Лучшие книги - 100 лучших книг

100 лучших
книг
Главная Редкие книги из
100 лучших книг

Оглавление
Александр Дюма - Три мушкетёра
Джером К. Джером - Трое в лодке, не считая собаки
Агата Кристи - Десять негритят
Илья Ильф и Евгений Петров - Двенадцать стульев. Золотой теленок
Кир Булычев - 100 лет тому вперед
Жюль Верн - 20 тысяч лье под водой
Александр Грин - Алые паруса
Вальтер Скотт - Айвенго
Рождер Желязны - Хроники Амбера
Артур Конан Дойл - Собака Баскервилей
Василий Ян - Батый
Александр Беляев - Человек-амфибия
Майн Рид - Всадник без головы
Виталий Бианки - Лесные были и небылицы
Николай Гоголь - Тарас Бульба
Михаил Булгаков - Собачье сердце
Дмитрий Фурманов - Чапаев
Вячеслав Миронов - Я был на этой войне
Джеральд Даррелл - Моя семья и другие животные
Федор Достоевский - Преступление и наказание
Иван Ефремов - На краю Ойкумены
Антуан де Сент-Экзюпери - Планета людей
Братья Вайнеры - Эра милосердия
Леонид Филатов - Про Федота-стрельца
Дик Френсис - Спорт королев
Луис Ламур - Ганфайтер
Артур Хейли - Колеса
Константин Щемелинин - Я
Лев Яшин - Записки вратаря
Астрид Линдгрен - Малыш и Карлсон
Лев Кассиль - Кондуит и Швамбрания
Джеймс Оливер Кервуд - Казан
Тур Хейердал - Путешествие на Кон-Тики
Джозеф Конрад - Юность
Валентин Пикуль - Крейсера
Даниэль Дефо - Робинзон Крузо
Василий Аксенов - Остров Крым
Джим Корбетт - Кумаонские людоеды
Михаил Лермонтов - Мцыри
Джой Адамсон - Рожденная свободной
Алан Маршалл - Я умею пригать через лужи
Сэйте Мацумото - Земля-пустыня
Покровский - Охотники на мамонтов
Борис Полевой - Повесть о настоящем человеке
Редьярд Киплинг - Маугли
Вадим Кожевников - Щит и меч
Константин Паустовский - Мещерская сторона
Джек Лондон - Мексиканец
Владимир Богомолов - Момент истины
Станислав Лем - Непобедимый
Николай Носов - Приключения Незнайки и его друзей
Николай Носов - Незнайка в Солнечном городе
Николай Носов - Незнайка на Луне
Роберт Льюис Стивенсон - Остров сокровищ
Иван Гончаров - Обломов
Александр Пушкин - Евгений Онегин
Александра Маринина - Не мешайте палачу
Владимир Обручев - Плутония
Дмитрий Медведев - Это было под Ровно
Александр Покровский - Расстрелять
Михаил Пришвин - Лесной хозяин
Эрих-Мария Ремарк - На Западном фронте без перемен
Ганс-Ульрих Рудель - Пилот "Штуки"
Степан Злобин - Степан Разин
Вильям Шекспир - Ромео и Джульетта
Григорий Белых и Леонид Пантелеев - Республика ШКИД
Михаил Шолохов - Они стражились за Родину
Ярослав Гашек - Приключения бравого солдата Швейка
Леонид Соболев - Капитальный ремонт
Александр Солженицын - Один день Ивана Денисовича
Марк Твен - Приключения Тома Сойера
Рафаэлло Джованьоли - Спартак
Эдмонд Гамильтон - Звездные короли
Эрнест Хемингуэй - Старик и море
Рекс Стаут - Смерть Цезаря
Лев Толстой - Анна Каренина
Иван Тургенев - Первая любовь
Татьяна Устинова - Хроника гнусных времен
Михаил Веллер - Легенды Невского проспекта
Борис Раевский - Только вперед
Алексей Некрасов - Приключения капитана Врунгеля
Герберт Уэллс - Война миров
Александр Козачинский - Зеленый фургон
Рони Старший - Борьба за огонь
Патрик Квентин - Ловушка для распутниц
Фридрих Ницше - Так говорил Заратустра
Э. Сетон-Томпсон - Рассказы о животных
Михаил Зощенко - Рассказы
Иван Шухов - Горькая лилия
Луис Рохелио Ногераси - И если я умру завтра...
Испанские новеллы XIX века
Герман Мелвилл - Моби-Дик или Белый кит
Владимир Санин - Семьдесят два градуса ниже нуля
Эдмонд Гамильтон - Звезда жизни

И поставил единицу. 

