Лучшие книги - 100 лучших книг

100 лучших
книг
Главная Редкие книги из
100 лучших книг

Оглавление
Александр Дюма - Три мушкетёра
Джером К. Джером - Трое в лодке, не считая собаки
Агата Кристи - Десять негритят
Илья Ильф и Евгений Петров - Двенадцать стульев. Золотой теленок
Кир Булычев - 100 лет тому вперед
Жюль Верн - 20 тысяч лье под водой
Александр Грин - Алые паруса
Вальтер Скотт - Айвенго
Рождер Желязны - Хроники Амбера
Артур Конан Дойл - Собака Баскервилей
Василий Ян - Батый
Александр Беляев - Человек-амфибия
Майн Рид - Всадник без головы
Виталий Бианки - Лесные были и небылицы
Николай Гоголь - Тарас Бульба
Михаил Булгаков - Собачье сердце
Дмитрий Фурманов - Чапаев
Вячеслав Миронов - Я был на этой войне
Джеральд Даррелл - Моя семья и другие животные
Федор Достоевский - Преступление и наказание
Иван Ефремов - На краю Ойкумены
Антуан де Сент-Экзюпери - Планета людей
Братья Вайнеры - Эра милосердия
Леонид Филатов - Про Федота-стрельца
Дик Френсис - Спорт королев
Луис Ламур - Ганфайтер
Артур Хейли - Колеса
Константин Щемелинин - Я
Лев Яшин - Записки вратаря
Астрид Линдгрен - Малыш и Карлсон
Лев Кассиль - Кондуит и Швамбрания
Джеймс Оливер Кервуд - Казан
Тур Хейердал - Путешествие на Кон-Тики
Джозеф Конрад - Юность
Валентин Пикуль - Крейсера
Даниэль Дефо - Робинзон Крузо
Василий Аксенов - Остров Крым
Джим Корбетт - Кумаонские людоеды
Михаил Лермонтов - Мцыри
Джой Адамсон - Рожденная свободной
Алан Маршалл - Я умею пригать через лужи
Сэйте Мацумото - Земля-пустыня
Покровский - Охотники на мамонтов
Борис Полевой - Повесть о настоящем человеке
Редьярд Киплинг - Маугли
Вадим Кожевников - Щит и меч
Константин Паустовский - Мещерская сторона
Джек Лондон - Мексиканец
Владимир Богомолов - Момент истины
Станислав Лем - Непобедимый
Николай Носов - Приключения Незнайки и его друзей
Николай Носов - Незнайка в Солнечном городе
Николай Носов - Незнайка на Луне
Роберт Льюис Стивенсон - Остров сокровищ
Иван Гончаров - Обломов
Александр Пушкин - Евгений Онегин
Александра Маринина - Не мешайте палачу
Владимир Обручев - Плутония
Дмитрий Медведев - Это было под Ровно
Александр Покровский - Расстрелять
Михаил Пришвин - Лесной хозяин
Эрих-Мария Ремарк - На Западном фронте без перемен
Ганс-Ульрих Рудель - Пилот "Штуки"
Степан Злобин - Степан Разин
Вильям Шекспир - Ромео и Джульетта
Григорий Белых и Леонид Пантелеев - Республика ШКИД
Михаил Шолохов - Они стражились за Родину
Ярослав Гашек - Приключения бравого солдата Швейка
Леонид Соболев - Капитальный ремонт
Александр Солженицын - Один день Ивана Денисовича
Марк Твен - Приключения Тома Сойера
Рафаэлло Джованьоли - Спартак
Эдмонд Гамильтон - Звездные короли
Эрнест Хемингуэй - Старик и море
Рекс Стаут - Смерть Цезаря
Лев Толстой - Анна Каренина
Иван Тургенев - Первая любовь
Татьяна Устинова - Хроника гнусных времен
Михаил Веллер - Легенды Невского проспекта
Борис Раевский - Только вперед
Алексей Некрасов - Приключения капитана Врунгеля
Герберт Уэллс - Война миров
Александр Козачинский - Зеленый фургон
Рони Старший - Борьба за огонь
Патрик Квентин - Ловушка для распутниц
Фридрих Ницше - Так говорил Заратустра
Э. Сетон-Томпсон - Рассказы о животных
Михаил Зощенко - Рассказы
Иван Шухов - Горькая лилия
Луис Рохелио Ногераси - И если я умру завтра...
Испанские новеллы XIX века
Герман Мелвилл - Моби-Дик или Белый кит
Владимир Санин - Семьдесят два градуса ниже нуля

Джозеф Конрад 

Юность 

 

 

 

 

Это могло случиться только в Англии, где люди и море -- если можно так 

выразиться -- соприкасаются: море вторгается в жизнь большинства людей, а 

люди познают о море кое-что или все, развлекаясь, путешествуя или 

зарабатывая себе на кусок хлеба. 

Мы сидели за столом красного дерева, отражавшим бутылку, бокалы с 

кларетом и наши склоненные лица. Нас было пятеро -- директор акционерной 

компании, бухгалтер, адвокат, Марлоу и я. Директор окончил курс в Конуэе; 

бухгалтер четыре года служил на море; адвокат -- убежденный тори, 

высокоцерковник, славный товарищ и честный парень -- был старшим помощником 

на судах общества Пиренейско-восточного пароходства в добрые старые дни, 

когда почтовые суда были оснащены -- по крайней мере двухмачтовики -- 

прямыми парусами и плавали по Китайскому морю, подгоняемые попутным 

муссоном, с лиселями, поставленными внизу и на марсе. Все мы начали свою 

жизнь в торговом флоте. 

