Лучшие книги - 100 лучших книг

100 лучших
книг
Главная Редкие книги из
100 лучших книг

Оглавление
Александр Дюма - Три мушкетёра
Джером К. Джером - Трое в лодке, не считая собаки
Агата Кристи - Десять негритят
Илья Ильф и Евгений Петров - Двенадцать стульев. Золотой теленок
Кир Булычев - 100 лет тому вперед
Жюль Верн - 20 тысяч лье под водой
Александр Грин - Алые паруса
Вальтер Скотт - Айвенго
Рождер Желязны - Хроники Амбера
Артур Конан Дойл - Собака Баскервилей
Василий Ян - Батый
Александр Беляев - Человек-амфибия
Майн Рид - Всадник без головы
Виталий Бианки - Лесные были и небылицы
Николай Гоголь - Тарас Бульба
Михаил Булгаков - Собачье сердце
Дмитрий Фурманов - Чапаев
Вячеслав Миронов - Я был на этой войне
Джеральд Даррелл - Моя семья и другие животные
Федор Достоевский - Преступление и наказание
Иван Ефремов - На краю Ойкумены
Антуан де Сент-Экзюпери - Планета людей
Братья Вайнеры - Эра милосердия
Леонид Филатов - Про Федота-стрельца
Дик Френсис - Спорт королев
Луис Ламур - Ганфайтер
Артур Хейли - Колеса
Константин Щемелинин - Я
Лев Яшин - Записки вратаря
Астрид Линдгрен - Малыш и Карлсон
Лев Кассиль - Кондуит и Швамбрания
Джеймс Оливер Кервуд - Казан
Тур Хейердал - Путешествие на Кон-Тики
Джозеф Конрад - Юность
Валентин Пикуль - Крейсера
Даниэль Дефо - Робинзон Крузо
Василий Аксенов - Остров Крым
Джим Корбетт - Кумаонские людоеды
Михаил Лермонтов - Мцыри
Джой Адамсон - Рожденная свободной
Алан Маршалл - Я умею пригать через лужи
Сэйте Мацумото - Земля-пустыня
Покровский - Охотники на мамонтов
Борис Полевой - Повесть о настоящем человеке
Редьярд Киплинг - Маугли
Вадим Кожевников - Щит и меч
Константин Паустовский - Мещерская сторона
Джек Лондон - Мексиканец
Владимир Богомолов - Момент истины
Станислав Лем - Непобедимый
Николай Носов - Приключения Незнайки и его друзей
Николай Носов - Незнайка в Солнечном городе
Николай Носов - Незнайка на Луне
Роберт Льюис Стивенсон - Остров сокровищ
Иван Гончаров - Обломов
Александр Пушкин - Евгений Онегин
Александра Маринина - Не мешайте палачу
Владимир Обручев - Плутония
Дмитрий Медведев - Это было под Ровно
Александр Покровский - Расстрелять
Михаил Пришвин - Лесной хозяин
Эрих-Мария Ремарк - На Западном фронте без перемен
Ганс-Ульрих Рудель - Пилот "Штуки"
Степан Злобин - Степан Разин
Вильям Шекспир - Ромео и Джульетта
Григорий Белых и Леонид Пантелеев - Республика ШКИД
Михаил Шолохов - Они стражились за Родину
Ярослав Гашек - Приключения бравого солдата Швейка
Леонид Соболев - Капитальный ремонт
Александр Солженицын - Один день Ивана Денисовича
Марк Твен - Приключения Тома Сойера
Рафаэлло Джованьоли - Спартак
Эдмонд Гамильтон - Звездные короли
Эрнест Хемингуэй - Старик и море
Рекс Стаут - Смерть Цезаря
Лев Толстой - Анна Каренина
Иван Тургенев - Первая любовь
Татьяна Устинова - Хроника гнусных времен
Михаил Веллер - Легенды Невского проспекта
Борис Раевский - Только вперед
Алексей Некрасов - Приключения капитана Врунгеля
Герберт Уэллс - Война миров
Александр Козачинский - Зеленый фургон
Рони Старший - Борьба за огонь
Патрик Квентин - Ловушка для распутниц
Фридрих Ницше - Так говорил Заратустра
Э. Сетон-Томпсон - Рассказы о животных
Михаил Зощенко - Рассказы
Иван Шухов - Горькая лилия
Луис Рохелио Ногераси - И если я умру завтра...
Испанские новеллы XIX века
Герман Мелвилл - Моби-Дик или Белый кит
Владимир Санин - Семьдесят два градуса ниже нуля
Эдмонд Гамильтон - Звезда жизни

Конные ехали, не отягчая и не горяча коней, пешие шли трезво за возами, 

и весь табор подвигался только по ночам, отдыхая днем и выбирая для того 

пустыри, незаселенные места и леса, которых было тогда еще вдоволь. За- 

сылаемы были вперед лазутчики и рассыльные узнавать и выведывать, где, 

что и как. И часто в тех местах, где менее всего могли ожидать их, они 

появлялись вдруг - и все тогда прощалось с жизнью. Пожары охватывали де- 

ревни; скот и лошади, которые не угонялись за войском, были избиваемы 

тут же на месте. Казалось, больше пировали они, чем совершали поход 

свой. Дыбом стал бы ныне волос от тех страшных знаков свирепства полуди- 

кого века, которые пронесли везде запорожцы. Избитые младенцы, обрезан- 

ные груди у женщин, содранная кожа с ног по колена у выпущенных на сво- 

боду, - словом, крупною монетою отплачивали козаки прежние долги. Прелат 

одного монастыря, услышав о приближении их, прислал от себя двух мона- 

хов, чтобы сказать, что они не так ведут себя, как следует; что между 

запорожцами и правительством стоит согласие; что они нарушают свою обя- 

занность к королю, а с тем вместе и всякое народное право. 