 

 

ИСТОРИЧЕСКАЯ ГВАРДИЯ 

 

Звонок. Кончилась перемена. Стихает шум в классе. 

Идет! 

Все за партами разом вскочили. 

Приближается историк. Белокурые мягкие волосы на пробор. Худое, совсем молодое бледное лицо. Громадные голубые глаза. Голова чуть-чуть склонилась ласково набок. Воротничок ослепителен. Кирилл Михайлович Ухов вихрем влетает в класс, бросает на кафедру журнал. Класс на ногах. 

Кирилл Михайлович осматривает класс, взбегает на кафедру, забегает в проход сбоку, садится на корточки. Вдруг голубые глаза сверкнули. Высокий голос сорвался в крик: 

- Кто!.. там!! смеет!!! садиться?!! Я еще не сказал... "садитесь"... Встаньте и стойте!!! И вы там!!! И вы!!! И вы! Негодяи! Остальные - сесть. Руки на парту. Обе. Где рука? Встаньте и стойте! А вы - к стенке!!! Прямо! Ну... Тишина! Кто это там скрипит? Шалферов? Встаньте и стойте! Молчать! 

Четырнадцать человек стоят весь урок. Историк рассказывает о древних царях и знаменитых лошадях. Ежеминутно поправляет галстук, волосы, манжеты. Из-под манжеты левой руки блестит золотой браслет - подарок какой-то легендарной помещицы. 

Четырнадцать человек стоят. Урок идет томительно долго. Ноги затекли. Наконец учитель смотрит на часы. Щелкает золотая крышка. 

Стоящие нерешительно покашливают. 

- Простудились? - спрашивает заботливо историк. - Дежурный, закройте все форточки: на них дует. 

Дежурный закрывает форточки. Урок идет. Наказанные стоят, переминаясь с ноги на ногу. Взглянув еще раза два на часы, историк вдруг говорит: 

- Ну, гвардия, садитесь... 

Ровно через минуту всегда звонит звонок. 

 

 

СРЕДИ БЛУЖДАЮЩИХ ПАРТ 

 

Француженку нашу звали Матрена Мартыновна Бадейкина. Но она требовала, чтобы мы ее звали Матроной: Матрона Мартыновна. Мы не спорили. 

До третьего класса она звала нас "малявками", от третьего до шестого - "голубчиками", дальше - "господами". 

Малявок она определенно боялась. У некоторых малявок буйно, как бурьян на задворках, росли усы, а басок был столь лют, что его пугались на улице даже верблюды. Кроме того, от малявок, когда они отвечали урок у кафедры, так несло махоркой, что бедную Матрону едва не тошнило, 

- Не подходите ближе! - вопила она. - От вас, пардон, несет. 

- Пирог с пасленом ел, - учтиво объяснял малявка, - вот и несет от отрыжки. 

- Ах, мон дье! При чем тут паслен? Вы же насквозь прокурены... 

- Что вы, Матре... тьфу! Матрона Мартыновна! Я же некурящий. И потом... пожалуйста... пы-ыжкытэ ла класс4? 

От последнего Матрена таяла. Стоило только попросить по-французски разрешения выйти, как Матрена расплывалась от счастья. Вообще же она была, как мы тогда считали, страшно обидчивой. Напишешь гадость какую-нибудь на доске по-французски, дохлую крысу к кафедре приколешь или еще что-нибудь шутя сделаешь, она уже в обиду. Запишет в журнал, обидится, закроет лицо руками и сидит на кафедре. Молчит. И мы молчим. Потом по команде Биндюга парты начинают тихонько подъезжать полукругом к кафедре. Мы очень ловко умели ездить на партах, упираясь коленками в ящик парты, а ногами - в пол. Когда весь класс оказывался у кафедры, мы тихонько хором говорили: 

- Же ву-зем... же-ву-зем... же-ву-зем... Матрона Мартыновна открывала глаза и видела себя окруженной со всех сторон съехавшимися партами. А Биндюг вставал и трогательно, галантно басил: 

- Вы уж нас пардон, Матрона Мартыновна! Не серчайте на своих малявок... Гы!.. Зачеркните в журнальчике, а то не выпустим... 

