Лучшие книги - 100 лучших книг

100 лучших
книг
Главная Редкие книги из
100 лучших книг

Оглавление
Александр Дюма - Три мушкетёра
Джером К. Джером - Трое в лодке, не считая собаки
Агата Кристи - Десять негритят
Илья Ильф и Евгений Петров - Двенадцать стульев. Золотой теленок
Кир Булычев - 100 лет тому вперед
Жюль Верн - 20 тысяч лье под водой
Александр Грин - Алые паруса
Вальтер Скотт - Айвенго
Рождер Желязны - Хроники Амбера
Артур Конан Дойл - Собака Баскервилей
Василий Ян - Батый
Александр Беляев - Человек-амфибия
Майн Рид - Всадник без головы
Виталий Бианки - Лесные были и небылицы
Николай Гоголь - Тарас Бульба
Михаил Булгаков - Собачье сердце
Дмитрий Фурманов - Чапаев
Вячеслав Миронов - Я был на этой войне
Джеральд Даррелл - Моя семья и другие животные
Федор Достоевский - Преступление и наказание
Иван Ефремов - На краю Ойкумены
Антуан де Сент-Экзюпери - Планета людей
Братья Вайнеры - Эра милосердия
Леонид Филатов - Про Федота-стрельца
Дик Френсис - Спорт королев
Луис Ламур - Ганфайтер
Артур Хейли - Колеса
Константин Щемелинин - Я
Лев Яшин - Записки вратаря
Астрид Линдгрен - Малыш и Карлсон
Лев Кассиль - Кондуит и Швамбрания
Джеймс Оливер Кервуд - Казан
Тур Хейердал - Путешествие на Кон-Тики
Джозеф Конрад - Юность
Валентин Пикуль - Крейсера
Даниэль Дефо - Робинзон Крузо
Василий Аксенов - Остров Крым
Джим Корбетт - Кумаонские людоеды
Михаил Лермонтов - Мцыри
Джой Адамсон - Рожденная свободной
Алан Маршалл - Я умею пригать через лужи
Сэйте Мацумото - Земля-пустыня
Покровский - Охотники на мамонтов
Борис Полевой - Повесть о настоящем человеке
Редьярд Киплинг - Маугли
Вадим Кожевников - Щит и меч
Константин Паустовский - Мещерская сторона
Джек Лондон - Мексиканец
Владимир Богомолов - Момент истины
Станислав Лем - Непобедимый
Николай Носов - Приключения Незнайки и его друзей
Николай Носов - Незнайка в Солнечном городе
Николай Носов - Незнайка на Луне
Роберт Льюис Стивенсон - Остров сокровищ
Иван Гончаров - Обломов
Александр Пушкин - Евгений Онегин
Александра Маринина - Не мешайте палачу
Владимир Обручев - Плутония
Дмитрий Медведев - Это было под Ровно
Александр Покровский - Расстрелять
Михаил Пришвин - Лесной хозяин
Эрих-Мария Ремарк - На Западном фронте без перемен
Ганс-Ульрих Рудель - Пилот "Штуки"
Степан Злобин - Степан Разин
Вильям Шекспир - Ромео и Джульетта
Григорий Белых и Леонид Пантелеев - Республика ШКИД
Михаил Шолохов - Они стражились за Родину
Ярослав Гашек - Приключения бравого солдата Швейка
Леонид Соболев - Капитальный ремонт
Александр Солженицын - Один день Ивана Денисовича
Марк Твен - Приключения Тома Сойера
Рафаэлло Джованьоли - Спартак
Эдмонд Гамильтон - Звездные короли
Эрнест Хемингуэй - Старик и море
Рекс Стаут - Смерть Цезаря
Лев Толстой - Анна Каренина
Иван Тургенев - Первая любовь
Татьяна Устинова - Хроника гнусных времен
Михаил Веллер - Легенды Невского проспекта
Борис Раевский - Только вперед
Алексей Некрасов - Приключения капитана Врунгеля
Герберт Уэллс - Война миров
Александр Козачинский - Зеленый фургон
Рони Старший - Борьба за огонь
Патрик Квентин - Ловушка для распутниц
Фридрих Ницше - Так говорил Заратустра
Э. Сетон-Томпсон - Рассказы о животных
Михаил Зощенко - Рассказы
Иван Шухов - Горькая лилия
Луис Рохелио Ногераси - И если я умру завтра...
Испанские новеллы XIX века
Герман Мелвилл - Моби-Дик или Белый кит
Владимир Санин - Семьдесят два градуса ниже нуля
Эдмонд Гамильтон - Звезда жизни

