Стараясь не глядеть вниз, я растянулся на ветке, осторожно просунул руку в отверстие усаженного колючками гнезда и стал шарить внутри. Когда .моя рука наткнулась на нежный дрожащий комок пуха, из гнезда понеслись громкие, хриплые крики. Я осторожно обхватил пальцами толстого, теплого птенчика и вытащил его наружу. Даже я, при всей своей восторженной любви к птенцам, не мог бы назвать его красивым. У него был толстый короткий клюв с желтыми складками по углам, лысая голова и полуприкрытые мутные глаза, придававшие ему вид пьяного или, скорее, слабоумного субъекта. Морщинистая кожа складками болталась по всему телу, словно наспех и кое-как пришпиленная к мясу черными обрубками перьев. Между худыми длинными ногами торчал большой обвислый живот. Кожа на нем была такая тонкая, что сквозь нее просвечивали внутренности. Птенец сидел на моей ладони, выставив живот, будто наполненный водою шар, и беспомощно попискивал. Поискав внутри гнезда, я обнаружил там еще трех птенчиков, таких же безобразных, как и тот, что сидел у меня на ладони. Чуть подумав и внимательно оглядев каждого из них, я решил взять одну пару себе, а другую оставить матери. Это показалось мне вполне справедливым, я не представлял, какие у матери могут быть возражения. Себе я выбрал самого большого (он быстро подрастет) и самого маленького (у него был очень трогательный вид), бережно посадил их за пазуху и стал спускаться вниз, где меня поджидали собаки. Когда я показал щенкам новое пополнение своего зверинца, они сразу предположили тут что-то съедобное и попытались выяснить, так ли это. Сделав им серьезное внушение, я показал птенцов Роджеру. Тот обнюхал их в своей обычной манере и быстро отступил, так как птенцы вскинули вдруг головы на длинных костлявых шеях, широко раскрыли красные глотки и громко заорали. 

По пути домой я старался придумать имена своим новым птенцам и все еще бился над этой-проблемой, когда увидел около дома автомобиль и всех своих родных, только что вернувшихся с покупками из города. Протянув в сложенных ладонях птенцов, я спросил, может ли кто-нибудь придумать им подходящие имена. Все сразу повернулись в мою сторону, и каждый отреагировал на свой манер. - Какая прелесть, - сказала Марго. - Чем ты их собираешься кормить? 

- спросила мама. - Опять новые звери? - возмутился Ларри. - Господи, мастер Джерри, - с отвращением поглядел на птенцов Спиро. - Кто они такие? 

Я ответил довольно холодно, что это птенцы сороки и что я никого не прошу высказывать свое мнение о них, а просто хочу, чтоб мне помогли придумать им имена. Как их можно назвать? Но у всех оказалось не то настроение. 

- Подумать только! Он отнял этих бедняжек у матери, - сказала Марго. 

- Надеюсь, милый, они уже могут самостоятельно глотать пищу? - заметила мама. 

- Боже мой! Чего только не приносит мастер Джерри, - воскликнул Спиро. 

- Смотри, чтоб они не занялись воровством, - предостерег Лесли. 

- Воровством? - забеспокоился Ларри. - А я думал, что воруют только галки. 

- Сороки тоже, - сказал Лесли. - Страшные воришки. Ларри вынул из кармана бумажку в сто драхм и помахал ею над птенцами. Те сейчас же подняли головы, закрутили шеями, открыли глотки и отчаянно завопили. Ларри живо отскочил в сторону. 

- Боже мой! Ты прав! - заволновался он. - Видел, как они пытались выхватить у меня деньги? 

- Глупости, милый. Они просто голодные, - сказала мама. 

- Вовсе не глупости, мама... ты видела, как они прыгали? Их привлекли деньги... даже в этом возрасте у них уже преступные инстинкты. Их нельзя держать в доме. Это все равно что жить вместе с Арсеном Люпеном (Герой детективных романов.). Джерри, пойди и отнеси сорок туда, где ты их взял. 

Я с невинным видом объяснил, что не могу этого сделать, так как их бросила мать, и они могут умереть от голода. Это замечание, как я и предполагал, немедленно перетянуло маму и Марго на мою сторону. 

- Нельзя, чтоб бедняжки погибли от голода, - выразила свой протест Марго. 

- Не понимаю, почему их опасно держать, - сказала мама. - Вы еще пожалеете об этом, - заявил Ларри. - Сами лезете на рожон. Они обрыщут весь дом. Нам придется закопать все наши ценности и выставить около них вооруженную стражу. Это же просто безумие.