- Скажи епископу от меня и от всех запорожцев, - сказал кошевой, - 

чтобы он ничего не боялся. Это козаки еще только зажигают и раскуривают 

свои трубки. 

И скоро величественное аббатство обхватилось сокрушительным пламенем, 

и колоссальные готические окна его сурово глядели сквозь разделявшиеся 

волны огня. Бегущие толпы монахов, жидов, женщин вдруг омноголюдили те 

города, где какая-нибудь была надежда на гарнизон и городовое рушение. 

Высылаемая временами правительством запоздалая помощь, состоявшая из не- 

больших полков, или не могла найти их, или же робела, обращала тыл при 

первой встрече н улетала на лихих конях своих. Случалось, что многие во- 

еначальники королевские, торжествовавшие дотоле в прежних битвах, реша- 

лись, соединя свои силы, стать грудью против запорожцев. И тут-то более 

всего пробовали себя наши молодые козаки, чуждавшиеся грабительства, ко- 

рысти и бессильного неприятеля, горевшие желанием показать себя перед 

старыми, померяться один на один с бойким и хвастливым ляхом, красовав- 

шимся на горделивом коне, с летавшими по ветру откидными рукавами епан- 

чи. Потешна была наука. Много уже они добыли себе конной сбруи, дорогих 

сабель и ружей. В один месяц возмужали и совершенно переродились только 

что оперившиеся птенцы и стали мужами. Черты лица их, в которых доселе 

видна была какая-то юношеская мягкость, стали теперь грозны и сильны. А 

старому Тарасу любо было видеть, как оба сына его были одни из первых. 

Остапу, казалось, был на роду написан битвенный путь и трудное знанье 

вершить ратные дела. Ни разу не растерявшись и не смутившись ни от како- 

го случая, с хладнокровием, почти неестественным для двадцатидвухлетне- 

го, он в один миг мог вымерять всю опасность и все положение дела, тут 

же мог найти средство, как уклониться от нее, но уклониться с тем, чтобы 

потом верней преодолеть ее. Уже испытанной уверенностью стали теперь оз- 

начаться его движения, и в них не могли не быть заметны наклонности бу- 

дущего вождя. Крепостью дышало его тело, и рыцарские его качества уже 

приобрели широкую силу льва. 

- О! да этот будет со временем добрый полковник! - говорил старый Та- 

рас. - Ей-ей, будет добрый полковник, да еще такой, что и батька за пояс 

заткнет! 

Андрий весь погрузился в очаровательную музыку пуль и мечей. Он не 

знал, что такое значит обдумывать, или рассчитывать, или измерять зара- 

нее свои и чужие силы. Бешеную негу и упоенье он видел в битве: что-то 

пиршественное зрелось ему в те минуты, когда разгонится у человека голо- 

ва, в глазах все мелькает несется, - летят головы, с громом падают на 

землю кони, а он несется, как пьяный, в свисте пуль в сабельном блеске, 

и наносит всем удары, и не слышит нанесенных. Не раз дивился отец также 

и Андрию, видя, как он, понуждаемый одним только запальчивым увлечением, 

устремлялся на то, на что бы никогда не отважился хладнокровный и разум- 

ный, и одним бешеным натиском своим производил такий чудеса, которым не 

могли не изумиться старые в боях. Дивился старый Тарас и говорил: 

- И это добрый - враг бы не взял его! - вояка! не Остап, а добрый, 

добрый также вояка! 

Войско решилось идти прямо на город Дубно, где, носились слухи, было 

много казны и богатых обывателей. В полтора дня поход был сделан, и за- 

порожцы показались перед городом. Жители решились защищаться до послед- 

них сил и крайности и лучше хотели умереть на площадях и улицах перед 

своими порогами, чем пустить неприятеля в домы. Высокий земляной вал ок- 

ружал город; где вал был ниже, там высовывалась каменная стена или дом, 

служивший батареей, или, наконец, дубовый частокол. Гарнизон был силен и 

чувствовал важность своего дела. Запорожцы жарко было полезли на вал, но 

были встречены сильною картечью. Мещане и городские обыватели, как вид- 

но, тоже не хотели быть праздными и стояли кучею на городском валу. В 

глазах их можно было читать отчаянное сопротивление; женщины тоже реши- 

лись участвовать, - и на головы запорожцам полетели камни, бочки, горш- 

ки, горячий вар и, наконец, мешки песку, слепившего им очи. Запорожцы не 

любили иметь дело с крепостями, вести осады была не их часть. Кошевой 

повелел отступить и сказал: 

- Ничего, паны-братья, мы отступим. Но будь я поганый татарин, а не 

христианин, если мы выпустим их хоть одного из города! Пусть их все пе- 

редохнут, собаки, с голоду! 

Войско, отступив, облегло весь город и от нечего делать занялось 

опустошеньем окрестностей, выжигая окружные деревни, скирды неубранного 

хлеба и напуская табуны коней на нивы, еще не тронутые серпом, где, как 

нарочно, колебались тучные колосья, плод необыкновенного урожая, награ- 

дившего в ту пору щедро всех земледельцев. С ужасом видели с города, как 


Страница 14 из 42:  Назад   1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13  [14]  15   16   17   18   19   20   21   22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   42   Вперед 
  

Предупреждение читателям    Авторам Полезные ссылки Написать админу
Электронная библиотека "100 лучших книг" - это субъективная подборка бесплатных произведений, собранная по принципу "один писатель - одна книга"