Лучшие книги - 100 лучших книг

100 лучших
книг
Главная Редкие книги из
100 лучших книг

Оглавление
Александр Дюма - Три мушкетёра
Джером К. Джером - Трое в лодке, не считая собаки
Агата Кристи - Десять негритят
Илья Ильф и Евгений Петров - Двенадцать стульев. Золотой теленок
Кир Булычев - 100 лет тому вперед
Жюль Верн - 20 тысяч лье под водой
Александр Грин - Алые паруса
Вальтер Скотт - Айвенго
Рождер Желязны - Хроники Амбера
Артур Конан Дойл - Собака Баскервилей
Василий Ян - Батый
Александр Беляев - Человек-амфибия
Майн Рид - Всадник без головы
Виталий Бианки - Лесные были и небылицы
Николай Гоголь - Тарас Бульба
Михаил Булгаков - Собачье сердце
Дмитрий Фурманов - Чапаев
Вячеслав Миронов - Я был на этой войне
Джеральд Даррелл - Моя семья и другие животные
Федор Достоевский - Преступление и наказание
Иван Ефремов - На краю Ойкумены
Антуан де Сент-Экзюпери - Планета людей
Братья Вайнеры - Эра милосердия
Леонид Филатов - Про Федота-стрельца
Дик Френсис - Спорт королев
Луис Ламур - Ганфайтер
Артур Хейли - Колеса
Константин Щемелинин - Я
Лев Яшин - Записки вратаря
Астрид Линдгрен - Малыш и Карлсон
Лев Кассиль - Кондуит и Швамбрания
Джеймс Оливер Кервуд - Казан
Тур Хейердал - Путешествие на Кон-Тики
Джозеф Конрад - Юность
Валентин Пикуль - Крейсера
Даниэль Дефо - Робинзон Крузо
Василий Аксенов - Остров Крым
Джим Корбетт - Кумаонские людоеды
Михаил Лермонтов - Мцыри
Джой Адамсон - Рожденная свободной
Алан Маршалл - Я умею пригать через лужи
Сэйте Мацумото - Земля-пустыня
Покровский - Охотники на мамонтов
Борис Полевой - Повесть о настоящем человеке
Редьярд Киплинг - Маугли
Вадим Кожевников - Щит и меч
Константин Паустовский - Мещерская сторона
Джек Лондон - Мексиканец
Владимир Богомолов - Момент истины
Станислав Лем - Непобедимый
Николай Носов - Приключения Незнайки и его друзей
Николай Носов - Незнайка в Солнечном городе
Николай Носов - Незнайка на Луне
Роберт Льюис Стивенсон - Остров сокровищ
Иван Гончаров - Обломов
Александр Пушкин - Евгений Онегин
Александра Маринина - Не мешайте палачу
Владимир Обручев - Плутония
Дмитрий Медведев - Это было под Ровно
Александр Покровский - Расстрелять
Михаил Пришвин - Лесной хозяин
Эрих-Мария Ремарк - На Западном фронте без перемен
Ганс-Ульрих Рудель - Пилот "Штуки"
Степан Злобин - Степан Разин
Вильям Шекспир - Ромео и Джульетта
Григорий Белых и Леонид Пантелеев - Республика ШКИД
Михаил Шолохов - Они стражились за Родину
Ярослав Гашек - Приключения бравого солдата Швейка
Леонид Соболев - Капитальный ремонт
Александр Солженицын - Один день Ивана Денисовича
Марк Твен - Приключения Тома Сойера
Рафаэлло Джованьоли - Спартак
Эдмонд Гамильтон - Звездные короли
Эрнест Хемингуэй - Старик и море
Рекс Стаут - Смерть Цезаря
Лев Толстой - Анна Каренина
Иван Тургенев - Первая любовь
Татьяна Устинова - Хроника гнусных времен
Михаил Веллер - Легенды Невского проспекта
Борис Раевский - Только вперед
Алексей Некрасов - Приключения капитана Врунгеля
Герберт Уэллс - Война миров
Александр Козачинский - Зеленый фургон
Рони Старший - Борьба за огонь
Патрик Квентин - Ловушка для распутниц
Фридрих Ницше - Так говорил Заратустра
Э. Сетон-Томпсон - Рассказы о животных
Михаил Зощенко - Рассказы
Иван Шухов - Горькая лилия
Луис Рохелио Ногераси - И если я умру завтра...
Испанские новеллы XIX века
Герман Мелвилл - Моби-Дик или Белый кит
Владимир Санин - Семьдесят два градуса ниже нуля

