Лучшие книги - 100 лучших книг

100 лучших
книг
Главная Редкие книги из
100 лучших книг

Оглавление
Александр Дюма - Три мушкетёра
Джером К. Джером - Трое в лодке, не считая собаки
Агата Кристи - Десять негритят
Илья Ильф и Евгений Петров - Двенадцать стульев. Золотой теленок
Кир Булычев - 100 лет тому вперед
Жюль Верн - 20 тысяч лье под водой
Александр Грин - Алые паруса
Вальтер Скотт - Айвенго
Рождер Желязны - Хроники Амбера
Артур Конан Дойл - Собака Баскервилей
Василий Ян - Батый
Александр Беляев - Человек-амфибия
Майн Рид - Всадник без головы
Виталий Бианки - Лесные были и небылицы
Николай Гоголь - Тарас Бульба
Михаил Булгаков - Собачье сердце
Дмитрий Фурманов - Чапаев
Вячеслав Миронов - Я был на этой войне
Джеральд Даррелл - Моя семья и другие животные
Федор Достоевский - Преступление и наказание
Иван Ефремов - На краю Ойкумены
Антуан де Сент-Экзюпери - Планета людей
Братья Вайнеры - Эра милосердия
Леонид Филатов - Про Федота-стрельца
Дик Френсис - Спорт королев
Луис Ламур - Ганфайтер
Артур Хейли - Колеса
Константин Щемелинин - Я
Лев Яшин - Записки вратаря
Астрид Линдгрен - Малыш и Карлсон
Лев Кассиль - Кондуит и Швамбрания
Джеймс Оливер Кервуд - Казан
Тур Хейердал - Путешествие на Кон-Тики
Джозеф Конрад - Юность
Валентин Пикуль - Крейсера
Даниэль Дефо - Робинзон Крузо
Василий Аксенов - Остров Крым
Джим Корбетт - Кумаонские людоеды
Михаил Лермонтов - Мцыри
Джой Адамсон - Рожденная свободной
Алан Маршалл - Я умею пригать через лужи
Сэйте Мацумото - Земля-пустыня
Покровский - Охотники на мамонтов
Борис Полевой - Повесть о настоящем человеке
Редьярд Киплинг - Маугли
Вадим Кожевников - Щит и меч
Константин Паустовский - Мещерская сторона
Джек Лондон - Мексиканец
Владимир Богомолов - Момент истины
Станислав Лем - Непобедимый
Николай Носов - Приключения Незнайки и его друзей
Николай Носов - Незнайка в Солнечном городе
Николай Носов - Незнайка на Луне
Роберт Льюис Стивенсон - Остров сокровищ
Иван Гончаров - Обломов
Александр Пушкин - Евгений Онегин
Александра Маринина - Не мешайте палачу
Владимир Обручев - Плутония
Дмитрий Медведев - Это было под Ровно
Александр Покровский - Расстрелять
Михаил Пришвин - Лесной хозяин
Эрих-Мария Ремарк - На Западном фронте без перемен
Ганс-Ульрих Рудель - Пилот "Штуки"
Степан Злобин - Степан Разин
Вильям Шекспир - Ромео и Джульетта
Григорий Белых и Леонид Пантелеев - Республика ШКИД
Михаил Шолохов - Они стражились за Родину
Ярослав Гашек - Приключения бравого солдата Швейка
Леонид Соболев - Капитальный ремонт
Александр Солженицын - Один день Ивана Денисовича
Марк Твен - Приключения Тома Сойера
Рафаэлло Джованьоли - Спартак
Эдмонд Гамильтон - Звездные короли
Эрнест Хемингуэй - Старик и море
Рекс Стаут - Смерть Цезаря
Лев Толстой - Анна Каренина
Иван Тургенев - Первая любовь
Татьяна Устинова - Хроника гнусных времен
Михаил Веллер - Легенды Невского проспекта
Борис Раевский - Только вперед
Алексей Некрасов - Приключения капитана Врунгеля
Герберт Уэллс - Война миров
Александр Козачинский - Зеленый фургон
Рони Старший - Борьба за огонь
Патрик Квентин - Ловушка для распутниц
Фридрих Ницше - Так говорил Заратустра
Э. Сетон-Томпсон - Рассказы о животных
Михаил Зощенко - Рассказы
Иван Шухов - Горькая лилия
Луис Рохелио Ногераси - И если я умру завтра...
Испанские новеллы XIX века
Герман Мелвилл - Моби-Дик или Белый кит
Владимир Санин - Семьдесят два градуса ниже нуля
Эдмонд Гамильтон - Звезда жизни