сказал, что Пасюка правильно выгонят из школы - если ты такой умный, то 

ходи в Академию наук, а не в шестой класс... 

Шесть-на-девять рассказывал мне какую-то невероятную историю, о том, 

как его безумно любила известная укротительница зверей, но ее отбил у него 

поляк фокусник, обращавшийся к дрессировщице не иначе как "наипенькнейшая 

паненка"... Врал Гриша безыскусно, но вдохновенно, и, глядя сейчас на его 

толстые очки, запотевшие от возбуждения, вздымающуюся цыплячью грудь и 

широкие взмахи тощих рук, я не сомневался, что фотограф и сам верит в эту 

небывалую любовь с укротительницей. Гриша наверняка бы еще многое припомнил 

из их замечательного романа, но пришел ухмыляющийся Жеглов и скомандовал: 

- Подъем, братва! Общегородская операция... Начальство распорядилось 

проверить опергруппами - при поддержке территориальной милиции - все 

неблагополучные места, где имеет обыкновение собираться преступный элемент, 

"безопределенщики" и девицы сомнительного поведения. 

Жеглов похохатывал своим звонким баритончиком и мотал головой, будто 

его кто-то щекотал. 

- Ничего смешного не бачу, - сказал Пасюк. - Опэрация як опэрация. 

Нормальная прочистка... 

- Это-то точно, но вот другое смешно, - веселился Жеглов. - Поп из 

церкви у Покровки, епископ Филимон, вчера двух девок домой пригласил, уж не 

знаю, каким макаром он их там исповедовал, только издергались они сливянки. 

Поп, естественно, так жрать наливку не может, как эти девицы, и заснул. А 

они махнули у него наперсный крест золотой и подорвали оттуда когти... 

- Что же это, выходит, из-за попа какого-то блудного весь сыр-бор 

загорелся? - возмущенно вздыбился за столом Тараскин, которому уже до 

смерти надоела писанина. 

Жеглов резко оборвал смех, будто швейной машинкой губы сострочил. 

Посмотрел на Тараскина сверху вниз, потом, избочась, словно разглядеть 

хотел, откуда этот фрукт тропический здесь взялся, сказал не спеша и каждое 

словечко, как семечко, через губу сплевывал: 

- А по-вашему, товарищ Тараскин, выходит, что если он не токарь, а 

культовый служитель, то ему в нашей стране и правозащита не гарантирована? 

- Пусть с бабами срамными не валандается, - мрачно сказал Коля. 

- Твоя забота, Тараскин, преступление раскрывать, а не за моральным 

обликом епископов следить. А уж синод ихний пусть разбирается по части 

блуда... Мы же с тобой должны разыскать вещь, имеющую огромную 

художественную ценность, понял? Они завтра этот византийский крест сплавят 

барыгам, а те его в лом перемнут, им наши культурные ценности до лампочки. 

Мне было не очень понятно, чего это так Глеб сердцем ударяется об 

украденный епископский крест, но я уже научился улавливать оттенки 

жегловских интонаций, особенно когда тот "воспитывал" опергруппу, и мне 

показалось, что весь этот разговор - просто так. Еще утром я видел в 

дежурной части попа - дряблого тряпочного мужичишку с постным благостным 

лицом, без признаков возраста или особых примет. И мне показалось 

неправдоподобным, чтобы такой невзрачный человек еще интересовался 

женщинами. 