Федор Михайлович Достоевский 

ПРЕСТУПЛЕНИЕ И НАКАЗАНИЕ 

 

Сверка произведена по "Собранию сочинений в десяти томах" (Москва, 

Художественная литература, 1957). 

 

 

Роман в шести частях с эпилогом 

 

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ 

 

 

В начале июля, в чрезвычайно жаркое время, под вечер, один молодой 

человек вышел из своей каморки, которую нанимал от жильцов в С-м переулке, 

на улицу и медленно, как бы в нерешимости, отправился к К-ну мосту. 

 

Он благополучно избегнул встречи с своею хозяйкой на лестнице. Каморка 

его приходилась под самою кровлей высокого пятиэтажного дома и походила 

более на шкаф, чем на квартиру. Квартирная же хозяйка его, у которой он 

нанимал эту каморку с обедом и прислугой, помещалась одною лестницей ниже, 

в отдельной квартире, и каждый раз, при выходе на улицу, ему непременно 

надо было проходить мимо хозяйкиной кухни, почти всегда настежь отворенной 

на лестницу. И каждый раз молодой человек, проходя мимо, чувствовал 

какое-то болезненное и трусливое ощущение, которого стыдился и от которого 

морщился. Он был должен кругом хозяйке и боялся с нею встретиться. 

 

Не то чтоб он был так труслив и забит, совсем даже напротив; но с 

некоторого времени он был в раздражительном и напряженном состоянии похожем 

на ипохондрию. Он до того углубился в себя и уединился от всех, что боялся 

даже всякой встречи, не только встречи с хозяйкой. Он был задавлен 

бедностью; но даже стесненное положение перестало в последнее время 

тяготить его. Насущными делами своими он совсем перестал и не хотел 

заниматься. Никакой хозяйки, в сущности, он не боялся, что бы та ни 

замышляла против него. Но останавливаться на лестнице, слушать всякий взор 

про всю эту обыденную дребедень, до которой ему нет никакого дела, все эти 

приставания о платеже, угрозы, жалобы, и при этом самому изворачиваться, 

извиняться, лгать, - нет уж, лучше проскользнуть как-нибудь кошкой по 

лестнице и улизнуть, чтобы никто не видал. 

 

Впрочем, на этот раз страх встречи с своею кредиторшей даже его самого 

поразил по выходе на улицу. 

 

"На какое дело хочу покуситься и в то же время каких пустяков боюсь! - 

подумал он с странною улыбкой. - Гм... да... все в руках человека, и все-то 

он мимо носу проносит, единственно от одной трусости... это уж аксиома... 

Любопытно, чего люди больше боятся? Нового шага, нового собственного слова 

они всего больше боятся... А впрочем, я слишком много болтаю. Оттого и 

ничего не делаю, что болтаю. Пожалуй, впрочем, и так: оттого болтаю, что 

ничего не делаю. Это я в этот последний месяц выучился болтать, лежа по 

целым суткам в углу и думая... о царе Горохе. Ну зачем я теперь иду? Разве 

я способен на это? Разве это серьезно? Совсем не серьезно. Так ради 

фантазии сам себя тешу; игрушки! Да, пожалуй что и игрушки!" 