Пасюк кивал головой согласно: 

- Совершенно верно. Абсолютно справедливо. Але документы трэба носить 

с собой. 

Я так увлекся этим зрелищем, что подошел к дверям в зал и не сразу 

услышал, как позади скрипнула входная дверь. Мгновенно я обернулся и 

увидел, что костистый швейцар тихонько задвигает вновь щеколду, а дверь в 

дамский туалет еще приоткрыта. Я крикнул громко: 

- Тараскин, на мое место! - оттолкнул швейцара и выскочил на Самотеку. 

Впереди меня через Садовое кольцо бежала женщина. Я рванул за ней, но у 

скоса тротуара зацепился левым ботинком за камень, и проклятая подошва, 

которая все эти дни дышала на ладан, с треском отлетела. Бежать с 

оторванной подметкой было очень неловко, но я ведь все равно бежал гораздо 

быстрее женщины - смешно и говорить, непонятно, на что она рассчитывает! 

- Гражданка, остановитесь! - крикнул я сердито, но она побежала еще 

быстрее, и судя по скорости, это была совсем молодая и очень здоровая 

женщина. 

Из музыкальной детской школы на углу высыпала целая толпа детворы с 

родителями. Я почему-то подумал о том, что дети занимаются в три смены - до 

позднего вечера, - и эта совершенно неуместная сейчас мысль меня разозлила. 

Девица, которая и так была плохо видна в темноте, врезалась в толпу людей 

со скрипичными футлярами и папками. Но мои глаза уже привыкли к сумраку, и 

я разглядел ее светлую косынку и еще увидел, что она схватила за руку 

какого-то пацана, взяла у него нотную папку и чинно зашагала рядом. 

Проволакивая за собой совсем отлетающую подошву, я догнал их и схватил ее 

за плечо: 

- Эй, мадам, вас касается! Я вам кричу! 

- Мне? - подняла она белесые, подкрашенные карандашом брови. - А чего 

надо? 

Мальчишка с футляром, обалдевший от происходящего, онемело смотрел на 

нас. 

- Отдайте ребенку папку и следуйте за мной! - строго сказал я. 

Девица посмотрела на меня с прищуром, видимо соображая, что 

открутиться не удастся и номер ее не выгорел, хрипло засмеялась и сказала: 

- Вот же суки, консерваторию кончить не дадут!.. - сунула папку в руки 

мальчику и пошла вместе со мной. 

Я ввел ее в вестибюль ресторана, держа за руку, и грозно придвинулся к 

швейцару, пятившемуся к своей тумбочке у входа в туалет: 

- Вы почему выпустили отсюда эту женщину? 

- Так я... значит... думал... я не понял... решил, что с вами... - 

млел и блеял старик, и лысая хрящеватая голова его, как китайский фонарик, 

меняла постепенно цвета от блекло-серого до воспаленно-багрового. В это 

время вышел из зала Жеглов и, как ни в чем не бывало, сказал: 

- Молодец, Шарапов, хорошо бегаешь. Маленько внимательности еще - цены 

тебе не будет. Ба! Да это же знакомые мне лица! - воскликнул он, широко 

разводя руки, словно хотел обняться с задержанной девицей, но обниматься и 

не подумал, а сказал жестко: - Я вижу, Маня, мои разговоры на тебя не 

действуют, ты все такая же попрыгунья-стрекоза. Считай, что лето красное ты 

уже отпела, пора тебя за сто первый километр выселять... 