 

Матрона таяла, зачеркивала. 

Класс отбивал торжественную дробь на партах. "Камчатка" играла отбой. Парты отступали. 

Вскоре нам надоело каждый раз объясняться в любви нашей "франзели", и мы вместо "же-ву-зем" стали говорить "Новоузенск". Же-ву-зем и Новоузенск - очень похоже. Если хором говорить, отличить нельзя. И бедная Матрона продолжала воображать, что мы хором любим ее, в то время как мы повторяли название близлежащего города. 

Кончилось это, однако, плачевно. Вслед за партами лихорадка туризма объяла и другие вещи. Так, однажды поехал по коридору большой шкаф, из учительской уехали калоши Цап-Царапыча. Когда же раз перед уроком, встав на дыбы, помчалась кафедра, под которой сидел Биндюг с приятелем, тогда в дело столоверчения вмешался дух директора, и герои попали в кондуит. Класс же весь сидел два часа без обеда. 

 

 

ЦАРСКИЙ ДЕНЬ 

 

С утра в окно виден трепыхающийся, слоенный белым, синим и красным флаг. 

На календаре - красные буквы: 

"Тезоименитство его величества..." У церкви Петра и Павла - колокол с трещиной: 

"Ан-дрон!.. Ан-дрон!.. Ан-дрон!.. 

Ти-ли-лик-нем помаленьку... 

Тилиликнем помаленьку..." К одиннадцати - в гимназию. Молебен. 

В коридоре парами стоят классы. Жесткие, о серебряными краями воротники мундиров врезаются в шею. Тишина. Ладан. Духота. Батюшка, тот самый, который на уроках закона божьего бьет гимназистов корешком евангелия по голове, приговаривая: "Стой столбом, балда", в нарядной ризе гнусавит очень торжественно. Поет хор. Суетится маленький волосатый регент. 

Два часа навытяжку. Классы стоят не шелохнувшись. Чешется нос. Нельзя почесать. Руки по швам. Тишина. Жара. Душно... 

- Многая лета! Мно-огая ле-ета!.. 

- Николай Ильич... Боженов рвать хочет.." 

- Т-с-с... Тихо! Я ему вырву!.. 

- Многая ле-е-ета-а... 

- Николай Ильич... он, ей-богу, не сдержит... Он уже тошнит... 

- Т-с-с! 

Тишина. Духота. Нос чешется. Дисциплина. Руки по швам. Второй час на исходе. 

- Бо-о-же, царя храни! 

Директор выходит вперед и, словно из детского пистолета, коротко стреляет: 

- Ура! 

- Уррра-а-а-а-а-а!!!! 

Коридор сотрясается. Директор еще раз: 

- Ура! 

- Уррррааааа!!! 

Еще раз... Эх, раз, еще раз!.. 

- Ура-а! 

- А-а-а-а-а...ыак... 

- Николай Ильич, Боженов уже блюет на пол... 

- ...Боже, царя храни... 

Боженова уносят. Обморок. Молебен окончен. Можно почесать нос, на один крючок расстегнуть ворот. 

 

 

"НАУКА УМЕЕТ МНОГО ГИТИК" 

 

Уже давно Аннушка сообщила нам, что "наука умеет много гитик". Такова была секретная формула одного карточного фокуса. Карты раскладывались парами по одинаковым буквам, и загаданная пара легко находилась. Отсюда следовало, что наука действительно была всесильна и умела много... этого самого... гитик... Что такое "гитик", никто не знал. Мы искали объяснений в энциклопедическом словаре, но там после наемной турецкой кавалерии "гитас" следовало сразу "Гито" - убийца американского президента Гарфильда. А гитика между ними не было. 


Страница 21 из 78:  Назад   1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20  [21]  22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52   53   54   55   56   57   58   59   60   61   62   63   64   65   66   67   68   69   70   71   72   73   74   75   76   77   78   Вперед 
  

Предупреждение читателям    Авторам Полезные ссылки Написать админу
Электронная библиотека "100 лучших книг" - это субъективная подборка бесплатных произведений, собранная по принципу "один писатель - одна книга"