Лучшие книги - 100 лучших книг

100 лучших
книг
Главная Редкие книги из
100 лучших книг

Оглавление
Александр Дюма - Три мушкетёра
Джером К. Джером - Трое в лодке, не считая собаки
Агата Кристи - Десять негритят
Илья Ильф и Евгений Петров - Двенадцать стульев. Золотой теленок
Кир Булычев - 100 лет тому вперед
Жюль Верн - 20 тысяч лье под водой
Александр Грин - Алые паруса
Вальтер Скотт - Айвенго
Рождер Желязны - Хроники Амбера
Артур Конан Дойл - Собака Баскервилей
Василий Ян - Батый
Александр Беляев - Человек-амфибия
Майн Рид - Всадник без головы
Виталий Бианки - Лесные были и небылицы
Николай Гоголь - Тарас Бульба
Михаил Булгаков - Собачье сердце
Дмитрий Фурманов - Чапаев
Вячеслав Миронов - Я был на этой войне
Джеральд Даррелл - Моя семья и другие животные
Федор Достоевский - Преступление и наказание
Иван Ефремов - На краю Ойкумены
Антуан де Сент-Экзюпери - Планета людей
Братья Вайнеры - Эра милосердия
Леонид Филатов - Про Федота-стрельца
Дик Френсис - Спорт королев
Луис Ламур - Ганфайтер
Артур Хейли - Колеса
Константин Щемелинин - Я
Лев Яшин - Записки вратаря
Астрид Линдгрен - Малыш и Карлсон
Лев Кассиль - Кондуит и Швамбрания
Джеймс Оливер Кервуд - Казан
Тур Хейердал - Путешествие на Кон-Тики
Джозеф Конрад - Юность
Валентин Пикуль - Крейсера
Даниэль Дефо - Робинзон Крузо
Василий Аксенов - Остров Крым
Джим Корбетт - Кумаонские людоеды
Михаил Лермонтов - Мцыри
Джой Адамсон - Рожденная свободной
Алан Маршалл - Я умею пригать через лужи
Сэйте Мацумото - Земля-пустыня
Покровский - Охотники на мамонтов
Борис Полевой - Повесть о настоящем человеке
Редьярд Киплинг - Маугли
Вадим Кожевников - Щит и меч
Константин Паустовский - Мещерская сторона
Джек Лондон - Мексиканец
Владимир Богомолов - Момент истины
Станислав Лем - Непобедимый
Николай Носов - Приключения Незнайки и его друзей
Николай Носов - Незнайка в Солнечном городе
Николай Носов - Незнайка на Луне
Роберт Льюис Стивенсон - Остров сокровищ
Иван Гончаров - Обломов
Александр Пушкин - Евгений Онегин
Александра Маринина - Не мешайте палачу
Владимир Обручев - Плутония
Дмитрий Медведев - Это было под Ровно
Александр Покровский - Расстрелять
Михаил Пришвин - Лесной хозяин
Эрих-Мария Ремарк - На Западном фронте без перемен
Ганс-Ульрих Рудель - Пилот "Штуки"
Степан Злобин - Степан Разин
Вильям Шекспир - Ромео и Джульетта
Григорий Белых и Леонид Пантелеев - Республика ШКИД
Михаил Шолохов - Они стражились за Родину
Ярослав Гашек - Приключения бравого солдата Швейка
Леонид Соболев - Капитальный ремонт
Александр Солженицын - Один день Ивана Денисовича
Марк Твен - Приключения Тома Сойера
Рафаэлло Джованьоли - Спартак
Эдмонд Гамильтон - Звездные короли
Эрнест Хемингуэй - Старик и море
Рекс Стаут - Смерть Цезаря
Лев Толстой - Анна Каренина
Иван Тургенев - Первая любовь
Татьяна Устинова - Хроника гнусных времен
Михаил Веллер - Легенды Невского проспекта
Борис Раевский - Только вперед
Алексей Некрасов - Приключения капитана Врунгеля
Герберт Уэллс - Война миров
Александр Козачинский - Зеленый фургон
Рони Старший - Борьба за огонь
Патрик Квентин - Ловушка для распутниц
Фридрих Ницше - Так говорил Заратустра
Э. Сетон-Томпсон - Рассказы о животных
Михаил Зощенко - Рассказы
Иван Шухов - Горькая лилия
Луис Рохелио Ногераси - И если я умру завтра...
Испанские новеллы XIX века
Герман Мелвилл - Моби-Дик или Белый кит
Владимир Санин - Семьдесят два градуса ниже нуля
Эдмонд Гамильтон - Звезда жизни

шевой прошел промеж рядов и сказал: 

- А что, панове-братове, довольны одна сторона другою? 

- Все довольны, батько! - отвечали козаки. 

- Ну, так поцелуйтесь же и дайте друг другу прощанье, ибо, бог знает, 

приведется ли в жизни еще увидеться. Слушайте своего атамана, а испол- 

няйте то, что сами знаете: сами знаете, что велит козацкая честь. 

И все козаки, сколько их ни было, перецеловались между собою. Начали 

первые атаманы и, поведши рукою седые усы свои, поцеловались навкрест и 

потом взялись за руки и крепко держали руки. Хотел один другого спро- 

сить: "Что, пане-брате, увидимся или не увидимся?" - да и не спросили, 

замолчали, - и загадались обе седые головы. А козаки все до одного про- 

щались, зная, что много будет работы тем и другим; но не повершили, од- 

нако ж, тотчас разлучиться, а повершили дождаться темной ночной поры, 

чтобы не дать неприятелю увидеть убыль в козацком войске. Потом все отп- 

равились по куреням обедать. 