А сейчас, слушая Жеглова, я понял, что уж конечно не из-за неудачных 

похождений попа руководство назначило общегородскую операцию. Видимо, по 

чьей-то разработке ищут какого-то преступника, связанного с женщинами, а 

информировать аппарат шире считают нецелесообразным. А уж заодно велено 

приглядеться к девкам, которые могли украсть крест. 

И окончательно убедился я в своем предположении, когда Жеглов сообщил 

приметы - приметы трех женщин. Взглянул я на Пасюка и по его спокойному и 

невыразительному лицу понял, что тот думает так же, как я. Тараскин еще 

бурчал что-то себе под нос, но его уже поволок за собой увлеченный азартом 

предстоящей облавы Шесть-на-девять... 

В коммерческом ресторане "Нарва" было намечено закончить наши 

бесполезные вечерние странствия - попадалась все больше мелочь, шушера. Мы 

подошли к дверям, и швейцар с красным костистым лицом закричал сердито, 

так, что жилы веревками надулись на висках: 

- Заняты все места! И не ломитесь, граждане! Имейте совесть и честь! 

Жеглов засмеялся: 

- Вот как раз у тебя и займем маленько! Открывай, мы из МУРа... 

Опали жилы на висках, и засветился масляной улыбкой, душой 

возрадовался, желто оскалился швейцар, будто папа родной забежал на огонек, 

стопку дернуть, о дорогом поговорить: 

- Заходите, товарищи, заходите, для вас местечко мигом сорганизуем... 

Тараскин гордо сказал: 

- Наше место давно без вас сорганизовано! 

Жеглов покосился на него, хмыкнул, сказал негромко и веско: 

- Дверь на замок, никого не выпускать - проверка документов. Ты, 

Шарапов, стой у дверей... 

Плотной литой группой ввалились они в зал. Жеглов махнул рукой 

оркестру, наяривавшему модную "Роза-мунду", и музыканты послушались его 

сразу, как хорошего дирижера. Еще мгновение глухо бубнил и бился о потолок 

ресторанный волглый шум и в углу сильно хмельной мордач орал блажным 

голосом: "О-о, Роза-мунда!.." 

- Граждане, прошу прощения, - сказал Жеглов. - Простая формальность - 

приготовьте свои документы и сидите спокойненько на своих местах... 

Он быстро обходил столики небольшого ресторана и, внимательно прочитав 

документы, тщательно осматривал владельцев паспортов и удостоверений; и 

взгляд его был так плотен и тяжел, что даже мне со стороны казалось, будто 

Жеглов ощупывает лица людей. И чувствовали они себя под его взглядом, 

наверное, неуютно, потому что, получив назад документ, многие облегченно 

вздыхали и говорили "спасибо". 

Тем, у кого документов не было, Жеглов вежливо и бесповоротно твердо 

предлагал отходить в сторону, где их ждал безмолвный и несокрушимый Пасюк. 

Все они возмущались и доказывали Пасюку, что задерживать их не имеют права. 


Страница 37 из 135:  Назад   1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36  [37]  38   39   40   41   42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52   53   54   55   56   57   58   59   60   61   62   63   64   65   66   67   68   69   70   71   72   73   74   75   76   77   78   79   80   81   82   83   84   85   86   87   88   89   90   91   92   93   94   95   96   97   98   99   100   101   102   103   104   105   106   107   108   109   110   111   112   113   114   115   116   117   118   119   120   121   122   123   124   125   126   127   128   129   130   131   132   133   134   135   Вперед 
  

Предупреждение читателям    Авторам Цитаты и афоризмы Написать админу
Электронная библиотека "100 лучших книг" - это субъективная подборка бесплатных произведений, собранная по принципу "один писатель - одна книга"