером. В проеме кухонной двери появилась Татьяна. 

- Ну как, уже познакомились? - Звонкая бодрая спортсменочка. 

Лучников глазами спросил ее о Саше. Она комически развела руками и одновременно пожала плечами и так застыла с обезьяньей греховной мордочкой. Это было очень смешно, и все засмеялись - и Лучников, и дети, а Танька еще попрыгала, подтанцевала на месте: елочка-дешевочка. 

Десятиборец отошел к так называемому "бару" и вернулся с двумя бутылками французского коньяка, дескать, мы тоже не лыком шиты. 

Тут такая уж пошла фальшивка! Десятиборец сел за полированным столом напротив Лучникова и налил хрустальные рюмки - всем располагаем, и коньяк и хрусталь, - вроде он именно к нему пришел, этот любопытный иностранец; мужчина же, значит, к мужчине. 

- Ну, со свиданьицем, - сказал он. - Татьяна, выпьешь? 

- Сейчас! - донеслось из кухни. 

- А вы где работаете? - спросил Лучников. 

- Как где? - удивился десятиборец. 

- Ну, вы работаете вообще-то где-нибудь или... или "фриланс"? 

- Как вы сказали? - напрягся десятиборец. 

- Внештатно! - перевела из кухни Татьяна. 

- Ну, я вообще-то заместитель начальника Главка, - сказал десятиборец. - Главное управление спортивных единоборств. 

Лучников засмеялся - шутка ему понравилась. Видимо, парень все же не так уж и туп. 

- А что вы смеетесь, Андрей? - спросила, входя с подносом, Татьяна. 

- Понравилась шутка вашего мужа. Главное управление спортивных единоборств - это звучит! 

- Что же тут смешного? - удивился Суп. 

- Такой Главк и в самом деле есть в нашем Комитете, - сказала Таня. - Все нормально. Главк как Главк. Главное управление спортивных единоборств... 

Лучников чувствовал себя пристыженным всякий раз, когда советская явь поворачивалась к нему еще каким-нибудь своим непознанным боком. Все же как ни сливайся с ней, до конца не постигнешь. 

- Юмор все-таки существует: он в том... - сказал он, стараясь на Татьяну не глядеть, - что вы работаете в Главке единоборств, а сами-то десятиборец. 

- Так что? - спросил муж. 

Татьяна расхохоталась. Она уже успела махнуть большую рюмку коньяку. 

- А мне как-то и в голову раньше не приходило, - сказала она. - В самом деле смешно. Десятиборец в Единоборстве. 

Хохот был несколько тревожащего свойства. 

- Насчет десятиборья, так у нас прежних заслуг не забывают, - сказал муж. - Вот гляньте! Вот мои этапы. Восемь лет в первой десятке держался... 

Кубки и бронзовые фигуры венчали югославский сервант. Лучникова немного раздражала заурядность квартирного стиля - все-таки дом Татьяны представлялся ему в воображении (если когда-нибудь представлялся) каким-то иным. 

Пошла вторая рюмка. Про чай и думать забыли. 


Страница 49 из 129:  Назад   1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   42   43   44   45   46   47   48  [49]  50   51   52   53   54   55   56   57   58   59   60   61   62   63   64   65   66   67   68   69   70   71   72   73   74   75   76   77   78   79   80   81   82   83   84   85   86   87   88   89   90   91   92   93   94   95   96   97   98   99   100   101   102   103   104   105   106   107   108   109   110   111   112   113   114   115   116   117   118   119   120   121   122   123   124   125   126   127   128   129   Вперед 
  

Предупреждение читателям    Авторам Цитаты и афоризмы Написать админу
Электронная библиотека "100 лучших книг" - это субъективная подборка бесплатных произведений, собранная по принципу "один писатель - одна книга"