Я только сейчас как следует рассмотрел Маню: хорошенькое круглое 

личико с круглыми же кукольными глазами, губы накрашены сердечком, и 

завитые желтые локоны уложены в модную сеточку с мушками. Под круглым 

зеленым глазом светился наливной глянцевитый фингал, переливающийся, словно 

елочная игрушка. 

Жеглов обернулся в зал и скомандовал: 

- Пасюк, Тараскин, усаживайте беспаспортных в автобус! - Потом 

повернулся ко мне: - Вот, Володя, довелось тебе поручкаться с Манькой 

Облигацией - дамой, приятной во всех отношениях. Только работать не хочет, 

а наоборот, ведет антиобщественный образ жизни... 

- А ты меня за ноги держал, мент проклятый, чтобы про мой образ жизни 

на людях рассуждать?! - бешено крикнула Манька Облигация и выругалась матом 

так, что я, глядя на эти губы сердечком, выбросившие в один миг залп 

выражений, не всякому артиллерийскому ездовому посильных, просто ахнул от 

неожиданности. 

 

Манька сморгнула начерненными длинными ресницами, а глаза остались 

неподвижными, пустыми, без выражения: 

- И чего из этого? Не отказываюсь! Память мамочкину папа мне передал, 

погибший на фронте, и сказал, уезжая на войну: "Береги, доченька, 

единственная память по маме нашей дорогой". И сам тоже погиб, и осталась я 

сироткой - одна-единственная, как перст, на всем белом свете. И ни от кого 

нет мне помощи или поддержки, а только вы стараетесь меня побольнее 

обидеть, совсем жуткой сделать жизнь мою, и без того задрипанную... 

Жеглов поморщился: 

- Маня, не жми из меня слезу! Про маму твою ничего не скажу - не знаю, 

а папашку твоего геройского видеть доводилось. На фронте он, правда, не 

воевал, а шниффер был знаменитый, сейфы громил, как косточки из компота. 

- Выдумываете вы на нашу семью, - сказала горько Маня. - Грех это, 

дуролом ты хлебаный... - И снова круто заматерилась. 

- Ну ладно, - сказал Жеглов. - Надоело мне с тобой препираться. 

Маня открыла сумочку, достала оттуда кусок сахару и очень ловко 

бросила его с ладони в рот, перекатила розовым кошачьим языком за щеку и 

так, похожая на резинового хомячка в витрине "Детского мира" на Кировской, 

сидела против оперативников, со вкусом посасывая сахар и глядя на них 

прозрачными глазами. Жеглов устроился рядом с ней, наклонив чуть набок 

голову, и со стороны они казались мне похожими на раскрашенную открытку с 

двумя влюбленными и надписью: "Люблю свою любку, как голубь голубку". И 

совсем нежно, как настоящий влюбленный, Жеглов сказал Мане: 

- Плохи твои дела, девочка. Крепко ты вляпалась... 

И Маня спокойно, без всякой сердитости сказала: 

- Это почему еще? - И бросила в рот новый кусок сахару и при этом 

отвернулась слегка, словно стеснялась своей любви к сладкому. 

- Браслетик твой, вещицу дорогую, старинную... третьего дня с убитой 


Страница 38 из 135:  Назад   1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37  [38]  39   40   41   42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52   53   54   55   56   57   58   59   60   61   62   63   64   65   66   67   68   69   70   71   72   73   74   75   76   77   78   79   80   81   82   83   84   85   86   87   88   89   90   91   92   93   94   95   96   97   98   99   100   101   102   103   104   105   106   107   108   109   110   111   112   113   114   115   116   117   118   119   120   121   122   123   124   125   126   127   128   129   130   131   132   133   134   135   Вперед 
  

Предупреждение читателям    Авторам Цитаты и афоризмы Написать админу
Электронная библиотека "100 лучших книг" - это субъективная подборка бесплатных произведений, собранная по принципу "один писатель - одна книга"