Лучшие книги - 100 лучших книг

100 лучших
книг
Главная Редкие книги из
100 лучших книг

Оглавление
Александр Дюма - Три мушкетёра
Джером К. Джером - Трое в лодке, не считая собаки
Агата Кристи - Десять негритят
Илья Ильф и Евгений Петров - Двенадцать стульев. Золотой теленок
Кир Булычев - 100 лет тому вперед
Жюль Верн - 20 тысяч лье под водой
Александр Грин - Алые паруса
Вальтер Скотт - Айвенго
Рождер Желязны - Хроники Амбера
Артур Конан Дойл - Собака Баскервилей
Василий Ян - Батый
Александр Беляев - Человек-амфибия
Майн Рид - Всадник без головы
Виталий Бианки - Лесные были и небылицы
Николай Гоголь - Тарас Бульба
Михаил Булгаков - Собачье сердце
Дмитрий Фурманов - Чапаев
Вячеслав Миронов - Я был на этой войне
Джеральд Даррелл - Моя семья и другие животные
Федор Достоевский - Преступление и наказание
Иван Ефремов - На краю Ойкумены
Антуан де Сент-Экзюпери - Планета людей
Братья Вайнеры - Эра милосердия
Леонид Филатов - Про Федота-стрельца
Дик Френсис - Спорт королев
Луис Ламур - Ганфайтер
Артур Хейли - Колеса
Константин Щемелинин - Я
Лев Яшин - Записки вратаря
Астрид Линдгрен - Малыш и Карлсон
Лев Кассиль - Кондуит и Швамбрания
Джеймс Оливер Кервуд - Казан
Тур Хейердал - Путешествие на Кон-Тики
Джозеф Конрад - Юность
Валентин Пикуль - Крейсера
Даниэль Дефо - Робинзон Крузо
Василий Аксенов - Остров Крым
Джим Корбетт - Кумаонские людоеды
Михаил Лермонтов - Мцыри
Джой Адамсон - Рожденная свободной
Алан Маршалл - Я умею пригать через лужи
Сэйте Мацумото - Земля-пустыня
Покровский - Охотники на мамонтов
Борис Полевой - Повесть о настоящем человеке
Редьярд Киплинг - Маугли
Вадим Кожевников - Щит и меч
Константин Паустовский - Мещерская сторона
Джек Лондон - Мексиканец
Владимир Богомолов - Момент истины
Станислав Лем - Непобедимый
Николай Носов - Приключения Незнайки и его друзей
Николай Носов - Незнайка в Солнечном городе
Николай Носов - Незнайка на Луне
Роберт Льюис Стивенсон - Остров сокровищ
Иван Гончаров - Обломов
Александр Пушкин - Евгений Онегин
Александра Маринина - Не мешайте палачу
Владимир Обручев - Плутония
Дмитрий Медведев - Это было под Ровно
Александр Покровский - Расстрелять
Михаил Пришвин - Лесной хозяин
Эрих-Мария Ремарк - На Западном фронте без перемен
Ганс-Ульрих Рудель - Пилот "Штуки"
Степан Злобин - Степан Разин
Вильям Шекспир - Ромео и Джульетта
Григорий Белых и Леонид Пантелеев - Республика ШКИД
Михаил Шолохов - Они стражились за Родину
Ярослав Гашек - Приключения бравого солдата Швейка
Леонид Соболев - Капитальный ремонт
Александр Солженицын - Один день Ивана Денисовича
Марк Твен - Приключения Тома Сойера
Рафаэлло Джованьоли - Спартак
Эдмонд Гамильтон - Звездные короли
Эрнест Хемингуэй - Старик и море
Рекс Стаут - Смерть Цезаря
Лев Толстой - Анна Каренина
Иван Тургенев - Первая любовь
Татьяна Устинова - Хроника гнусных времен
Михаил Веллер - Легенды Невского проспекта
Борис Раевский - Только вперед
Алексей Некрасов - Приключения капитана Врунгеля
Герберт Уэллс - Война миров
Александр Козачинский - Зеленый фургон
Рони Старший - Борьба за огонь
Патрик Квентин - Ловушка для распутниц
Фридрих Ницше - Так говорил Заратустра
Э. Сетон-Томпсон - Рассказы о животных
Михаил Зощенко - Рассказы
Иван Шухов - Горькая лилия
Луис Рохелио Ногераси - И если я умру завтра...
Испанские новеллы XIX века
Герман Мелвилл - Моби-Дик или Белый кит
Владимир Санин - Семьдесят два градуса ниже нуля
Эдмонд Гамильтон - Звезда жизни

живут на свете! 

И все козаки, до последнего в поле, выпили последний глоток в ковшах 

за славу и всех христиан, какие ни есть на свете. И долго еще повторя- 

лось по всем рядам промеж всеми куренями: 

- За всех христиан, какие ни есть на свете! 

Уже пусто было в ковшах, а всё еще стояли козаки, поднявши руки. Хоть 

весело глядели очи их всех, просиявшие вином, но сильно загадались они. 

Не о корысти и военном прибытке теперь думали они, не о том, кому пос- 

частливится набрать червонцев, дорогого оружия, шитых кафтанов и чер- 

кесских коней; но загадалися они - как орлы, севшие на вершинах обрывис- 

тых, высоких гор, с которых далеко видно расстилающееся беспредельно мо- 

ре, усыпанное, как мелкими птицами, галерами, кораблями и всякими суда- 

ми, огражденное по сторонам чуть видными тонкими поморьями, с прибрежны- 

ми, как мошки, городами и склонившимися, как мелкая травка, лесами. Как 

орлы, озирали они вокруг себя очами все поле и чернеющую вдали судьбу 

свою. Будет, будет все поле с облогами и дорогами покрыто торчащими их 

белыми костями, щедро обмывшись козацкою их кровью и покрывшись разбиты- 

ми возами, расколотыми саблями и копьями. Далече раскинутся чубатые го- 

ловы с перекрученными и запекшимися в крови чубами и запущенными книзу 

усами. Будут, налетев, орлы выдирать и выдергивать из них козацкие очи. 

