Лучшие книги - 100 лучших книг

100 лучших
книг
Главная Редкие книги из
100 лучших книг

Оглавление
Александр Дюма - Три мушкетёра
Джером К. Джером - Трое в лодке, не считая собаки
Агата Кристи - Десять негритят
Илья Ильф и Евгений Петров - Двенадцать стульев. Золотой теленок
Кир Булычев - 100 лет тому вперед
Жюль Верн - 20 тысяч лье под водой
Александр Грин - Алые паруса
Вальтер Скотт - Айвенго
Рождер Желязны - Хроники Амбера
Артур Конан Дойл - Собака Баскервилей
Василий Ян - Батый
Александр Беляев - Человек-амфибия
Майн Рид - Всадник без головы
Виталий Бианки - Лесные были и небылицы
Николай Гоголь - Тарас Бульба
Михаил Булгаков - Собачье сердце
Дмитрий Фурманов - Чапаев
Вячеслав Миронов - Я был на этой войне
Джеральд Даррелл - Моя семья и другие животные
Федор Достоевский - Преступление и наказание
Иван Ефремов - На краю Ойкумены
Антуан де Сент-Экзюпери - Планета людей
Братья Вайнеры - Эра милосердия
Леонид Филатов - Про Федота-стрельца
Дик Френсис - Спорт королев
Луис Ламур - Ганфайтер
Артур Хейли - Колеса
Константин Щемелинин - Я
Лев Яшин - Записки вратаря
Астрид Линдгрен - Малыш и Карлсон
Лев Кассиль - Кондуит и Швамбрания
Джеймс Оливер Кервуд - Казан
Тур Хейердал - Путешествие на Кон-Тики
Джозеф Конрад - Юность
Валентин Пикуль - Крейсера
Даниэль Дефо - Робинзон Крузо
Василий Аксенов - Остров Крым
Джим Корбетт - Кумаонские людоеды
Михаил Лермонтов - Мцыри
Джой Адамсон - Рожденная свободной
Алан Маршалл - Я умею пригать через лужи
Сэйте Мацумото - Земля-пустыня
Покровский - Охотники на мамонтов
Борис Полевой - Повесть о настоящем человеке
Редьярд Киплинг - Маугли
Вадим Кожевников - Щит и меч
Константин Паустовский - Мещерская сторона
Джек Лондон - Мексиканец
Владимир Богомолов - Момент истины
Станислав Лем - Непобедимый
Николай Носов - Приключения Незнайки и его друзей
Николай Носов - Незнайка в Солнечном городе
Николай Носов - Незнайка на Луне
Роберт Льюис Стивенсон - Остров сокровищ
Иван Гончаров - Обломов
Александр Пушкин - Евгений Онегин
Александра Маринина - Не мешайте палачу
Владимир Обручев - Плутония
Дмитрий Медведев - Это было под Ровно
Александр Покровский - Расстрелять
Михаил Пришвин - Лесной хозяин
Эрих-Мария Ремарк - На Западном фронте без перемен
Ганс-Ульрих Рудель - Пилот "Штуки"
Степан Злобин - Степан Разин
Вильям Шекспир - Ромео и Джульетта
Григорий Белых и Леонид Пантелеев - Республика ШКИД
Михаил Шолохов - Они стражились за Родину
Ярослав Гашек - Приключения бравого солдата Швейка
Леонид Соболев - Капитальный ремонт
Александр Солженицын - Один день Ивана Денисовича
Марк Твен - Приключения Тома Сойера
Рафаэлло Джованьоли - Спартак
Эдмонд Гамильтон - Звездные короли
Эрнест Хемингуэй - Старик и море
Рекс Стаут - Смерть Цезаря
Лев Толстой - Анна Каренина
Иван Тургенев - Первая любовь
Татьяна Устинова - Хроника гнусных времен
Михаил Веллер - Легенды Невского проспекта
Борис Раевский - Только вперед
Алексей Некрасов - Приключения капитана Врунгеля
Герберт Уэллс - Война миров
Александр Козачинский - Зеленый фургон
Рони Старший - Борьба за огонь
Патрик Квентин - Ловушка для распутниц
Фридрих Ницше - Так говорил Заратустра
Э. Сетон-Томпсон - Рассказы о животных
Михаил Зощенко - Рассказы
Иван Шухов - Горькая лилия
Луис Рохелио Ногераси - И если я умру завтра...
Испанские новеллы XIX века
Герман Мелвилл - Моби-Дик или Белый кит
Владимир Санин - Семьдесят два градуса ниже нуля
Эдмонд Гамильтон - Звезда жизни