После обеда все, которым предстояла дорога, легли отдыхать и спали 

крепко и долгим сном, как будто чуя, что, может, последний сон доведется 

им вкусить на такой свободе. Спали до самого заходу солнечного; а как 

зашло солнце и немного стемнело, стали мазать телеги. Снарядясь, пустили 

вперед возы, а сами, пошапковавшись еще раз с товарищами, тихо пошли 

вслед за возами. Конница чинно, без покрика и посвиста на лошадей, слег- 

ка затопотела вслед за пешими, и скоро стало их не видно в темноте. Глу- 

хо отдавалась только конская топь да скрып иного колеса, которое еще не 

расходилось или не было хорошо подмазано за ночною темнотою. 

Долго еще оставшиеся товарищи махали им издали руками, хотя не было 

ничего видно. А когда сошли и воротились по своим местам, когда увидали 

при высветивших ясно звездах, что половины телег уже не было на на мес- 

те, что многих, многих нет, невесело стало у всякого на сердце, и все 

задумались против воли, утупивши в землю гульливые свои головы. 

Тарас видел, как смутны стали козацкие ряды и как уныние, неприличное 

храброму, стало тихо обнимать козацкие головы, но молчал: он хотел дать 

время всему, чтобы пообыклись они и к унынью, наведенному прощаньем с 

товарищами, а между тем в тишине готовился разом и вдруг разбудить их 

всех, гикнувши по-казацки, чтобы вновь и с большею силой, чем прежде, 

воротилась бодрость каждому в душу, на что способна одна только славянс- 

кая порода - широкая, могучая порода перед другими, что море перед мел- 

ководными реками. Коли время бурно, все превращается оно в рев и гром, 

бугря и подымая валы, как не поднять их бессильным рекам; коли же без- 

ветренно и тихо, яснее всех рек расстилает оно свою неоглядную склянную 

поверхность, вечную негу очей. 

И повелел Тарас распаковать своим слугам один из возов, стоявший 

особняком. Больше и крепче всех других он был в козацком обозе; двойною 

крепкою шиною были обтянуты дебелые колеса его; грузно был он навьючен, 

укрыт попонами, крепкими воловьими кожами и увязан туго засмоленными ве- 

ревками. В возу были всё баклаги и бочонки старого доброго вина, которое 

долго лежало у Тараса в погребах. Взял он его про запас, на торжествен- 

ный случай, чтобы, если случится великая минута и будет всем предстоять 

дело, достойное на передачу потомкам, то чтобы всякому, до единого, ко- 

заку досталось выпить заповедного вина, чтобы в великую минуту великое 

бы и чувство овладело человеком. Услышав полковничий приказ, слуги бро- 

сились к возам, палашами перерезывали крепкие веревки, снимали толстые 

воловьи кожи и попоны и стаскивали с воза баклаги и бочонки. 

- А берите все, - сказал Бульба, - все, сколько ни есть, берите, что 

у кого есть: ковш, или черпак, которым поит коня, или рукавицу, или шап- 

ку, а коли что, то и просто подставляй обе горсти. 

И козаки все, сколько ни было их, брали, у кого был ковш, у кого чер- 

пак, которым поил коня, у кого рукавица, у кого шапка, а кто подставлял 

и так обе горсти. Всем им слуги Тарасовы, расхаживая промеж рядами, на- 

ливали из баклаг и бочонков. Но не приказал Тарас пить, пока не даст 

знаку, чтобы выпить им всем разом. Видно было, что он хотел что-то ска- 

зать. Знал Тарас, что как ни сильно само по себе старое доброе вино и 

как ни способно оно укрепить дух человека, но если к нему да присоеди- 

нится еще приличное слово, то вдвое крепче будет сила и вина и духа. 

- Я угощаю вас, паны-братья, - так сказал Бульба, - не в честь того, 

что вы сделали меня своим атаманом, как ни велика подобная честь, не в 

честь также прощанья с нашими товарищами: нет, в другое время прилично 

то и другое; не такая теперь перед нами минута. Перед нами дела великого 

поту, великой козацкой доблести! Итак, выпьем, товарищи, разом выпьем 

поперед всего за святую православную веру: чтобы пришло наконец такое 

время, чтобы по всему свету разошлась и везде была бы одна святая вера, 

и все, сколько ни есть бусурменов, все бы сделались христианами! Да за 

одним уже разом выпьем и за Сечь, чтобы долго она стояла на погибель 

всему бусурменству, чтобы с каждым годом выходили из нее молодцы один 

одного лучше, один одного краше. Да уже вместе выпьем и за нашу 

собственную славу, чтобы сказали внуки и сыны тех внуков, что были ког- 

да-то такие, которые не постыдили товарищества и не выдали своих. Так за 

веру, пане-братове, за веру! 

- За веру! - загомонели все, стоявшие в ближних рядах, густыми голо- 

сами. 

- За веру! - подхватили дальние; и все что ни было, и старое и моло- 

дое, выпило за веру. 

- За Сичь! - сказал Тарас и высоко поднял над головою руку. 

- За Сичь! - отдалося густо в передних рядах. - За Сичь! - сказали 

тихо старые, моргнувши седым усом; и, встрепенувшись, как молодые соко- 

лы, повторили молодые: - За Сичь! 

И слышало далече поле, как поминали козаки свою Сичь. 

- Теперь последний глоток; товарищи, за славу и всех христиан, какие 


Страница 28 из 42:  Назад   1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   22   23   24   25   26   27  [28]  29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   42   Вперед 
  

Предупреждение читателям    Авторам Полезные ссылки Написать админу
Электронная библиотека "100 лучших книг" - это субъективная подборка бесплатных произведений, собранная по принципу "один писатель - одна книга"