- Ладно, Спиро, - успокоила его мама. - Я поговорю с Марго. - Я только думал, что вам это надо знать, вот и все. Но вы не волнуйтесь... Если этот тип сделает что-нибудь мисси Марго, я его поставлю на место, - серьезно уверял ее Спиро. 

Получив такие сведения, мама пересказала их Марго, в несколько менее жутком тоне, чем Спиро, и посоветовала пригласить юного турка к чаю. Обрадованная Марго побежала за турком, а мама тем временем испекла на скорую руку пирог, немного коржиков и предупредила всех нас, чтобы мы вели себя прилично. Турок оказался высоким молодым человеком с курчавыми волосами и парадной улыбкой, в которой было очень мало юмора и очень много снисходительности. В нем чувствовалось хладнокровие самодовольного, вкрадчивого мартовского кота. Молодой человек прижал мамину руку к губам, будто оказывал ей честь, и щедро рассыпал улыбки для остальных. Чувствуя, как мы все ощетиниваемся, мама отчаянно бросилась на выручку. 

- Рада вас видеть в доме... давно собиралась... все нет времени, знаете... дни так летят... Марго много нам о вас рассказывала... попробуйте коржик, - говорила она, не переводя дыхания, и с ослепительной улыбкой передавала ему кусок пирога. 

- Очень приятно, - пробормотал турок, обращаясь не то к нам, не то к самому себе. Наступило молчание. 

- Он здесь на каникулах, - сообщила вдруг Марго, как будто в этом было что-то необыкновенное. 

- В самом деле? - язвительно спросил Ларри. - На каникулах? Потрясающе! 

- Я был однажды на каникулах, - выговорил Лесли, еле прожевывая пирог. - Очень хорошо это помню. Мама старалась за всем следить и нервно передвигала чашки. - Сахару? - спросила она мелодичным голосом. - Вам положить еще сахару? - Да, пожалуйста. 

Снова наступило молчание, и мы все смотрели, как Марго разливает чай и усиленно старается придумать тему для разговора. Наконец турок обратился к Ларри. 

- Вы, кажется, пишете? - спросил он совершенно равнодушно. Глаза Ларри сверкнули. Заметив признаки опасности, мама немедленно вступила в разговор, прежде чем Ларри успел ответить. 

-Да, да, - улыбнулась она. - Он все пишет, день за днем. Непрестанно стучит на машинке. 

- Мне всегда казалось, - заметил турок, - что я смогу отлично писать, если попробую. 

- В самом деле? - откликнулась мама. - Да, тут, я думаю, нужен талант, как и во многом другом. 

- Он хорошо плавает, - сообщила Марго. - Заплывает ужасно далеко. 

- Я не боюсь, - скромно сказал турок. - Я очень хорошо плаваю, поэтому не боюсь. На лошади я тоже не боюсь, потому что хорошо езжу верхом. Я могу отлично управлять парусной лодкой во время тайфуна и тоже не боюсь. 

Он не торопясь попивал свой чай и с одобрением глядел на наши лица, где видел благоговение. 

- Вот видите, - пояснил он на тот случай, если мы упустили главное. - Вот видите, я не из трусливых. 

На другой день после чаепития Марго получила от турка записку с предложением пойти с ним вечером в кино. - Как ты думаешь, мне надо пойти? 

- спросила она у мамы. - Иди, если тебе хочется, милая, - ответила мама и твердо добавила: - Но только скажи ему, что я тоже пойду. - Веселенький тебя ждет вечерок, - заметил Ларри. - Пожалуйста, мама, не ходи, - запротестовала Марго. - Это покажется подозрительным. 

- Глупости, милая, - неуверенно ответила мама. - Турки привыкли ко всяким стражам... вспомни только их гаремы. 

В тот вечер, принарядившись, мама и Марго вышли вместе из дому. В городе был один-единственный кинотеатр под открытым небом, и все мы рассчитывали, что представление должно закончиться уж в крайнем случае к десяти часам. Ларри, Лесли и я с нетерпением ждали их возвращения. В половине второго ночи Марго и мама, полумертвые от усталости, вошли в дом и без сил повалились на стулья. 

- О, так вы вернулись? - сказал Ларри. - А мы уж тут думали, что вы умчались вместе с ним, разъезжаете теперь по Константинополю на верблюдах и ветерок играет вашей чадрой. 

- Какой ужасный вечер, - сказала мама, сбрасывая туфли. - Просто кошмар. 

- Что случилось? - спросил Лесли. 

- Уж одни его духи чего стоят, - сказала Марго. - Они сразу убили меня наповал. 

- Мы сидели так близко к экрану, что у меня разболелась голова. Народу набилось, как сельдей в бочке. И в довершение всего меня стала кусать блоха. Тут нет ничего смешного, Ларри. Я просто не знала, куда деваться. Проклятая блоха забралась мне под одежду, и я чувствовала, как она там бегает. Нельзя было по-настоящему почесаться, это выглядело бы неприлично. Я старалась прижаться к спинке сиденья. Он, наверно, это заметил... потому что все время как-то косился на меня. Потом, в перерыве, он вышел и вернулся с отвратительными восточными сладостями, мы все обсыпались сахарной пудрой, и меня начала мучить жажда. Во время второго перерыва он принес цветы. Ну, скажите на милость, цветы в середине фильма. Вот букет Марго, на столе. 

Мама показала на большой букет весенних цветов, перевязанный цветными лентами. Порывшись в сумочке, она вынула из нее букетик фиалок, имевший такой вид, будто он побывал под копытами лошади. - Вот, - сказала она, - мои цветы. 

- Но хуже всего была обратная дорога, - заметила Марго. - Просто ужасная, - согласилась мама. - Когда мы вышли из кинотеатра, я полагала, что мы возьмем такси. Не тут-то было! Он затиснул нас на извозчика, и притом со всякими ароматами. Просто безумие проехать весь этот путь на извозчике. А мы ехали целую вечность, потому что бедная лошадь уже выбилась из сил. Всю дорогу я старалась быть любезной, умирая от желания почесаться и от жажды. А этот дурень с улыбкой глядел на Марго и распевал любовные песни. Так бы и пристукнула его. Мне казалось, что конца пути не будет, даже у своего холма мы не смогли избавиться от турка. Он объявил, что в это время года кругом в зарослях полно змей, и пошел нас провожать со здоровенной палкой. Только когда он наконец ушел, я могла вздохнуть свободно. Знаешь, Марго, впредь ты должна выбирать себе приятелей поосторожней. Второй раз я этого не вынесу. Я так боялась, что он окажется у самой двери, и нам тогда придется пригласить его в дом. - Да, не очень-то ты была грозным стражем, - сказал Ларри. Для Лесли наступление весны означало мягкий свист крыльев горлиц и вяхирей или внезапное появление какой-нибудь еще дичи среди зарослей миртов. Он исходил все охотничьи магазины, вел разговоры со специалистами и наконец явился домой, с гордостью показывая нам двустволку. Лесли сразу унес ее в свою комнату, разобрал на части и стал чистить, а я стоял рядом и не отводил восхищенного взора от блестящих стволов и ложа, с удовольствием вдыхая тяжелый запах смазочного масла.