уважают! 

-Эге-ге! - сказал гайдук. - А я знаю, приятель, ты кто: ты сам из 

тех, которые уже сидят у меня. Постой же, я позову сюда наших. 

Тарас увидел свою неосторожность, но упрямство и досада помешали ему 

подумать о том, как бы исправить ее. К счастию, Янкель в ту же минуту 

успел подвернуться. 

- Ясновельможный пан! как же можно, чтобы граф да был козак? А если 

бы он был козак, то где бы он достал такое платье и такой вид графский! 

- Рассказывай себе!.. - И гайдук уже растворил было широкий рот свой, 

чтобы крикнуть. 

- Ваше королевское величество! молчите, молчите, ради бога! - закри- 

чал Янкель. - Молчите! Мы уж вам за это заплатим так, как еще никогда и 

не видели: мы дадим вам два золотых червонца. 

- Эге! Два червонца! Два червонца мне нипочем: я цирюльнику даю два 

червонца за то, чтобы мне только половину бороды выбрил. Сто червонных 

давай, жид! - Тут гайдук закрутил верхние усы. - А как не дашь ста чер- 

вонных, сейчас закричу! 

- И на что бы так много! - горестно сказал побледневший жид, развязы- 

вая кожаный мешок свой; но он счастлив был, что в его кошельке не было 

более и что гайдук далее ста не умел считать. - Пан, пан! уйдем скорее! 

Видите, какой тут нехороший народ! - сказал Янкель, заметивши, что гай- 

дук перебирал на руке деньги, как бы жалея о том, что не запросил более. 

- Что ж ты, чертов гайдук, - сказал Бульба, деньги взял, а показать и 

не думаешь? Нет, ты должен показать. Уж когда деньги получил, то ты не 

вправе теперь отказать. 

- Ступайте, ступайте к дьяволу! а не то я сию минуту дам знать, и вас 

тут... Уносите ноги, говорю я вам, скорее! 

- Пан! пан! пойдем! Ей-богу, пойдем! Цур им! Пусть им приснится та- 

кое, что плевать нужно, - кричал бедный Янкель. 

Бульба медленно, потупив голову, оборотился и шел назад, преследуемый 

укорами Янкеля, которого ела грусть при мысли о даром потерянных червон- 

цах. 

- И на что бы трогать? Пусть бы, собака, бранился! То уже такой на- 

род, что не может не браниться! Ох, вей мир, какое счастие посылает бог 

людям! Сто червонцев за то только, что прогнал нас! А наш брат: ему и 

пейсики оборвут, и из морды сделают такое, что и глядеть не можно, а 

никто не даст ста червонных. О, боже мой! боже милосердый! 

Но неудача эта гораздо более имела влияния на Бульбу; она выражалась 

пожирающим пламенем в его глазах. 

- Пойдем! - сказал он вдруг, как бы встряхнувшись. - Пойдем на пло- 

щадь. Я хочу посмотреть, как его будут мучить. 

- Ой, пан! зачем ходить? Ведь нам этим не помочь уже. 

- Пойдем! - упрямо сказал Бульба, и жид, как нянька, вздыхая, побрел 

вслед за ним. 