Мы, пятеро, были связаны крепкими узами, какие налагает море и служба 

на парусных судах; этих уз не может создать самая пылкая любовь к 

яхт-спорту, ибо яхт-спорт есть лишь развлечение, а морская служба -- жизнь. 

Марлоу (думаю, именно так писал он свою фамилию) рассказал историю, 

или, вернее, летопись, одного путешествия. 

-- Да, я видал Восточные моря, но лучше всего запомнилось мне первое 

мое плавание. Вы знаете, бывают плавания, которые служат как бы иллюстрацией 

к жизни, являются символом нашего существования. Вы боретесь, работаете в 

поте лица, едва не убиваете себя, иногда и убиваете, пытаясь что-то 

совершить, -- и не можете. Не по своей вине. Вы просто ничего не можете 

сделать -- ни великого, ни малого, -- ничего на свете; не можете даже 

жениться на старой деве или доставить до места назначения злополучный груз 

угля в шестьсот тонн. 

Дело было во всех отношениях памятное. Это было первое мое путешествие 

на Восток и первое мое плавание в качестве второго помощника, а также первое 

командование моего шкипера. Вы согласитесь, что он на это имел право. Ему 

было не меньше шестидесяти лет -- этому маленькому человеку с широкой, 

слегка сгорбленной спиной, согнутыми плечами и одной ногой более кривой, чем 

другая; весь он казался странно искривленным, -- такими бывают люди, 

работающие в поле. Лицо его напоминало шипцы для раскалывания орехов: 

подбородок и нос пытались соединиться над ввалившимся ртом -- и было 

обрамлено пушистыми волосами серо-железного цвета, походившими на завязки из 

шерстяной ваты, посыпанной угольной пылью. И это старое лицо освещалось 

голубыми глазами, удивительно мальчишескими, с тем открытым взглядом, какой 

иные, совсем заурядные люди, одаренные редким простодушием и прямотой, 

сохраняют до конца своих дней. Странно, что именно побудило его меня 

принять. Я недавно оставил шикарный австралийский клиппер, где служил 

третьим помощником, а он как будто питал предубеждение против шикарных 

клипперов, считая их судами аристократическими и светскими. Он мне сказал: 

-- Вы знаете, на этом судне вам придется работать. 

Я заявил, что мне приходилось работать на всех судах, где я служил. 

-- Ах, это совсем иное дело, и вы, джентльмены с больших судов... но вы 

как будто нам подойдете. Приходите завтра. 

Я явился на следующий день. Это было двадцать два года назад, и мне 

только что исполнилось двадцать лет. Как летит время! Это был один из 

счастливейших дней моей жизни. Подумайте! Впервые получить место второго 

помощника -- поистине ответственный пост! Ни за какие блага в мире я не 

отказался бы от своего назначения. Старший помощник внимательно меня 

осмотрел. Он тоже был старик, но другой марки. У него был римский нос, 

белоснежная длинная борода, а звали его Мэхон, но он настаивал на том, чтобы 

его имя произносили Мэнн. У него были большие связи, однако счастье было не 

на его стороне, и ему так и не удалось продвинуться. 

Что же касается капитана, то он в течение многих лет служил на 

каботажных судах, затем плавал в Средиземном море и наконец на торговых 

судах Вест-Индской линии. Он ни разу не огибал ни Горна, ни мыса Доброй 

Надежды. Он едва умел писать нетвердым почерком и писанием ничуть не 

интересовался. Они оба были, конечно, прекрасными моряками, а в обществе 

этих двух стариков я чувствовал себя мальчишкой -- точно внук между двумя 

дедушками. 

И судно было старое. Называлось оно "Джуди". Странное имя, не правда 

ли? Оно принадлежало некоему Уилмеру или Уилкоксу -- что-то в этом роде; но 

он обанкротился и умер лет двадцать назад, так что его имя значения не 

имеет. 

Судно долго стояло на приколе в Шэдуэллском доке. Вы можете себе 

представить, в каком оно находилось состоянии. Всюду пыль, ржавчина, сажа, 

на палубе грязь. Я чувствовал себя так, словно из дворца попал в разрушенную 

хижину. Грузоподъемность его была около четырехсот тонн. На нем был 

примитивный брашпиль, деревянные щеколды у дверей, никаких признаков меди и 

большая четырехугольная корма. По борту пониже названия судна, написанного 

крупными буквами, виднелись резные украшения с облезшей позолотой и какой-то 

герб с девизом: "Делай или умри". Помню, этот девиз произвел на меня сильное 

впечатление. В нем был привкус романтизма, что-то заставившее меня полюбить 

старое судно, что-то взывавшее к моей юности! 

Из Лондона мы вышли с балластом -- с песком, -- чтобы в одном северном 

порту взять груз угля для доставки в Бангкок. Бангкок! Я трепетал. Шесть лет 

я плавал по морям, но видел только Мельбурн и Сидней, очень хорошие города, 

чудесные города в своем роде... но Бангкок! 

Мы вышли из Темзы под парусами, имея на борту лоцмана, знающего 

Северное море. Его звали Джермин; по целым дням он вертелся в камбузе и 


Страница 1 из 13: [1]  2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   Вперед 
  

Предупреждение читателям    Авторам Полезные ссылки Написать админу
Электронная библиотека "100 лучших книг" - это субъективная подборка бесплатных произведений, собранная по принципу "один писатель - одна книга"