 

На улице жара стояла страшная, к тому же духота, толкотня, всюду 

известка, леса, кирпич, пыль и та особенная летняя вонь, столь известная 

каждому петербуржцу, не имеющему возможности нанять дачу, - все это разом 

неприятно потрясло и без того уже расстроенные нервы юноши. Нестерпимая же 

вонь из распивочных, которых в этой части города особенное множество, и 

пьяные, поминутно попадавшиеся, несмотря на буднее время, довершили 

отвратительный и грустный колорит картины. Чувство глубочайшего омерзения 

мелькнуло на миг в тонких чертах молодого человека. Кстати, он был 

замечательно хорош собою, с прекрасными темными глазами, темно-рус, ростом 

выше среднего, тонок и строен. Но скоро он впал как бы в глубокую 

задумчивость, даже, вернее сказать, как бы в какое-то забытье, и пошел, уже 

не замечая окружающего, да и не желая его замечать. Изредка только бормотал 

он что-то про себя, от своей привычки к монологам, в которой он сейчас сам 

себе признался. В эту же минуту он и сам сознавал, что мысли его порою 

мешаются и что он очень слаб: второй день как уж он почти совсем ничего не 

ел. 

 

Он был до того худо одет, что иной, даже и привычный человек, 

посовестился бы днем выходить в таких лохмотьях на улицу. Впрочем, квартал 

был таков, что костюмом здесь было трудно кого-нибудь удивить. Близость 

Сенной, обилие известных заведений и, по преимуществу, цеховое и 

ремесленное население, скученное в этих серединных петербургских улицах и 

переулках, пестрили иногда общую панораму такими субъектами, что странно 

было бы и удивляться при встрече с иною фигурой. Но столько злобного 

презрения уже накопилось в душе молодого человека, что, несмотря на всю 

свою, иногда очень молодую, щекотливость, он менее всего совестился своих 

лохмотьев на улице. Другое дело при встрече с иными знакомыми или с 

прежними товарищами, с которыми вообще он не любил встречаться... А между 

тем, когда один пьяный, которого неизвестно почему и куда провозили в это 

время по улице в огромной телеге, запряженной огромною ломовою лошадью, 

крикнул ему вдруг, проезжая: "Эй ты, немецкий шляпник!" - и заорал во все 

горло, указывая на него рукой, - молодой человек вдруг остановился и 

судорожно схватился за свою шляпу. Шляпа эта была высокая, круглая, 

циммермановская, но вся уже изношенная, совсем рыжая, вся в дырах и пятнах, 

без полей и самым безобразнейшим углом заломившаяся на сторону. Но не стыд, 

а совсем другое чувство, похожее даже на испуг, охватило его. 

 

- Я так и знал! - бормотал он в смущении, - я так и думал! Это уж 

всего сквернее! Вот эдакая какая-нибудь глупость, какая-нибудь пошлейшая 

мелочь, весь замысел может испортить! Да, слишком приметная шляпа... 

Смешная, потому и приметная... К моим лохмотьям непременно нужна фуражка, 

хотя бы старый блин какой-нибудь, а не этот урод. Никто таких не носит, за 

версту заметят, запомнят... главное, потом запомнят, ан и улика. Тут нужно 

быть как можно неприметнее... Мелочи, мелочи главное!.. Вот эти-то мелочи и 

губят всегда и все... 

 

Идти ему было немного; он даже знал, сколько шагов от ворот его дома: 


Страница 1 из 187: [1]  2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52   53   54   55   56   57   58   59   60   61   62   63   64   65   66   67   68   69   70   71   72   73   74   75   76   77   78   79   80   81   82   83   84   85   86   87   88   89   90   91   92   93   94   95   96   97   98   99   100   101   102   103   104   105   106   107   108   109   110   111   112   113   114   115   116   117   118   119   120   121   122   123   124   125   126   127   128   129   130   131   132   133   134   135   136   137   138   139   140   141   142   143   144   145   146   147   148   149   150   151   152   153   154   155   156   157   158   159   160   161   162   163   164   165   166   167   168   169   170   171   172   173   174   175   176   177   178   179   180   181   182   183   184   185   186   187   Вперед 
  

Предупреждение читателям    Авторам Полезные ссылки Написать админу
Электронная библиотека "100 лучших книг" - это субъективная подборка бесплатных произведений, собранная по принципу "один писатель - одна книга"