Площадь, на которой долженствовала производиться казнь, нетрудно было 

отыскать: народ валил туда со всех сторон. В тогдашний грубый век это 

составляло одно из занимательнейших зрелищ не только для черни, но и для 

высших классов. Множество старух, самых набожных, множество молодых де- 

вушек и женщин, самых трусливых, которым после всю ночь грезились окро- 

вавленные трупы, которые кричали спросонья так громко, как только может 

крикнуть пьяный гусар, не пропускали, однако же, случая полюбопытство- 

вать. "Ах, какое мученье!" - кричали из них многие с истерическою лихо- 

радкою, закрывая глаза и отворачиваясь; однако же простаивали иногда до- 

вольное время. Иной, и рот разинув, и руки вытянув вперед, желал бы 

вскочить всем на головы, чтобы оттуда посмотреть повиднее. Из толпы уз- 

ких, небольших и обыкновенных голов высовывал свое толстое лицо мясник, 

наблюдал весь процесс с видом знатока и разговаривал односложными слова- 

ми с оружейным мастером, которого называл кумом, потому что в празднич- 

ный день напивался с ним в одном шинке. Иные рассуждали с жаром, другие 

даже держали пари; но большая часть была таких, которые на весь мир и на 

все, что ни случается в свете, смотрят, ковыряя пальцем в своем носу. На 

переднем плане, возле самых усачей, составлявших городовую гвардию, сто- 

ял молодой шляхтич или казавшийся шляхтичем, в военном костюме, который 

надел на себя решительно все, что у него ни было, так что на его кварти- 

ре оставалась только изодранная рубашка да старые сапоги. Две цепочки, 

одна сверх другой, висели у него на шее с каким-то дукатом. Он стоял с 

коханкою своею, Юзысею, и беспрестанно оглядывался, чтобы кто-нибудь не 

замарал ее шелкового платья. Он ей растолковал совершенно все, так что 

уже решительно не можно было ничего прибавить. "Вот это, душечка Юзыся, 

- говорил он, - весь народ, что вы видите, пришел затем, чтобы посмот- 

реть, как будут казнить преступников. А вот тот, душечка, что, вы види- 

те, держит в руках секиру и другие инструменты, - то палач, и он будет 

казнить. И как начнет колесовать и другие делать муки, то преступник еще 

будет жив; а как отрубят голову, то он, душечка, тотчас и умрет. Прежде 

будет кричать и двигаться, но как только отрубят голову, тогда ему не 

можно будет ни кричать, ни есть, ни пить, оттого что у него, душечка, 

уже больше не будет головы". И Юзыся все это слушала со страхом и любо- 

пытством. Крыши домов были усеяны народом. Из слуховых окон выглядывали 

престранные рожи в усах и в чем-то похожем на чепчики. На балконах, под 

балдахинами, сидело аристократство. Хорошенькая ручка смеющейся, блиста- 

ющей, как белый сахар, панны держалась за перила. Ясновельможные паны, 

довольно плотные, глядели с важным видом. Холоп, в блестящем убранстве, 

с откидными назад рукавами, разносил тут же разные напитки и съестное. 

Часто шалунья с черными глазами, схвативши светлою ручкою своею пирожное 

и плоды, кидала в народ. Толпа голодных рыцарей подставляла наподхват 

свои шапки, и какой-нибудь высокий шляхтич, высунувшийся из толпы своею 

головою, в полинялом красном кунтуше с почерневшими золотыми шнурками, 

хватал первый с помощию длинных рук, целовал полученную добычу, прижимал 

ее к сердцу и потом клал в рот. Сокол, висевший в золотой клетке под 


Страница 38 из 42:  Назад   1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37  [38]  39   40   41   42   Вперед 
  

Предупреждение читателям    Авторам Полезные ссылки Написать админу
Электронная библиотека "100 лучших книг" - это субъективная подборка бесплатных произведений, собранная по принципу "один писатель - одна книга"