Но добро великое в таком широко и вольно разметавшемся смертном ночлеге! 

Не погибнет ни одно великодушное дело, и не пропадет, как малая порошин- 

ка с ружейного дула, козацкая слава. Будет, будет бандурист с седою по 

грудь бородою, а может, еще полный зрелого мужества, но белоголовый ста- 

рец, вещий духом, и скажет он про них свое густое, могучее слово. И пой- 

дет дыбом по всему свету о них слава, и все, что ни народится потом, за- 

говорит о них. Ибо далеко разносится могучее слово, будучи подобно гудя- 

щей колокольной меди, в которую много повергнул мастер дорогого чистого 

серебра, чтобы далече по городам, лачугам, палатам и весям разносился 

красный звон, сзывая равно всех на святую молитву. 

 

 

IX 

 

В городе не узнал никто, что половина запорожцев выступила в погоню 

за татарами. С магистратской башни приметили только часовые, что потяну- 

лась часть возов за лес; но подумали, что козаки готовились сделать за- 

саду; тоже думал и французский инженер. А между тем слова кошевого не 

прошли даром, и в городе оказался недостаток в съестных припасах. По 

обычаю прошедших веков, войска не разочли, сколько им было нужно. Попро- 

бовали сделать вылазку, но половина смельчаков была тут же перебита ко- 

заками, а половина прогнана в город ни с чем. Жиды, однако же, вос- 

пользовались вылазкою и пронюхали всё: куда и зачем отправились запорож- 

цы, и с какими военачальниками, и какие именно курени, и сколько их чис- 

лом, и сколько было оставшихся на месте, и что они думают делать, - сло- 

вом, чрез несколько уже минут в городе всё узнали. Полковники ободрились 

и готовились дать сражение. Тарас уже видел то по движенью и шуму в го- 

роде и расторопно хлопотал, строил, раздавал приказы и наказы, уставил в 

три таборы курени, обнесши их возами в виде крепостей, - род битвы, в 

которой бывали непобедимы запорожцы; двум куреням повелел забраться в 

засаду: убил часть поля острыми кольями, изломанным оружием, обломками 

копьев, чтобы при случае нагнать туда неприятельскую конницу. И когда 

все было сделано как нужно, сказал речь козакам, не для того, чтобы 

ободрить и освежить их, - знал, что и без того крепки они духом, - а 

просто самому хотелось высказать все, что было на сердце. 

- Хочется мне вам сказать, панове, что такое есть наше товарищество. 

Вы слышали от отцов и дедов, в какой чести у всех была земля наша: и 

грекам дала знать себя, и с Царьграда брала червонцы, и города были пыш- 

ные, и храмы, и князья, князья русского рода, свои князья, а не католи- 

ческие недоверки. Все взяли бусурманы, все пропало. Только остались мы, 

сирые, да, как вдовица после крепкого мужа, сирая, так же как и мы, зем- 

ля наша! Вот в какое время подали мы, товарищи, руку на братство! Вот на 

чем стоит наше товарищество! Нет уз святее товарищества! Отец любит свое 

дитя, мать любит свое дитя, дитя любит отца и мать. Но это не то, брат- 

цы: любит и зверь свое дитя. Но породниться родством по душе, а не по 

крови, может один только человек. Бывали и в других землях товарищи, но 

таких, как в Русской земле, не было таких товарищей. Вам случалось не 

одному помногу пропадать на чужбине; видишь - и там люди! также божий 

человек, и разговоришься с ним, как с своим; а как дойдет до того, чтобы 

поведать сердечное слово, - видишь: нет, умные люди, да не те; такие же 

люди, да не те! Нет, братцы, так любить, как русская душа, - любить не 

то чтобы умом или чем другим, а всем, чем дал бог, что ни есть в тебе, 

а... - сказал Тарас, и махнул рукой, и потряс седою головою, и усом 

моргнул, и сказал: - Нет, так любить никто не может! Знаю, подло заве- 

лось теперь на земле нашей; думают только, чтобы при них были хлебные 

стоги, скирды да конные табуны их, да были бы целы в погребах запечатан- 

ные меды их. Перенимают черт знает какие бусурманские обычаи; гнушаются 

языком своим; свой с своим не хочет говорить; свой своего продает, как 

продают бездушную тварь на торговом рынке. Милость чужого короля, да и 

не короля, а паскудная милость польского магната, который желтым чеботом 

своим бьет их в морду, дороже для них всякого братства. Но у последнего 

подлюки, каков он ни есть, хоть весь извалялся он в саже и в поклонни- 

честве, есть и у того, братцы, крупица русского чувства. И проснется оно 

когда-нибудь, и ударится он, горемычный, об полы руками, схватит себя за 

голову, проклявши громко подлую жизнь свою, готовый муками искупить по- 

зорное дело. Пусть же знают они все, что такое значит в Русской земле 

товарищество! Уж если на то пошло, чтобы умирать, - так никому ж из них 


Страница 29 из 42:  Назад   1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   22   23   24   25   26   27   28  [29]  30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   42   Вперед 
  

Предупреждение читателям    Авторам Полезные ссылки Написать админу
Электронная библиотека "100 лучших книг" - это субъективная подборка бесплатных произведений, собранная по принципу "один писатель - одна книга"